Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Литовченко Тимур

Крысятики

ТИМУР ЛИТОВЧЕНКО

КРЫСЯТИКИ

КУТЕЙКИН (открывает часослов, Митрофан берет указку). Начнем, благословясь. За мною, со вниманием. "Аз же есмь червь..." МИТРОФАН. "Аз же есмь червь..." КУТЕЙКИН. Червь, сиречь животина, скот. Сиречь: "аз есмь скот". МИТРОФАН. "Аз есмь скот". КУТЕЙКИН (учебным голосом). "А не человек". МИТРОФАН (так же). "А не человек".

(Д. И. Фонвизин. "Недоросль", действие третье, явление VII.)

ГЛАВА 1. Анрике

- А скорость я сбросил до пятнадцати, не то можно промахнуться и шлепнуться прямо на звезду. Филупе одобрительно кивал в такт словам помощника. Кончив говорить, Анрике замер, взволнованного глядя на капитана. Неужели он не допустил на этот раз ни одной серьезной ошибки? Вот здорово! Значит, он уже кое на что способен. Правда, с оверсанами пока не все ладится, но Филупе говорит, что опыт - дело наживное. - Все верно, юноша, Я смотрю, из тебя выйдет неплохой пилот. Анрике облегченно вздохнул. Груз волнения, давивший на сознание, испарился. Все же он не мог не сказать: - Ты мне льстишь, Филупе,- потому что капитан действительно льстил ему. По части оверсанов он все равно слабоват. - Выше голову, юноша! В твои годы я и мечтать не мог, чтобы какая-нибудь старая развалина вроде меня НЫНЕШНЕГО натаскивала меня ТОГДАШНЕГО, как я натаскиваю тебя. - Если честно, Фил, то я в самом деле не понимаю, для чего ты учишь меня всем этим премудростям. Такое действительно трудно было понять. Анрике попал к Филупе на корабль не по своей воле. Его родители, люди весьма прагматичные и нисколько не обремененные неумолимой тоской по звездам, просто-напросто сочли профессию капитана торгового корабля наиболее подходящей для своего чада. Ведь если капитан проявит определенную сноровку, то может рано или поздно возглавить фирму, а то и целый комплекс фирм по перевозке грузов. Отцу Анрике никогда не нравился восторженный блеск, возникавший в глазах сына, когда тот смотрел фильмы про космос. По дальновидному замыслу старика полеты на торговом судне являлись компромиссом между мальчишеской фантазией и потребностью в твердом доходе для обустройства будущей солидной жизни. Филупе безусловно был хорошим капитаном-торговцем (а в смысле капитана наилучшим). У него была единственная дочь, которая еще не вышла из младенческого возраста, и это обстоятельство не позволяло Анрике жениться на ней и тем самым навсегда загубить предначертанную неумолимой родительской рукой карьеру. Наконец, Филупе был неутомимым работягой, но при этом оставался фатальным неудачником. От таких людей все поневоле отворачиваются, следовательно, Анрике не станет проявлять к нему особой симпатии. Так рассуждал дальновидный отец юноши, но в одном он все же ошибся. Ибо старина Филупе, не один год болтавшийся из конца в конец Вселенной на весьма потрепанном "зверинце" вместе со своей маленькой семейкой, был неисправимым романтиком и обожал рассказывать о мирах, которые посетил. А это было как раз то самое ЛЕКАРСТВО, которое следовало прятать от юного Анрике В САМЫЙ ДАЛЬНИЙ УГОЛ САМОЙ ВЕРХНЕЙ ПОЛКИ. И судя по всему Филупе как раз приготовился угостить помощника очередной дозой ЛЕКАРСТВА собственного приготовления. Он устроился поудобнее и откупорил баночку кислородного коктейля. Анрике немедленно разложил кресло плашмя и приготовился слушать. - Было это в те годы, когда ты, юноша, совершал экспедиции из детской в кухню. А может тебя только... кгм-м-м... проектировали