Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Рафаэль Мухамадеев

Про-писи венеролога

© ООО «Издательство АСТ», 2016

Pars prima. После встречи с Венерой посети Эскулапа!

Обращайтесь, не стесняйтесь!

Vos estis sal terrae

(Вы соль земли).

За прошедшее время мы окончательно оперились и крепко встали на ноги, стали хорошими и высококвалифицированными специалистами. Не стесняйтесь! Обращайтесь друг к другу за помощью. Уже ничем не удивите!

Если, к примеру, гипертонический криз накатил-шарахнул – ползите скорее к Наташке или Риммочке, Иринке или Мариночке. Если шагу ступить не можете, вызывайте Леночку. Если залетели – бегите к Танюшке, Андрюшке, Эльвирочке, Гришке, Фируське и другим однокурсникам. Подхватили трипперок как ветерок – к Леночке и Рафаэльчику, нервишки шалят-играют – к Оленьке. Ум за разум заходит – к Тимурке, «белочка» в гости зашла – к Рустику, сердечко забарахлило – к Альфиюше, Резедуше. А если как Паниковского девушки не любят, это просто старость или пенисит, или острый простатит.

А когда душа болит, лапы ломит, хвост отваливается или вдруг приспичило, скрючило, вздрючили – обращайтесь! У нас есть специалисты на все руки.

Обращайтесь, не стесняйтесь!

Мы откисямим, раскрючим, отчекрыжим, отдрючим, отчебучим «Отче наш», вылечим!

Что мы в Башкирии татаро-монголы какие-нибудь? Мы однокурсники. Обращайтесь!

Среди нас есть не подслеповатые, а глазастые окулисты. Не паршивые дерматологи, а стеснительные венерологи. Бородатые и просто звездатые акушеры и гинекологи. Хирурги с золотыми руками и такими же зубами. Сердечные кардиологи. Душевные психиатры. Добрые без язвительности, желчи и камня за пазухой гастроэнтерологи. Никогда не поставят вас в неловкое положение чувствительные проктологи. Имеются терпеливые неврологи. Не молодые и сопливые оториноларингологи, а опытные как матерый тетерев специалисты. Все увидят насквозь наши рентгенологи. Без шума и пыли, без стыда и совести заглянут вовнутрь любознательные эндоскописты. Всегда подскажут, укажут, прикажут, что делать и как поступить опытные заведующие отделениями, главные врачи и их заместители.

Обращайтесь, не стесняйтесь!

Хоп-хоп!

Deus nobis haec otia fecit

(Бог даровал нам эти утехи).

– Доктор, а когда тяпнуть можно? – спросил меня пациент, узнав о результатах исследования на инфекции, передаваемые половым путем.

– Что значит тяпнуть? – задумчиво протянул я. – Вы хотите узнать, когда выпить можно? То есть злоупотребить алкогольными напитками. Да?

– Да, – журавлем переминаясь с ноги на ногу, скромно подтвердил свою просьбу любитель женских ласк и алкоголя.

Давно подметил у мужчин одну особенность. После сообщения им о выявлении у них заразного венерического заболевания лишь некоторые члены не лучшей половины человечества рвут на себе волосы, плачут крокодиловыми слезами и гадают на кофейной гуще, что же за этим последует. Немедленно вспоминают дорогую, верную, ревнивую жену, любимых деток и высокооплачиваемую работу во внутренних органах. Обещают извлечь хороший урок, сделать правильные выводы, придержать язык, поджать хвост между ног и никогда-никогда больше не поднимать на чужое тело даже руку.

Про-писи венеролога - i_001.png

Настоящие же мужики стоически переносят удар, как футболисты в штрафной, мол, знали на что шли, когда приглашали даму в баню. По вызову! Неторопливо, как жвачные животные переваривают неприятную новость, осознают необходимость скорейшего начала лечения, возможные последствия. И… вот тут у них сразу появляются вопросы. Впрочем, немногочисленные. Всего на две темы.

Соблюдать ограничения? Как же это? Невозможность и далее прожигать жизнь по собственному хотению и распоряжаться своим драгоценным здоровьем по природному велению? Нельзя?!

