Литмир - Электронная Библиотека

Илона Эндрюс

Незримый клинок

Во время колонизации космоса возникла необходимость в людях со сверхспособностями. В мужчинах и женщинах, подходящих для выживания в тяжелейших условиях, в превосходных воинах, одарённых охотниках и блестящих учёных.

Иногда человеческие возможности расширялись за счет технологий: набора различных по функциональности имплантатов; но после смерти носителя имплантаты становились бесполезны. В других случаях «улучшения» происходили на биологическом уровне, становились наследственными и передавались потомству. В результате изменений и мутаций у представителей последующих поколений появлялись абсолютно новые способности. Вскоре стало понятно, что основное преимущество биологических усовершенствований — в их эксклюзивности. Поэтому био-модифицированные объединились и запретили все дальнейшие работы в этом направлении.

Названные потомками, эти незаурядные существа дали начало нескольким дюжинам родов, которые ныне составляют финансовую элиту колонизированных планет. Потомкистрого контролируют свою численность. Они крайне преданны своим семьям. Подобно сицилийской мафии и враждующим корсиканским кланам древней планеты, онинепрестанно и напряженно состязаются друг с другом. Именно это состязание правит экономикой, разжигает и гасит войны, толкает человеческую цивилизацию по пути технического и научного прогресса.

— Положите руки на панель перед собой. — Телохранитель в стильной серой униформе корпорации «Канопус» кивком указал на пласти-стальную консоль, выступающую из роскошного коврового покрытия подобно грибу на тонкой металлической ножке.

Когда, улыбаясь, Мели приложила пальцы к панели — при этом по правому запястью скатился тонкий браслет, — четыре крупнокалиберных орудия, установленных на турелях под потолком, повернулись, отслеживая каждое движение. Она уже прошла через ряд металлоискателей, выдержала личный досмотр и обследование химическим анализатором. Осталась последняя проверка.

Свет скользнул по ладоням, сложная система анализаторов с огромной скоростью оценивала температуру, химические эмиссии, состав потовых и жировых выделений на кончиках пальцев, а также зондировала тело Мели на наличие посторонних воздействий. Ожидание затянулось. Спокойный, лишенный акцента и выразительности женский голос, смодулированный компьютером, сообщил:

— Результат сканирования на наличие имплантатов классов от А до В — отрицательный. Биологических модификаций не обнаружено.

Охранник слегка расслабился. Исчезло напряжение в линии его плеч — у Мели нет шансов в борьбе с телохранителем, имеющим боевой имплантат, который обостряет рефлексы и увеличивает физическую силу обладателя.

— Можете спуститься, — разрешил он. — Идите за мной.

Она проследовала за ним до большой деревянной двери, отполированной до янтарного блеска. Марувианская сосна, невероятная роскошь. Охранник набрал код на своём запястье. Дверь скользнула в сторону, за ней оказалась ещё одна — но только стальная — перегородка, которая раскрылась, разделившись надвое. Мели вошла в просторный кабинет. Позади тихо сомкнулась дверь.

Её ждали трое: мужчина постарше сидел за столом, вырезанным из цельного куска малахита, а два бдительных сухощавых телохранителя — мужчина и женщина — стояли у противоположных стен по бокам от неё.

Им она тоже улыбнулась.

Мужчина за столом слегка наклонился вперёд. Агостино Канопус — тридцать восемь лет, потомок, четвёртый сын Виэрры Канопуса, арбитражный судья второго класса. Будучи среднего роста, он обладал аурой непринужденной властности, присущей человеку, полностью уверенному в своём положении. Тёмно-рыжие волосы со вкусом пострижены и аккуратно уложены, кожа идеальна. Глаза совершенного темно-зелёного цвета впились в Мели: оценена со всех сторон и одобрена за долю секунды.

— Присаживайтесь. — Агостино небрежным взмахом руки указал на привинченный к полу табурет.

Мели села.

— Вы пришли сюда, чтобы стать слугой семьи Канопус. Почему?

— Власть.

В экономически развитом обществе, где большинство споров разрешаются путём арбитража, судьи обладают небывалым влиянием.

