Литмир - Электронная Библиотека

Протоиерей Павел Адельгейм

Размышления о церковной традиции

К 80-летию со дня рождения протоиерея Павла Адельгейма

Размышления о церковной традиции - i_001.jpg

Прот. Павел Адельгейм в подмосковном доме КПЦ «Преображение», 2013 год

Что представляется самым ценным в опыте новомучеников и исповедников? Их верность Христу и церковным идеалам до смерти, духовно-нравственная цельность… Они были верны традициям и не желали зла гонителям.

Свящ. Павел Адельгейм

Самая упорная борьба всей моей жизни была за свободу церкви. светлая, дорогая душе моей идея. Церковное творчество есть высший показатель церковной жизни, ее развития, расцвета. Вне церковной свободы нет ни живой церковной жизни, ни доброго пастырства.

Митр. Евлогий (Георгиевский) (Цит. по: Свящ. Павел Адельгейм. Догмат о Церкви в канонах и практике)
Размышления о церковной традиции - i_002.jpg

Прот. Павел Адельгейм во время богослужения в храме свв. Жен-Мироносиц. Псков, начало 1990-х гг.

Предисловие

Дорогой читатель, вы держите в руках книгу, под обложкой которой собраны труды интересного, яркого, глубокого человека и христианина, своей жизнью, служением и смертью засвидетельствовавшего свою верность Церкви и Богу.

Впервые имя о. Павла я услышал 25 лет назад, когда в начале 1990-х годов приехал и остался жить в Пскове. Уже тогда о. Павел был довольно хорошо известен в городе не только среди церковных людей, прежде всего, своими инициативами в социальной работе и выдвижением в кандидаты депутатов Верховного Совета. Эта инициатива православного священника оценивалась псковичами по-разному, однако резонанс имела весьма значительный. Через некоторое время, когда я стал прихожанином одного из псковских храмов, я услышал из уст регента, что о. Павел Адельгейм – один из немногих псковских священников, кто любит и хорошо умеет петь и старается к этому привлекать свою паству. А еще через какое-то время я узнал, что батюшка из репрессированных и вернулся из заключения на одной ноге…

Этот факт не мог не привлечь внимание, и я решил, что обязательно должен с этим человеком познакомиться или хотя бы увидеть его. В один из воскресных дней я пришел в храм свв. Жен-Мироносиц в тот момент, когда богослужение близилось к завершению, на амвоне стоял священник и со словами проповеди обращался к народу. Его облик сразу приковал мое внимание – длинные седые волосы зачесаны назад, открывая высокий лоб, нахмуренные брови, строгий взгляд, направленный прямо на меня сильный и одновременно красивый голос. В этом человеке чувствовалась огненная пророческая сила. Наверное, так выглядели ветхозаветные пророки, возвещающие правду Божию народу израильскому, – мелькнула в моей голове аналогия. Признаться, я внутренне оробел и даже подумал, что приду как-нибудь в следующий раз. Но все же я не покинул храм, а вслед за прихожанами пошел за благословением на отпусте. Подойдя последним к батюшке, я сказал, что давно хотел с ним познакомиться и спросить о возможности личного разговора. И тут я вдруг увидел о. Павла совсем другим: после грозного и почти неприступного образа – передо мной стоял человек с сияющим лицом, наполненный светом и радостью. Так могут встречать родного человека, того, о ком много передумано, кого долго ждали…

Через некоторое время я стал прихожанином храма свв. Жен-Мироносиц, был выбран в состав приходского собрания и продолжал открывать для себя открывать для себя разные стороны личности о. Павла. Как говорил сам батюшка, он свое служение видел и исполнял в трех направлениях – молитва, дела милосердия и духовное просвещение. Трудно сказать, что было в этом ряду для о. Павла приоритетным, все это он делал одинаково тщательно, не жалея себя и очень творчески.

Молился о. Павел и совершал литургию собранно, красиво и трепетно одновременно. В эти моменты он преображался и становился служителем Бога Живого, входя в сообщество славословящих сил бесплотных и святых Церкви. А мы, члены прихода, вслед за нашим настоятелем и предстоятелем следовали и входили в духовное пространство общего дела. Богослужение должно совершаться осознанно, чинно и ответственно каждым членом прихода – так считал о. Павел, и потому вопрос богослужебного языка был для батюшки весьма насущным. Признавая полезность чтения Священного Писания на русском языке, настоятель нашего прихода не считал возможным ввести это оправданное и имеющее статус соборного обсуждения решение только лишь своим авторитетом пресвитера. Отец Павел вынес обсуждение этого вопроса на решение приходского собрания. Причем это не было формальное собрание клириков и активных членов прихода, а настоящее христианское собрание по насущному вопросу. Многие имели возможность высказаться, в том числе и сам о. Павел в тот вечер много говорил о важности слышания слова Божьего и адекватного его восприятия и о том, что церковнославянский язык никогда не имел статуса священного сакрального языка, как то принято, например, в исламе, или до определенного момента практиковалось в римо-католической церкви. После голосования оказалось, что большая часть приходского собрания не готова принять русский язык в качестве богослужебного даже на литургических чтениях Евангелия. Отец Павел это решение смиренно принял как волю народа Божьего, а тем, кто тогда остался в меньшинстве, говорил, что приход не готов к такому серьезному шагу, поэтому не нужно форсировать события, а нужно подождать, помолиться и помогать своим братьям и сестрам войти в понимание необходимости воцерковления русского языка.

Известно, что за свою жизнь о. Павел построил и восстановил несколько храмов, прежде всего, для возможности общей молитвы и собирания народа на дело Божье. Стоит заметить, что в строительстве батюшка принимал участие самым непосредственным образом. Например, при восстановлении храма свв. Жен-Мироносиц о. Павел участвовал на всех этапах восстановительных работ, в том числе в ремонте церковной кровли, для чего он поднялся на крышу (напомню, батюшка потерял правую ногу после совершенного на него покушения в лагере Кызыл-Тепа). В какой-то момент о. Павел, потеряв равновесие, упал с крыши на кучу строительного мусора, лежащего у стен храма. Все замерли… Никто даже не успел вскрикнуть, настолько стремительно это произошло. Однако батюшка тут же легко поднялся и вновь принялся за работу так, что никто не услышал от него ни жалобы, ни стона. Далеко не всегда о. Павел за свои труды слышал слова благодарности и поддержки. Например, в начале его пресвитерского служения строительство храма в Средней Азии в городе Кагане в 1969 году стало одним из поводов для ареста, суда и тюремного заключения о. Павла…

Дар милосердия и заботы о сиротах и больных был выстрадан им с самых ранних лет жизни, когда лишенный родителей Павел Адельгейм в годы войны находился в детском доме в постоянном состоянии недоедания и истощения… Будучи настоятелем храма св. Апостола Матфея в Писковичах на окраине Пскова, о. Павел здесь в приходском доме устроил приют для детей-инвалидов. Он ежедневно приезжал к своим подопечным, общался с ними, привозил продукты, следил за порядком и входил во все вопросы и проблемы этого общежития. Для многих ребят он стал и папой, и мамой, и духовным наставником. Батюшка заботился о том, чтобы они учились в школе, получили профессию, добился для некоторых получения квартиры. При этом не следует забывать, что это были ребята в основном из социально трудных семей, как принято говорить, с крайне тяжелой наследственностью. Много трудностей, переживаний и испытаний принесла батюшке эта инициатива. Но о. Павел не мог поступить по-другому, его сердце болело за несчастных и обездоленных в этой жизни.

1
{"b":"633681","o":1}