Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Кристина Лорен

О нём

Автор: Кристина Лорен

Название: «О нем»

Жанр: слэш, ЛГБТК+, YA

Серия: вне серий

Возрастное ограничение: 14+

Русифицированная обложка: Оля Грачева

Перевод и оформление: Ruby_Miller специально для группы https://vk.com/rubymiller

Книга предназначена только для ознакомительного чтения.

Публикация данного материала без ссылки на переводчика и группу строго запрещена.

Пожалуйста, уважайте чужой труд.

Посвящается Мэтти, потому что без тебя этой книги не было бы.

И каждому подростку, которому просто необходимо это услышать:

ты идеален. Именно такой, какой есть прямо сейчас.

«А любовь — это любовь, любовь, любовь, любовь. Не отмести в сторону и не убить».

(Лин Мануэль Миранда)

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Окончание зимних каникул очень похоже на стартующий круг почета. Позади семь семестров нашей школьной жизни, и остался только один — символичный — последний. Мне хочется отпраздновать это со среднестатистическим размахом: на несколько бестолковых часов нырнув в кроличью нору Ютуба. К сожалению, этому не бывать.

Потому что рядом со мной на кровати лежит Отем и сверлит меня взглядом в ожидании, когда я объяснюсь.

Мое расписание составлено не до конца, а занятия начнутся уже через два дня, и лучшие предметы разбирают как горячие пирожки, и вообще — «Это так типично для тебя, Таннер».

В общем-то, она не ошибается. Это действительно типично для меня. И мне на ум постоянно приходит метафора, что в наших отношениях она муравей, а я стрекоза. Так было всегда.

— Все хорошо.

— Все хорошо, — повторяет она и бросает карандаш. — Тебе бы футболку с такой надписью.

Отем моя опора, мое убежище, лучшая из лучших — но когда речь заходит об учебе, она становится невероятно дотошной. Я переворачиваюсь на спину и смотрю в потолок. На день рождения Отем в девятом классе — спустя год, как я переехал сюда, и она взяла меня под свое крыло, — я подарил плакат с котенком, прыгающим в ванну с клубками. Плакат по-прежнему висит на том же месте. Котенок, конечно, милый, но в одиннадцатом классе его невинная простота омрачается нелепостью самого факта наличия подобного постера. Поэтому поверх мотивационной фразы «ПОГРУЖАЙСЯ С ГОЛОВОЙ, МАЛЫШ!» я написал то, что предположительно и имел в виду автор: «НЕ БУДЬ СЛАБАКОМ!»

Должно быть, с моими правками Отем согласна, раз не сняла плакат.

Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на нее.

— Почему ты так беспокоишься? Это же мое расписание.

— Я не беспокоюсь, — отвечает она, с хрустом уминая крекеры. — Но ты и сам знаешь, как быстро разбирают интересные предметы. И я не хочу, чтобы ты в итоге пошел на оставшуюся органическую химию к Хою, ведь он задает вдвое больше домашки, а это значит, что я буду отрезана от мира.

Отчасти это правда. Ходить к Хою на химию значит отрезать ее от остального мира — из нас двоих машина только у меня, и большую часть времени я Отем повсюду вожу. Но на самом деле она терпеть не может, что обычно я дотягиваю до последнего, а потом все равно умудряюсь получить желаемое. Мы с ней хорошо учимся, но каждый по-своему. Оба с отличием прошли АСТ-тест, но если Отем подходила к учебе неугомонной ищейкой, я же был похож на кота, валяющегося на залитом солнцем подоконнике. Если задание мне по силам и представляет интерес, так и быть, я за него возьмусь.

— Да, твоя жизнь вне учебы — наш основной приоритет, — я ложусь поудобней и смахиваю с руки крошки от крекеров, на которых лежал. Они оставили еле заметный след на коже, как мелкая галька на пляже. Отем пора перенести свою дотошность на уборку. — Отем, господи. Ты поросенок. Только взгляни на кровать.

В ответ она лишь засовывает еще несколько крекеров в рот, насыпав крошек на простыню с изображением Чудо-Женщины. Рыжие волосы Отем собраны в растрепанный пучок, и на ней сейчас все та же пижама со Скуби-Ду, в которой она ходила еще в четырнадцать лет. Она ей по-прежнему впору… в основном.

