Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Картер Браун

Ностальгия по убийству

Глава 1

До чего активны эти старики! Я всегда говорю про них: чем старше — тем моложе. Вот и теперь ворвались в офис так, словно юные любовники, которым не терпится откинуть полог кровати. А на самом деле наверняка ищут адвоката по бракоразводным делам и просто спутали дверь — кабинет адвоката чуть дальше по коридору.

Посетителей двое: маленький седой господин с румяными щечками и слегка нервная рыжая дама, у которой от былой красоты осталась только уверенность, что она все еще нравится мужчинам.

— Это детективное агентство «Рио инвестигейшн»? — с порога спросил седой джентльмен.

— Да.

— С кем имеем честь разговаривать?

— Я — Мэвис Зейдлиц, частный детектив. Джонни Рио — мой компаньон — сейчас в отъезде и до конца недели пробудет в Сан-Франциско.

Рыжая смерила меня недоверчивым взглядом и сказала:

— Меня зовут Нина Фарр, и я должна предупредить вас, милочка, что...

— Ну уж нет! Если вы пришли по делу — называйте свои настоящие имена! — вскипела я. — Нине Фарр — двадцать лет. Мне она очень нравится: настоящая девчонка-ковбой. А как она пляшет! Как поет! Я смотрела фильмы с ее участием по многу раз, хоть они и старые! Посетительница вдруг расцвела и одарила меня великолепной улыбкой. Потом повернулась к своему спутнику и проворковала:

— Ты слышал, Уолтер? Вот так-то! Мои фильмы до сих пор пользуются популярностью!

Так это настоящая Нина Фарр?! Черт побери! Я присмотрелась к старушке повнимательнее. Конечно, «старушкой» называть ее еще рано. В рыжих волосах нет ни единой серебристой пряди, впрочем, волосы она наверняка красит. Морщин не так уж много. И фигура еще ничего: стройные ноги, прямая спина. Разумеется, три десятка лет наложили свой отпечаток, но в целом узнать задорную девчонку-ковбоя можно. И все-таки, что годы делают с людьми!.. Неужели и со мной такое может приключиться?

— Моя интуиция не подвела, — гордо сказала Нина Фарр. — Мы пришли туда, куда нужно.

— Ты хочешь сказать, что эта леди справится с ролью детектива? — усомнился тот, кого дама назвала Уолтером.

— Справится! Это просто идеальная кандидатура! — безапелляционно заявила экс-кинозвезда.

— Ну если ты так считаешь... Я согласен, — и седой купидон улыбнулся. — Давайте знакомиться, мисс Зейдлиц. Я — Уолтер Томчик.

Мистеру Томчику было немногим за пятьдесят. Худенький, как мальчишка, проворный, как птичка, с забавными седыми кудряшками и круглыми, слегка отвисшими щечками, он мог бы производить комичное впечатление, если бы не красивые карие печальные глаза. Я бы даже так сказала — библейские глаза. У меня сразу возникло желание по-матерински приласкать этого старичка-ребенка.

— Уолтер! — сухо сказала Нина Фарр, и брови мистера Томчика взлетели трагическими запятыми. — Объясни все мисс Зейдлиц и спроси, сможет ли она нам помочь.

В наше агентство давно уже не забредали клиенты, и я обрадовалась: можно утереть нос Джонни Рио, заполучив эту пожилую парочку. Приветливым тоном я произнесла:

— Присаживайтесь, пожалуйста.

Женщина села, элегантным движением поддернув край юбки, и я еще раз убедилась, что Нине Фарр удалось сохранить фигуру: грудь ее была по-девичьи высока. Впрочем, я знаю, что есть особые бюстгальтеры «на косточках», которые даже из плоской груди могут сотворить «бюст Венеры».

Мистер Томчик тоже устроился в кресле, вздохнул и сказал:

— Мы с Ниной — давние друзья, вместе работали не один год. И вот решили, что называется, тряхнуть стариной...

— Затосковали по прошлому, — перебила его мисс Фарр. — Милочка, вы не знаете, что такое ностальгия... И как порой хочется вернуться в то особое состояние, когда чувства были острее, впечатления — ярче, жизнь — интереснее... Ностальгические воспоминания — это, знаете ли...

— Знаю. Это то, что уходит, чтобы вернуться, — вставила я.

