Литмир - Электронная Библиотека

– Так вот, к чему я это все сказал, – прервал недолгую тишину ректор.

Да, уж будьте добры пояснить.

– К тому, что в академию направляется комиссия, Дарья. И ввиду всех перечисленных мною моментов… – Коргрим шумно вздохнул, явно готовясь озвучить «пренеприятнейшее известие». – Ввиду всех перечисленных мною моментов может случиться так, что комиссия поставит под сомнение необходимость вашего пребывания здесь, в Академии Стихий. Есть вероятность, что зайдет речь о переводе вас в другое, менее приятное заведение. Понимаете?

Угу. Еще как понимаю. А еще понимаю, что я особенная. Единственная за сколько-то там много-много лет, кого Ваул лично для танца отметил. И пульсар опять-таки. И вообще! Вся озвученная тут «аргументация» – ложь чистой воды. И вы это понимаете. И даже понимаете, что я это понимаю. Поэтому возникает лишь один вопрос – что дальше? К какому-такому выводу меня подводят? Что хотят и зачем эти угрозы?

Но вслух я этого, конечно, не сказала. Я напомнила о другом:

– А еще вы можете вернуть меня на Землю.

Ректор тонко улыбнулся и отрицательно качнул головой.

– Нет, Дарья. Увы, но это невозможно. Да, предыдущие переходы вы смогли пережить, но не забывайте, подобные перемещения крайне опасны. Они очень плохо влияют на организм. Рисковать вашей жизнью мы не готовы, мы же не звери. Поэтому речь идет именно о переводе. Без вариантов. Таким образом, ваше положение адептки академии под угрозой, Дарья, – резюмировал господин Коргрим.

– Ясно, – выдохнула я, несмотря на бушующую в глубине души злость, по-прежнему стараясь выглядеть миролюбиво. – И… что теперь делать?

Ректор грустно улыбнулся. Потом повернул голову, чтобы взглянуть на статую имени куратора первого курса, и с нарочитой задумчивостью постучал пальцами по столешнице.

– Что ж, давайте подумаем вместе, – наконец медленно произнес он. – Разумеется, комиссия прибудет не из-за вас. Но вами, как я уже говорил, тоже, вероятнее всего, поинтересуется. И если вас решат отчислить из академии, мы с лордом Глуном помешать уважаемым членам Совета, разумеется, не сможем. Лорд Глун и так делает больше, чем от него требуется. Эти дополнительные занятия… вы же понимаете, Дарья, что он не обязан?

– Понимаю, – решила подыграть я. – И что из этого всего следует?

Глава Академии Стихий резко откинулся на спинку кресла и подарил мне очередную скорбную гримасу. Потом заявил:

– Дарья, мы всегда стараемся ко всем своим студентам относиться с уважением и пониманием. Поэтому попробуем прикрыть вас перед Советом. В конце концов, несмотря на вашу ужасную успеваемость, и я, и лорд Глун по-прежнему верим, что перспективы у вас все-таки есть. Но для этого нам, Дарья, понадобится и ваша помощь.

Значит, цель запугивания – предложить сделку? Занятно…

– И что же я должна сделать?

– Просто не высовывайся, – жестко отчеканил старик. – Ясно?

Я задумалась на миг и… кивнула.

Из кабинета ректора я вышла в смешанных чувствах. С одной стороны, понимала, что связываться с комиссией себе дороже и предложение «не высовываться» было созвучно моим желаниям. А с другой… правильно ли я поступила? Может, стоило посопротивляться? Хоть чуточку, хоть капельку, покачать права, а? Ведь видно было, что ректору тоже совсем не хочется проблем, и, возможно, мне бы удалось выбить для себя какой-нибудь бонус? Что-нибудь нужное. Что-нибудь полезное!

Увы, додумать эту мысль мне не дали. Едва я вышла в приемную, тотчас была схвачена под локоть и увлечена к выходу. Кем? Да Кастом, кем же еще.

Я сама попросила парня проводить меня к ректору и подождать здесь. Правда, за то время, которое провела в компании двух официальных лиц, о наличии провожатого немного забыла и чуть не взвизгнула от неожиданности, когда он налетел.

Но быстро опомнилась и послушно потопала в заданном направлении. Секретарша редактора Сорис Жавская смотрела на это дело с нескрываемой неприязнью.

