Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

преподобный Паисий Святогорец

Слова. Том V. Страсти и добродетели

© Ιερόν Ήσυχαστήριον Μοναζουσών «Ευαγγελιστής 'Ιωάννης ό Θεολόγος», 2006

© Издательство «Орфограф», издание на русском языке, 2017

* * *

Тропа́рь

преподо́бному Паи́сию Святого́рцу

Глас 5. Подо́бен: Собезнача́лъное Сло́во:

Боже́ственныя любве́ огнь прие́мый, / превосходя́щим по́двигом вда́лся еси́ весь Бо́гови, / и утеше́ние мно́гим лю́дем был еси́, / словесы́ Боже́ственными наказу́яй, / моли́твами чудотворя́й, / Паи́сие Богоно́се, / и ны́не мо́лишися непреста́нно // о всем ми́ре, преподо́бне.

Конда́к

Глас 8. Подо́бен: Взбра́нной:

А́нгельски на земли́ пожи́вый, / любо́вию просия́л еси́, преподо́бне Паи́сие, / мона́хов вели́кое утвержде́ние, / ве́рных к житию́ свято́му вождь, / вселе́нныя же утеше́ние сладча́йшее показа́лся еси́, / сего́ ра́ди зове́м ти: // ра́дуйся, о́тче всеми́рный.

Слова. Том V. Страсти и добродетели - i_001.jpg
Слова. Том V. Страсти и добродетели - i_002.jpg

Предисловие

Блаженной памяти старец Паисий в начале нашей общежительной жизни в 1968 году говорил нам: «Добродетель в собственном смысле всего одна, и имя ей – Смирение. Но вы этого не понимаете, поэтому я назову вам ещё одну добродетель, имя которой – Любовь. Но подумайте сами: если у человека есть смирение, то разве у него может не быть любви?..» Смирение и любовь, эти «добродетели-сёстры», как называл их старец, есть фундамент жизни духовной. Ведь именно они привлекают на человека благодать Божию и именно от них рождаются все остальные добродетели. «Просто возделывайте смирение и любовь, – говорил нам старец. – Как только эти добродетели разовьются, гордость и злоба придут в истощение, и страсти начнут издыхать».

В настоящем пятом томе, выходящем в свет по благословению Высокопреосвященнейшего Никодима, митрополита Кассандрийского, собраны слова старца, относящиеся к страстям и добродетелям. Эти поучения – не курс систематизированных лекций, они не охватывают все страсти и все добродетели. «Слова» составлены из ответов старца на наши вопросы о распознавании и уврачевании страстей, а также о возделывании добродетелей. Эти ответы интересны не только монахам, но любому человеку, имеющему «добрую обеспокоенность» о возращении добродетелей. Старец Паисий своими характерными приёмами пастырского руководства – удачными примерами и искромётным юмором – согревает душу лучами духовного солнышка, под действием которых в душе распускаются цветы покаяния, и она приносит плод добродетели. Он побуждает нас мужественно взглянуть в лицо своему ветхому человеку, возненавидеть его «гнусную личину» и сбросить её. Мы уверены, что простое, но просвещённое светом благодати Божией слово старца поможет нам ещё с большей ревностью бороться против рабства страстей и ощутить себя людьми, свободными во Христе.

Старец Паисий говорил: «Бог даёт человеку не немощи, но силы. В зависимости от того, как человек будет использовать силы своей души, он будет становиться либо лучше, либо хуже». То есть если мы используем эти силы в согласии с волей Божией, то приближаемся к Богу и становимся подобными Ему по благодати. Если мы употребляем их в соответствии с «похотями ветхого человека», то становимся рабами страстей и удаляемся от Бога. Чтобы стать «новым человеком», необходимо свою волю привести в соответствие с волей Божией, которая выражена в Божественных заповедях. «Соблюдая заповеди Божии, – говорил старец Паисий, – мы возделываем добродетель и приобретаем здоровье души».