— Вот именно! У кого-то нет ничего за душой, чтобы вспоминать, а у кого-то — целое состояние из блестящих эпизодов, волнующих моментов, потрясающих знакомств... Господи, снова увидеть Руби танцующей и Петси поющей в «Ненетт»!.. Уолтер, ты помнишь «Фоллиз» с бесподобными Альфредом и Дороти?.. А как Ивонна умела преподнести себя! Она и сейчас делает это просто великолепно!..

— Остановись, Нина, — мягко произнес мистер Томчик, — иначе ты совсем запутаешь мисс Зейдлиц. Видите ли, — Томчик посмотрел на меня, — мы решили поставить на Бродвее мюзикл с участием легендарных звезд кино и театра. В главной роли, естественно, должна выступить Нина Фарр, — он улыбнулся своей спутнице. — Я выполняю функции продюсера. Ну, как вам идея?

— Изумительно! — я постаралась вложить в эту реплику как можно больше чувства. — Я полюбила вас, мисс Фарр, в старых кинолентах и буду счастлива вновь увидеть вас девчонкой-ковбоем! Да еще на Бродвее!

— До премьеры на Бродвее далеко, — вздохнул Томчик. — Пока мы только подбираем исполнителей. Ассистенты ищут музыкантов, композитор и драматург дорабатывают сцены...

— Да! Но с Трейси Денбор уже все ясно, — отрезала мисс Фарр. — Трейси будет играть роль второго плана.

— Трейси Денбор?

В ужасе я схватилась за голову, опасаясь только одного: такая опытная актриса, как мисс Фарр, могла распознать фальшь в моем голосе.

— Эта отвратительная белобрысая Трейси будет рядом с вами? — вопила я. — Разве вы забыли, какие гадости говорила она про вас тому красавчику, который готов был признаться вам в любви? Трейси Денбор! Да я ненавижу ее до сих пор, хотя смотрела «Майские денечки в Манхэттене» последний раз два года назад. Разве вы не помните, как она подставила вам подножку на лестнице?!

— Милочка, это было на экране, хотя и в жизни Трейси, конечно, не подарок, — вздохнула Нина Фарр. — Однако именно у мужа Трейси есть деньги — деньги для постановки нашего мюзикла. Так что с Трейси все решено... Правда, потом, когда мюзикл наберет силу, можно будет кое-что изменить. Но пока — мы всецело зависим от Алекса Бланта.

— Алекс Блант?

Я снова заломила руки.

— Этот «поющий ковбой», который шарахался от настоящей коровы, как от тигра? Я хорошо помню его. Огромный рост, пустые глаза и гримаса на лице такая, что кажется: «ковбой» вот-вот заплачет.

— Да, он остался таким, — на лице мистера Томчика появилось мечтательное выражение. — Голливуд... Какие славные годы... И мы, молодые... Я помню, Алекс так боялся животных, что специально для него было изготовлено чучело лошади, на которой он «гарцевал».

— Алекс ничего не умел делать, — заявила мисс Фарр. — Даже петь. Слушай, Уолтер, а что случилось с тем карликом, который пел вместо Бланта? Поговаривали, что он утонул.

— Н-да... У него был прекрасный тенор...

— Значит, эта белобрысая Трейси вышла замуж за плаксивого Алекса? — уточнила я.

— Чего не сделаешь ради денег, — фыркнула актриса. — Поговаривают, — Нина понизила голос, — Трейси держит в своих апартаментах трех телохранителей: брюнета, блондина и шатена...

— Нас это не касается, — остановил ее мистер Томчик. — Ты забыла, для чего мы сюда пришли. А между тем дело серьезное. Частный детектив понадобился ввиду особых обстоятельств. Во-первых...

— ...Алекс Блант положил глаз на Селестину! — закончила фразу мисс Фарр. — Уже сейчас. А что будет потом, когда мы переедем в этот ужасный дом? Когда я думаю про дом, то...

— Погодите! Кто такая Селестина? — спросила я.

— Селестина — дочь Нины, — пояснил мистер Томчик. — Ей двадцать лет...

— Не в этом дело!

Определенно, мисс Фарр не давала своему «давнему другу» хоть раз высказаться в полной мере. Впрочем, он не обижался — привык.

— Пятнадцать лет назад я бросила это ничтожество — отца Селестины, имя которого никто, включая меня, уже не помнит. Единственное доброе дело, которое он совершил, — это моя дочь. Я люблю Селестину. Я готова ради нее на все.

— Вашей дочери грозит опасность? — осторожно полюбопытствовала я.

1
{"b":"4495","o":1}