Лишь когда мы с Кастом оказались в коридоре и отошли от ректората, король факультета Огня притормозил, отпустил локоть и повернулся ко мне.

– Ну как? – спросил он. Голос прозвучал напряженно. – Как прошло?

– Не так уж и плохо, – скривившись, буркнула я. Потом бросила взгляд на дверь ректората и добавила: – Мне предложили сделку.

– Что именно? – тотчас нахмурился Каст.

Вместо ответа я поджала губы, взяла парня за руку и потащила к лестнице. Выкладывать подробности, находясь в двух шагах от Коргрина и Глуна, не позволил инстинкт самосохранения. К тому же мы слегка опаздывали на обед. А если учесть, что и ужин, и завтрак я прогуляла, попасть в столовую хотелось очень.

– Сейчас, уберемся отсюда – расскажу, – на ходу пообещала я.

И действительно рассказала. Правда, в лишние детали из серии «ты за Кастом бегаешь» вдаваться не стала. Зачем? Глупости ведь. Зато упомянула о том, что во время работы комиссии мне настоятельно рекомендовали не высовываться.

Огневик на это отреагировал довольно спокойно и добавил, что примерно такого развития событий и ожидал. Слова Каста звучали искренне, позволяя с уверенностью утверждать, что король факультета Огня совершенно не в курсе того, какими методами добивались покорности от других иномирян.

Впрочем, искренность парня была не единственным поводом для таких выводов. Ведь, насколько я знала, иномиряне появлялись на Поларе нечасто. Следовательно, и избавляться от них не каждый день приходилось. То есть у Каста попросту не было возможности пронаблюдать, как уничтожение неугодных происходит. Ему банально неоткуда знать о маленькой хитрости в виде одурманивающего зелья, которым таких, как я, опаивают.

Ну и еще кое-что. «Слив» иномирян – это прямой саботаж решения Верхнего Совета. И пусть этот самый Верхний Совет бесконечно далек от народа, говорить о саботаже открыто – верх глупости. А значит, информация, вероятнее всего, засекречена. И Каст даже не подозревал, как я только что рисковала.

При мысли о том, что несколько минут назад в меня могли насильно влить зелье, по телу побежали запоздалые испуганные мурашки. А мгновением позже я вообще споткнулась, да так, что едва не полетела с лестницы, по которой мы как раз спускались. К счастью, Каст оказался достаточно быстр – поймал и поддержал. И не преминул спросить:

– Что с тобой?

Я отрицательно покачала головой, мол, ничего. И весь остаток пути до столовой посвятила разгадыванию загадки, почему все-таки руководство академии пошло на этот риск? Ведь полагаться на мое слово, на мою вменяемость действительно опасно – мало ли какой фокус я выкину. Зелье-то не в пример надежнее.

Правда, находясь под действием дурмана, я вряд ли смогу дать показания о вчерашнем происшествии. Может быть, причина в этом?

Или на решение ректора повлиял тот факт, что сокурсники и преподы уже знают, что не такая я и дура? А если я в один миг превращусь в «овощ», то народ заподозрит неладное, и история с применением зелья выплывет наружу?

Или тут что-то еще? Или я рано радуюсь, и все еще впереди?

От этой мысли по коже вновь побежали мурашки, но окончательно впасть в панику я не успела. Ровно в этот момент мы с Кастом переступили порог столовой, и я уловила пленительный аромат жареного мяса.

Еда! Наконец-то!

К стеклянному прилавку, за которым был выставлен ассортимент блюд, мы с Кастом ринулись с одинаковым энтузиазмом. Из этого был сделан вывод, что мой пижонистый спутник на завтраке, как и я, не появлялся. Количество еды, которую набрал Каст, эту мысль подтвердило полностью. Глядя на выбор рыжего, я тоже пожадничала и чуть не надорвалась, поднимая поднос.

И лишь когда мы с Кастом развернулись к залу, обнаружилось, что наша увлеченность едой не позволила заметить самое главное. Кэсси и компания сегодня сидели совершенно в другом месте, а за нашим обычным столиком расположился король факультета Воды собственной зеленоглазой персоной.

Дорс был один, без «свиты». Когда мы с Кастом, заметив его, удивленно замерли, широкоплечий блондин приветственно махнул рукой и расплылся в дружеской улыбке.

2
{"b":"240548","o":1}