* * *

– Что, – просительно пробасил детинушка плачущим тоном, – даже и пивка теперь нельзя попить? – облизал пересохшие губы, непроизвольно теребя сквозь штанину больную дубинушку. Как будто он сейчас испытывал танталовы муки, изнывая в центре Сахары от нестерпимой жары и мучительной жажды.

«Поразительно, – подумал я, – спрашивает не о заболевании и не о том, как бы поскорее вылечиться, а о том, можно ли горячительные напитки употреблять? Как и раньше. Тьфу!»

Скрестив руки на пивном животике, мысленно представил высокий бокал темного ирландского эля с густой шапкой воздушной пены, из которой, словно соревнуясь в прыжках на батуте, бойко выскакивают разнокалиберные пузырьки. У самого дна они такие маленькие, но по мере взросления и приближения к поверхности все более увеличиваются в размерах и, наконец, легко выпрыгивают, как дельфины, на воздушную свободу. Ура! Переливаясь всеми цветами радуги, радостно кувыркаются и вращаются в воздухе до тех пор, пока не лопнут и не упадут обратно на мягкую белую перину пивной пены. Стенки бокала быстро запотевают, покрываются водяной изморосью, скрывающей волшебным туманом бурлящие внутри процессы. Наконец, таинственным образом, у края бокала появляются, словно ниоткуда, мельчайшие капельки воды и начинают собственный чарующий неповторимый танец любви. Сливаясь друг с другом, становятся все крупнее, наконец, под собственной тяжестью срываются вниз, и, как слаломисты, скользят по вертикальной поверхности бокала в последний раз. Кап!

Кто сказал, что можно бесконечно долго смотреть на горящий огонь, текущую воду и чужую работу? А на свежее пиво? Мм!

Я сглотнул набежавшую слюну, рефлекторно посмотрел на часы, отогнал несвоевременные мысли и мстительно произнес охрипшим голосом:

– Нет, голубчик, нельзя! «А мне можно». Пива особенно! В пиве, друг мой, содержится хмель, раздражающий слизистую оболочку мочеиспускательного канала, усиливая воспалительные процессы, вызванные гонококками Нейссера. А у вас, мой дорогой, – произнес я с паузами врачебный приговор-диагноз: – Бленнорея, перелой, триппер, гонорея! Допрыгался!

– Это все у меня? – покрываясь мертвенной бледностью, прошептал осоловелыми губами, словно карп в аквариуме, боец-молодец. – Теперь конец?

– Нет, – успокоил я пациента, – это одно заболевание. Но очень серьезное венерическое заболевание, передающееся половым путем, которое может поражать не только мочеполовую сферу, но и другие органы и системы неокрепшего мужского организма.

– А-а, – задумчиво протянул неокрепший юношеский организм, пытаясь принять умный вид, мысленно обозревая свою мочеполовую сферу. Ранее, наверное, и не подозревавший у себя наличия других органов, кроме выдающегося мужского отличия.

– Гонорейный процесс может поражать конъюнктиву глаз, – указал я в лицо страдальцу кривым указательным пальцем. Он непроизвольно захлопал пушистыми ресницами, пораженный новыми сведениями. – Затрагивает прямую кишку, – нецеломудренно ткнул в разрезы его джинсов. Тот испуганно прикрыл зад ладошками. – А в исключительных случаях инфекция приобретает генерализованный характер!

– Это не мой случай? – взвыл впечатленный слушатель.

– И может развиться, – добавил напряженного металлического трагизма в голос, – гонококковый сепсис с бактериальными метастазами в суставы и другие органы.

– Доктор! – взревел паренек, как-то разом осунувшийся и ставший меньше ростом. – Я умру? Можно я присяду? – попросил он и, не дожидаясь ответа, тут же распластался на дерматиновой кушетке, морской звездой раскинув конечности. По-видимому, мысленно представляя процесс распространения метастазов от начала до конца.

– Не раскисай! – поддержал я его. – Есть еще время образумиться. Немного. Обратились вы своевременно. Быстро поставим на ноги, – начал поднимать его с кушетки. – Только нам нужно узнать, от кого ты заразился и с кем еще имел половые связи? – интимно зашептал я, втираясь в доверие для качественного выполнения прямых профессиональных обязанностей. – Когда? Адреса, пароли, явки… Хе-хе!

1
{"b":"554630","o":1}