твои родители, а может и не проектировали еще. Был я тогда примерно твоих лет. И красавцем был ну просто хоть куда! Капитан извлек из правой глазницы искусственный глаз. Анрике как всегда невольно вздрогнул при этом, хотя прекрасно знал об увечье Филупе. - И вместо этой штуковины была у меня нормальная гляделка. Потерял же я ее В ТОТ САМЫЙ РАСПРОКЛЯТЫЙ РЕЙС. Филупе ловко подбросил искусственный глаз на ладони, как-то странно подмигнул ему здоровым глазом и умолк. Теперь в рубке раздавалось лишь мерное попискивание автопилота. - А... Парела полюбила тебя уже... в таком виде? - наконец отважился спросить Анрике и тут же покраснел, потому что вопрос был довольно бестактный. Впрочем, капитан нисколько не обиделся и как ни в чем не бывало ответил: - Нет Парела так никогда и не видела моего лица с двумя глазами. То есть может быть и видела, но очень недолго. Может даже видела, как мою гляделку вышибали, я ее так и не спросил. Стесняюсь как-то, знаешь ли. Ведь случилось все это в ТОТ САМЫЙ рейс. Но между прочим она сама подарила мне это украшение. На свадьбу. Филупе вновь подмигнул искусственному глазу, вставил его на место и назидательно сказал: - Ты, юноша, не равняй мою Парелу с другими женщинами. У нас больше чем любовь, семья, то да се. У нас ЖИЗНЬ И СМЕРТЬ. Подумай, всякая ли жена станет таскаться с мужем по дальним рейсам да еще ребенка тут же растить? А просто мы друг без друга не можем! Не можем, и все. Она мне до сих пор говорит: "Попадешь в следующий раз в передрягу, кто тебе веревки развязывать будет?" Анрике завидовал своему наставнику, но уж после этих слов зависть его стала поистине необъятной. Оказывается, жена Филупе, ни капли не похожая на супергероинь, способных палить из двух бластеров налево и направо, одолевать чудовищных вампиров и стартовать с любой планеты на корабле любой системы, оказывается, эта мягкая миниатюрная женщина выручила бывалого капитана! Ну и ну... Словно угадав мысли помощника Филупе рассмеялся и сказал: - Не забывай, что тогда я был слишком молод, к тому же влип в передрягу впервые в жизни. И летел я тогда не на этом "зверинце", а на ба-альшущем лайнере и был... так, официантиком, мальчиком на побегушках. Наш "Вургрифт" гордо курсировал между Фаврой и Сервегом. В общем, все хорошо, просто даже отлично, да только однажды погрузили к нам в багажное отделение небольшой такой грузик чрезвычайного назначения. Триллионов этак на двадцать семь. Анрике даже зажмурился. Такой фантастической кучи ценностей он и вообразить не мог. - Двадцать... двадцать семь трил... триллионов? Вот бы... только взглянуть...- пролепетал он. - Да провались эти камушки,- неожиданно холодно сказал Филупе.- А пассажиры и экипаж "Вургрифта" тебе бы еще покрепче ответили, если бы живы остались. - Что же произошло? Гангстеры? - Если бы! - Филупе потянулся, отхлебнул немного коктейля и многозначительно прошептал: - Бравзаги. - Ах, вот что,- Анрике сочувственно покачал головой и вздохнул. Правда, до этой минуты он не имел ни малейшего понятия о бравзагах, но раз они опаснее гангстеров... - Вот то самое, юноша, совершенно верно. Даже драки особой не было. С охраной они в два счета разделались, что уж об экипаже говорить. У экипажа оружие слабенькое. "Пугачи". Эти бравзаги были тогда как чума. Дикари, хуже шизофреника с термоядерной гранатой. Анрике с трудом мог представить, что такое ТЕРМОЯДЕРНАЯ ГРАНАТА, поэтому его рот раскрылся еще шире. - Для бравзагов охрана - ВОИНЫ. У поверженных воинов полагалось