— Если ты когда-нибудь приведешь сюда Эрика, — говорю я, — он будет в ужасе.

Эрик — наш друг и один из немногих не мормонов в нашем классе. Думаю, чисто технически он все-таки мормон, как минимум из-за родителей. Таких обычно называют «Джек-мормон». Они употребляют алкоголь и кофеин, но при этом достаточно активно участвуют в делах церкви. «Пользуемся всем лучшим из обоих миров», — как он говорит. Хотя очевидно, что большинство учеников-мормонов Прово Хай Скул с ним не согласны. Когда дело доходит до социума, быть Джеком-мормоном означает не быть мормоном вообще. Как я, например.

Из ее рта вылетает несколько кусочков крекера, когда Отем кашляет и изображает отвращение.

— Я не подпущу Эрика к своей кровати.

Но тем не менее я здесь, лежу на ее кровати. Тот факт, что я в принципе допущен в спальню Отем, свидетельствует о большом доверии ее матери по отношению ко мне. Или же миссис Грин чувствует, что между нами двумя ничего быть не может.

Однажды мы попробовали, это случилось на зимних каникулах в девятом классе. На тот момент я жил в Прово пять месяцев, но влечение между нами возникло практически мгновенно — сдобренное почти одинаковым расписанием и общим ощущением себя лишним среди учеников-мормонов. К сожалению, с моей стороны влечение исчезло, как только дело дошло до дела, и каким-то чудом мы сумели избежать неловкости после ни к чему не приведших поцелуев. И больше я рисковать не готов.

Кажется, вслед за мной Отем так же ясно ощущает, что мы лежим слишком близко, и оттягивает низ своего пижамного топа. Я сажусь и прислоняюсь к деревянному изголовью. Так безопасней.

— Что у тебя первым уроком?

Она заглядывает в свое расписание.

— Поло. А потом современная литература.

— У меня то же самое, — стащив у нее крекер, я — как цивилизованный человек — съел его, не уронив ни крошки. Проведя указательным пальцем по списку, я начинаю понимать, что с этим семестром проблем не будет. — В целом, расписание нормальное. Нужно только добавить что-то на четвертый урок.

— Ты можешь добавить Семинар, — радостно хлопает в ладоши Отем.

Ее сверкающие глаза почти освещают темную комнату: Отем мечтала об этом курсе с девятого класса.

Семинар — я абсолютно серьезно, в школьных газетах это слово всегда пишут с большой буквы — это настолько пафосный курс, что дальше просто некуда. «КНИГА ЗА СЕМЕСТР» — бросает вызов его программа. Можно подумать, подобное возможно только на их занятиях. Или что обычный человек за четыре месяца не в состоянии сложить слова и сам. Четыре месяца — это же целая жизнь.

Туда принимают только тех учеников, кто прошел хотя бы один курс углубленного английского и за прошлый семестр имеет средний балл как минимум 3,75. Так что из семидесяти учеников учитель берет лишь четырнадцать.

Два года назад в Нью-Йорк Таймс вышла статья, назвавшая Семинар «блестящим курсом с амбициозной программой, которым самоотверженно руководит автор бестселлеров, бессменный Тим Фудзита». (Эта цитата была напечатана, увеличена чуть ли не в тысячу раз и повешена в рамке у кабинета администрации. В ответ на это я всегда злоупотреблял разными непечатными наречиями, что Отем называла мелочностью). В прошлом году выпускник Себастьян Бразер прошел курс Семинара, и какое-то крупное издательство выкупило права на его рукопись. Не зная, кто он, я слышал его историю тысячу раз. Сын епископа! Написал фэнтези-роман! Понятное дело, это впечатляло. Мистер Фудзита отправил рукопись агенту, а тот — своим людям в Нью-Йорк, потом за нее даже возникла борьба, а потом — бум! — и вот он зачислен в Университет Бригама Янга, что через дорогу, и явно отложил свое грядущее миссионерство, чтобы отправиться в книжный тур. И практически стал новым Толкином.

1
{"b":"608566","o":1}