Старец особо подчёркивал, что Божественная благодать прекращает действовать в человеке, который работает своим страстям. Поэтому когда кто-то говорил старцу, что впадает в какую-то страсть, он обычно отвечал: «Осторожно! Этим ты отгоняешь благодать Божию». Когда мы спрашивали его, как стяжать благодать Божию или как человек может стать близок Богу, он отвечал нам по-разному. Иногда говорил, что достичь этого можно посредством смирения, иногда объяснял, как можно приблизиться к Богу через любовь и внутреннее благородство, иногда учил, как прийти к этому через жертвенность и любочестие, а иногда делал упор на отречении от своего «я». Ведь так или иначе всё это – свойства «нового человека», человека, освободившегося от страстей. «Когда я говорю, что надо отбросить себя, – объяснял старец, – я имею в виду, что надо отбросить свои страсти, совлечься своего ветхого человека… Если мы откажемся от своего „я“ и наш нахальный квартирант – наш ветхий человек – „съедет“ из занимаемого им жилища, то в сердце на освободившемся месте поселится новый человек, человек Нового Завета».

Настоящий том состоит из двух тематических разделов, а каждый из них в свою очередь – из четырёх частей. В первом разделе говорится о страстях, во втором – о добродетелях.

Первая часть первого раздела посвящена самолюбию, «матери страстей», так как все страсти – и телесные (чревоугодие, сластолюбие и прочие), и душевные (гордость, зависть и другие) – «проистекают из этого источника».

Во второй части речь идёт о гордости – об этом «генштабе страстей», как её называл старец. Можно сказать, что «как есть всего одна добродетель – смирение», так есть и всего одна страсть – гордость, потому что именно она «нас выгнала из рая на землю, а теперь с земли пытается отправить нас в ад».

Третья часть посвящена осуждению, которое рождается от гордости и «исполнено несправедливости». Дар рассуждения дан Богом человеку для того, чтобы отличать добро от зла, а осуждая, человек коверкает этот дар, превращая его в страсть осуждения, которой особенно гнушается Бог.

В четвёртой части речь идёт о страстях зависти, гнева и печали. Они также представляют собой извращение сил души и являются результатом их неверного применения. Силу вожделевательную, которая дана нам Богом для того, чтобы мы стремились к добру, мы обращаем в зависть и злость, а присущую нам от рождения раздражительную силу, которой должны пользоваться для мужественной борьбы со злом, направляем против ближнего. И, наконец, страсть печали и уныния лишает нас возможности радоваться богатым дарованиям Божиим и ослабляет духовно. Старец отличает эту печаль от печали по Богу, которая происходит от покаяния и наполняет душу сладостным утешением.

Раздел второй, посвящённый добродетелям, начинается с рассуждений о «возводящем на Небо» смирении. Без смирения наши добродетели «отравлены токсинами». В терпении без смирения может присутствовать ропот и лицемерие, простота может выродиться в нахальство и хитрость, а радость быть не духовным ликованием, а мирским наслаждением. «Нашедшие путь смиренномудрия, – говорил старец, – преуспевают в духовной жизни быстро, устойчиво и без труда». А в одном из писем он пишет: «Самый короткий, надёжный и лёгкий путь в Горний Иерусалим – это смирение».

Вторая часть посвящена любви, которая должна правильно распределяться между Богом, ближним и всем творением. Любовь к Богу неразрывно связана с любовью к ближнему и ведёт душу к божественному раче́нию[1], святому безумию и божественному опьянению. Истинная любовь к ближнему – это «дорогая духовная любовь», которой обладает тот, кто «удаляет своё „я“ из своей любви», то есть не преследует в любви собственный интерес. А любовь к творению – это излишек «общей» любви, которой обладает духовный человек.

Третья часть раздела посвящена духовному благородству и любочестию, которые являются двумя главными стержнями по учению старца Паисия. «В духовном благородстве, – говорил старец, – есть всё: любочестие, смирение и простота, бескорыстие, честность… и величайшая радость, и духовное ликование». Старец Паисий, не умаляя значения воздержания, ставит духовное благородство и любочестие превыше любого телесного подвига, поскольку если нет духовного благородства, великодушия и любочестия, то все труды – воздержание, поклоны и прочая аскеза – это всего лишь «огородное пугало», которое «может отгонять ворон, но не бесов».

вернуться

1

Раче́ние (греч. έρως) – сильная, горячая любовь; наслаждение, утешение. Здесь и далее, если специально не оговорено, примечания редакции.

1
{"b":"313225","o":1}