Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Нора Робертс

Ангел смерти

1

Для успешного расследования убийства необходимы умение анализировать, терпение, опыт и внимание к мелочам. Ева Даллас всеми этими качествами обладала.

И отлично знала, что для убийцы они вовсе не обязательны. Чаще всего убийство совершается под влиянием порыва, в гневе, из любопытства, а порой просто по глупости. По мнению Евы, некий Джон Генри Боннинг выкинул некоего Чарльза Майкла Ренеки из окна двенадцатого этажа именно по глупости.

Боннинг находился в комнате для допросов, и, по Евиным прикидкам, достаточно было двадцати минут, чтобы вытрясти из него признание в содеянном. Еще пятнадцать придется потратить на составление отчета. Пожалуй, так можно и домой успеть вовремя.

– Ну, Боннинг, – сказала она тоном опытного полицейского, говорящего с не менее бывалым преступником, – помоги сам себе. Признайся сразу, а потом трави насчет самообороны и вынужденных мер. К ужину со всем и покончим. Кажется, сегодня дают спагетти с мясным соусом.

– Да я его и пальцем не тронул! – Боннинг поджал пухлые губы и забарабанил жирными пальцами по столу. – Этот козел сам прыгнул.

Ева вздохнула и присела на край металлического столика. Если Боннинг потребует адвоката – все затянется на неделю. Так что главное – заболтать его, направить разговор в нужное Еве русло и загнать в приготовленную для него ловушку. Мелкие наркоторговцы вроде Боннинга обычно не отличаются сообразительностью, но рано или поздно он может возмутиться и потребовать защитника. Все эти уловки стары как мир. Впрочем, как и убийство.

– Значит, он неожиданно взлетел на подоконник и упорхнул. А почему же он это сделал, а?

Боннинг, изображая глубокую задумчивость, старательно наморщил неандертальский лоб:

– Да псих он был ненормальный!

– Отличная версия, Бонни. Но нам, дуракам легавым, боюсь, ее недостаточно.

Прошло секунд тридцать, прежде чем губы его наконец растянулись в ухмылке:

– Смешно. Очень смешно, Даллас.

– Ага. Думаю, я по совместительству могла бы сочинять тексты для развлекательных шоу. Однако сейчас я должна заниматься своими непосредственными обязанностями. Итак, вы тихо и мирно готовили в своей передвижной лаборатории питательную смесь «Эротика». И вдруг Ренеки, этот псих ненормальный, ни с того ни с сего, даже не потрудившись сначала открыть окно, сиганул с двенадцатого этажа. Шмякнулся о крышу проезжавшего мимо такси, до смерти перепугав находившихся на заднем сиденье туристов, а потом приземлился на мостовую, по коей и растекся мозгами.

– Шмякнулся, это точно, – подтвердил Боннинг, изобразив на лице то, что можно было счесть неподдельным изумлением. – Ну кто бы мог подумать?

Ева не собиралась обвинять его в убийстве первой степени. Но если выдвинуть обвинение в убийстве второй степени, то любой адвокат легко убедит суд, что это было убийство по неосторожности. Тогда может получиться, что за торговлю наркотиками Боннингу дадут срок больший, чем за убийство.

Она облокотилась о стол и наклонилась к нему поближе:

– Бонни, скажи, похожа я на круглую дуру?

Боннинг понял вопрос буквально и стал внимательно изучать Еву. Глаза большие, светло-карие, однако ласковым ее взгляд назвать было трудно. Рот крупный, чувственный, правда, губы сурово сжаты.

– Вы похожи на полицейского, – наконец заявил он.

– Верно подмечено. Так что не пытайся водить меня за нос, Бонни. У тебя с твоим партнером произошла разборка, ты вышел из себя и решительно прервал ваши профессиональные и личные отношения, вышвырнув его из окна. – Ева подняла руку, не дав Боннингу возразить. – Во всяком случае, мне это представляется именно так. Что-то вы не поделили – то ли деньги, то ли женщину. Вы оба разнервничались. Возможно, он кинулся на тебя. Ты был вынужден защищаться, верно?

– У каждого есть на это право, – быстро кивнул Боннинг. – Но ничего такого не было. Он просто решил полетать.