отрубать руки, чтобы духи их не направили на тебя копья. Или, по-современному, бластер. Там, юноша, такое творилось... - И тебе выбили в драке глаз,- не сдержался Анрике. - Нет, юноша. Будучи настоящим сосунком, я дрожал вкупе с остальными. Когда же бравзаги расправились с охраной (то есть с воинами), пришла очередь выбирать жертву. И по воле случая в тот раз жертвой оказался я. - ЖЕРТВОЙ?! Но ты жив, Фил! - Не перебивай, юноша. Дело в том, что жертва умирает последней. По обычаю этих варваров прежде всего положено бросить в море нескольких пленников. Это подношение богу океана... или космоса, раз грабят космический лайнер. И бросают их конечно не в воду, а заталкивают по одиночке в шлюзовую камеру. и пошел прогуляться за борт без скафандра! Поскольку добыча тогда была особенно крупной, бравзаги торжественно, с пением и пляской вышвырнули шесть раз по шесть человек. Потом уже без всякой помпы вышвырнули остальных, чтоб свидетелей не оставалось. Меня же привязали к колонне в середине салона. Когда выбрасывали первого, жертве (то есть мне) вышибли правый глаз, символ власти, по их понятиям. Когда вытолкали последнего, то трахнули по голове ручкой кресла, чтоб я не видел, в какую сторону они сматываются. - Погоди, Фил. Что ты вообще мог видеть? И как же радары системы слежения? Корабль рейсовый, и диспетчеры засекают любое изменение курса... Снисходительная улыбка рассказчика заставила помощника замолчать. - Юноша, ну что ты смыслишь в дикарях! У них есть ОБЫЧАЙ, РИТУАЛ, который необходимо исполнить в точности. Радары радарами, а корабль следует развернуть в сторону гигантского водоворота с таким шипяще-свистящим названием, которое мне ни за что не выговорить, и отправить туда под всеми парусами. В космическом варианте налета это означает курс в поле притяжения ближайшей звезды со всеми включенными двигателями и с форсажем. Вот что они сделали с "Вургрифтом", юноша. И вспомнил я эту историю только потому, что ты сбросил скорость до пятнадцати, ЧТОБЫ НЕ ШЛЕПНУТЬСЯ НА ЗВЕЗДУ. Так вот. Остался я на корабле один-одинешенек. Без сознания, искалеченный, связанный. Хотя если бы даже был со свободными руками, с ясной головой, толку было бы мало: корабль-то я водить не умел! Поэтому и учу тебя всем тонкостям. Такое всегда пригодиться. - И как же ты выкарабкался? - О, юноша, это самое интересное,- здоровый глаз Филупе блеснул, точно таинственный болотный огонек. Капитан поманил помощника и интригующе прошептал: - Тут появилась моя Парела... Анрике даже подпрыгнул. - Как это появилась?! Ты же только что сказал, что дикари вышвырнули всех пассажиров за борт, экипаж убили кроме тебя... Филупе с минуту наслаждался собственным превосходством, посмеиваясь и потягивая коктейль. - Вот и видно, что ты знаешь мою Парелу. Это она дала бы выбросить себя в открытый космос?! Как бы не так! - в голосе капитана зазвучала гордость находчивостью жены: - Едва началась заваруха, Парела сняла с дверей двигательного отсека значок, предупреждающий об опасности радиации и прикрепила его к двери своей каюты. - И бравзаги ее не тронули? - изумился Анрике. - Конечно нет. Значок на двери каюты был для них чем-то вроде табу. С тех пор как на архипелаге Бравзаго испытывали ядерное оружие, одним из самых кровожадных духов местных племен стал невидимый и неслышимый коварный Ра-Ди-Ци. Так что дикари держались от каюты Парелы как можно дальше. Вот какая она умница, понял? Так значит повис я без сознания на веревках в пустом салоне. Вдруг кто-то