Агостино кивнул. По-видимому, объяснение удовлетворило его.

— Результаты ваших тестов превосходны.

В ответ на комплимент она склонила голову:

— И скорость реакции тоже.

Он нахмурился.

— Что…

Мели вскочила со стула. Подчиняясь ментальной команде, из тонкого браслета на её запястье вылетела длинная прозрачная зелёная ленточка. Эне-лента рассекла женщину-телохранителя, хлестнула по двери и легко скользнула по груди охранника-мужчины. И прежде чем с губ Агостино успело сорваться следующее слово, Мели уже сидела на стуле. За её спиной распались разрезанные надвое тела. В воздухе запахло горелой электроникой. Смертоносный зелёный луч повредил панель управления на двери.

Агостино осмотрел дверь.

— Мелдер.

— Да.

Мелдеры встречались очень редко. Мутация, которая дала Мели власть над энергетической лентой, возникала в одном из пятнадцати миллионов индивидов, и большинство из них никогда так и не обнаруживали в себе эту способность. Даже в мире боевых имплантатов и биологических модификаций такие, как Мели, считались странными чудесами природы.

Агостино откинулся на спинку кресла, закинул ногу на ногу и переплел пальцы на колене.

— В чем дело?

— Семья Галдес передает вам привет.

Десять дней назад он рассматривал в арбитражном суде тяжбу между Галдесами и Морганами. Дело решилось в пользу Морганов, суд не усмотрел нарушений в агрессивном поглощении акционерной компании «Валемия», принадлежавшей семье Галдес.

— Суд был честным, — сказал Агостино.

— Вы сфабриковали улики. — Речь Мели оставалась вежливой и спокойной. — Изменили оценочные данные о прибыли за третий и четвёртый кварталы и помогли скрыть сведения об активах Морганов до поглощения, создавая тем самым для них образ слабой компании. Ваши действия нанесли непоправимый ущерб репутации семьи Галдес и на одну двенадцатую уменьшили их доход. Вы подтолкнули Арани Галдес — бывшего генерального директора «Валемии» — к самоубийству.

Он и бровью не повёл:

— Никто не может обвинить меня в её смерти.

— Я могу, — ответила Мели.

— А! — Агостино слегка склонил голову. — Так это личное. Сканирование сетчатки глаз не выявило связей с Галдесами. Вы не потомок. Зачем принимать самоубийство так близко к сердцу? Она была вашей любовницей?

— Кузиной.

Его брови поползли вверх.

— Изгнанница.

Он произнес это слово с такой интонацией, с которой кто-то другой мог бы пробормотать «проклята» или «прокажена». Прошло двенадцать лет, но упоминание об этом по-прежнему вызывало боль. Для потомка семья значит всё. Нет ничего хуже, чем стать изгоем, вычеркнутым из рода.

— Конечно! — Агостино щелкнул пальцами. — Семья отказалась от вас, чтобы вы могли творить злодеяния в их интересах, при этом никакие ваши действия не могут быть связаны с именем Галдес. У вас до сих пор остались тёплые чувства к кузине. Мои извинения. Я не стремился к её смерти.

Его жестикуляция стала оживлённой. Мели почти видела, как крутятся шестерёнки у него в голове. Судья Канопус решил, что нашел трещину в её броне. Мели вздохнула.

— Ваша жертва заслуживает восхищения, но я могу предложить намного больше. Родители и родственники вышвырнули вас. Разве это семья? Неужели вы не хотите отомстить?

— Я сама выбрала этот путь.

Он ошеломлённо уставился на неё:

— Вы сами?.. Но почему?

Из кармана делового костюма она достала тонкий листок пласти-бумаги с изображением смеющейся темноволосой девушки в венке из цветов. Мели подтолкнула кусочек пластика по поверхности стола к Агостино.

— Что это?

— Моя кузина Арани. Я хотела, чтобы вы увидели её лицо перед смертью.

— Подумайте ещё раз!

— Это мое последнее убийство, — оповестила она его. — После него я уйду на покой.

1
{"b":"151745","o":1}