– А почему у тебя губа рассечена и синяк под глазом? Да еще костяшки пальцев ободраны.

Боннинг гордо усмехнулся:

– В баре подрался.

– Когда? Где?

– Ну, разве все упомнишь!

– Советую напрячь память. И не забудь о том, что мы обязательно проведем экспертизу. Вдруг окажется, что у тебя на руках кровь Ренеки? ДНК не подделаешь. И тогда – предумышленное убийство, а значит, одиночная камера и пожизненное заключение.

Боннинг судорожно заморгал, словно помогая мозгам побыстрее переварить новую информацию.

– Слушайте, Даллас, да это чушь полная! Никого вы не убедите в том, что я туда пошел, задумав его пришить. Мы же были кореша.

Ева, не спуская с него глаз, потянулась за рацией.

– У тебя последний шанс себе помочь. Сейчас я вызову помощницу, она принесет результаты экспертизы, и я тебя засажу по подозрению в убийстве первой степени.

– Да не было никакого убийства! – Боннинг облизал спекшиеся губы. Он пытался уверить себя в том, что она блефует, но знал по опыту, что по глазам полицейского никогда ничего не разберешь. – Все произошло случайно! – озарило наконец его. – Ну, мы стали так, по-дружески возиться, он поскользнулся и вылетел из окна.

Ева вздохнула и покачала головой:

– Не держи меня за идиотку. Взрослый человек не может случайно вывалиться из окна, расположенного в трех футах от пола. – Она включила рацию. – Сержант Пибоди!

Через несколько секунд на экране появилось круглое лицо Пибоди:

– Слушаю, мэм!

– Мне нужны данные экспертизы Боннинга. Пришлите их в комнату для допросов. И предупредите прокурора, что у меня дело по убийству первой степени.

– Эй, погодите! – Еще несколько мгновений Боннинг медлил, пытаясь убедить себя, что ей не удастся это на него навесить. Но про Даллас всем было известно, что она и не таких рыбок на крючок ловит.

– Я ведь давала тебе шанс, Бонни. Так вот, Пибоди…

– Он на меня кинулся, вы правильно сказали. Набросился, как сумасшедший. Я вам все расскажу, все, как было. Я дам показания.

– Пибоди, не спешите приступать к исполнению. Только сообщите прокурору, что Боннинг собирается рассказать все, как было.

– Слушаюсь, мэм.

Ева сунула рацию в карман, сложила на груди руки и сказала, мило улыбнувшись:

– Ну, Бонни, выкладывай.

Через пятьдесят минут Ева вошла в свой крохотный кабинет в Центральном полицейском участке Нью-Йорка. Она действительно выглядела как настоящий полицейский – и не только из-за заплечной кобуры, видавших виды ботинок и линялых джинсов. У нее был цепкий взгляд полицейского – взгляд, от которого мало что могло укрыться. Глаза смотрели строго, узкое лицо с высокими скулами и неожиданно крупным чувственным ртом нельзя было назвать красивым, но оно невольно притягивало к себе взгляд. А маленькая ямочка на подбородке была просто очаровательной.

Довольная собой, Ева пригладила коротко стриженные волосы и уселась за стол. Сейчас она напечатает отчет, разошлет его всем заинтересованным лицам, и рабочий день можно будет считать законченным. За окном гудели машины, но шум ей не мешал: она давно привыкла к гулу большого города.

Ева нажала на компьютере кнопку «Пуск», но экран монитора не загорался.

– Черт подери! – раздраженно воскликнула она. – Только не сейчас! Ну, сукин сын, включайся!

– Вам придется набрать свой личный номер, – сказала вошедшая Пибоди.

– Эта машина всегда запускалась сразу!

– Увы! Система отказала. Обещали наладить к концу недели.

– Ох, опять эта головная боль! – с досадой пробормотала Ева. – Сколько номеров приходится запоминать. Два, пять, ноль, девять. – Компьютер послушно загудел, и Ева облегченно вздохнула. – Лучше бы они поскорее установили новые машины, а то все обещают и обещают.

Она сунула в компьютер дискету и приказала сохранить в файле «Боннинг Джон Генри» дело номер 4572077-Н, а копию отчета переслать майору Уитни.

1
{"b":"23370","o":1}