по лицу меня похлопал. Открыл глаза, вижу - девушка. Вся в слезах. Как посмотрел на нее, вскрикнула. - "Что такое?" - спрашиваю. Она в ответ: - "У вас глаз выбит". Чувствую, правду говорит. Смотреть как-то странно стало, все вокруг какое-то плоское. Это уже потом я привык. Между тем Парела говорит: - "Я вас перевяжу". Кровь с лица обмыла, глаз обмотала какой-то тряпкой, пить дала... - Проклятые крысы! - неожиданно крикнул Анрике, ловко поддевая носком ботинка грызуна. Крыса пискнула, извиваясь налету. - Стой! Однако Анрике уже ударил по кнопке. Из стены выстрелил гофрированный хобот мышелова. Крыса успела еще раз отчаянно пискнуть. прежде чем хобот уволок ее. - Зачем ты так, юноша? - Филупе сразу помрачнел. - Надоел наш идиотский "зверинец". Выбежала на самом интересном месте. И вообще... - Что "и вообще"? Капитан разглядывал помощника недоверчиво, словно видел его впервые. От этого Анрике растерялся. - Конечно, в отношении крыс наша посудина не подарок,- заговорил назидательно Филупе.- Однако крыса тоже человек. - ЧЕЛОВЕК! - помощник не сдержался и презрительно фыркнул. - Ну, животное,- сам себя поправил капитан.- Это не имеет особого значения. - НЕ ИМЕЕТ?! Да ты что, Фил! Как можно равнять какую-то крысу с человеком? - А с чего ты взял, что имеешь большее право на существование, чем крыса! - набросился на помощника Филупе.- А вдруг они тоже космос осваивают? Вместе с нами. - Ты шутишь, Фил. Если крысы что и осваивают, так это запасы еды. Нашей с тобой еды. И Парелы. И Миремы. Анрике словно ощетинился. Нет, были все же у капитана необъяснимые, до невозможности раздражающие причуды! И теперь вот придумал: КРЫС не убивай... - А тебе жалко двух-трех обглоданных косточек? - не унимался Филупе. - Они, между прочим, груз портят. А штрафы нам платить. Устроить бы здесь хорошенькую санитарную обработку... Мы как раз недалеко от одной из планет. Есть где брать энергию, и отсидеться там можно. Я серьезно, Фил. Надоел "зверинец", пойми ты! Вред сплошной. Капитан вздохнул. - Вообще-то я считаю, что против крыс хватит мышеловов. До тебя их на моем корабле и в помине не было. Но над твоим предложением стоит подумать... Хотя, по-моему, и в космосе, и не корабле места всем хватит. И я бы не сказал, что от крыс никакого проку. - Оч-чень интересно узнать, какая польза от крыс! - Анрике уставился в потолок с видом оскорбленного достоинства. - Да хотя бы...- Филупе на секунду задумался, рассеянно теребя подбородок.- Да, конечно же! Как раз в той самой истории, которую я рассказываю, нам помогла крыса. - Крыса?- помощник недоверчиво посмотрел на капитана. - Вот именно, крыса. Как ты представляешь мое дальнейшее освобождение? Бравзаги хоть и дикари, но парни весьма предусмотрительные. Или наоборот: ВЕСЬМА предусмотрительные, ПОТОМУ ЧТО дикари. Неужели ты думаешь, что они оставили на борту хоть один режущий предмет? Стекла повсюду небьющиеся, а пальчики моей Парелы слишком слабенькие, чтобы распутать узлы на ремнях и веревках, которыми меня скрутили. Вот крыса и разгрызла веревки, когда Парела натерла их куском печеного мяса со специями, которое нашла в кухне. - Ну и ну! - только и сказал Анрике. - И хоть негоже человеку, венцу природы, печалиться о бездумно убитом тобой грызуне, я все таки жалею. Помни, юноша, в жизни может пригодиться даже самая бесполезная, более того, САМАЯ ВРЕДНАЯ на первый взгляд вещь. И Филупе продолжил захватывающий рассказ, время от времени потягивая кислородный коктейль.

1
{"b":"62113","o":1}