Литмир - Электронная Библиотека

Универсальный Солдат — Евгений Буковский

Глава 1

Шорох…

Лишь только шуршание опавших листьев на покрывале безжизненной травы различалось достаточно внятно, в отличие от монотонного гула и скрипа черных, ужасающих своей мрачностью черных как смоль деревьев окраины Мертвого леса, находящегося на периферии территории Радара и границы с Рыжим лесом. Выжженная пустошь, кишащая неведомыми тварями, пропиталась смертью, поджидающей неосторожного путника на каждом шагу.

Неведомая сила Выброса вновь лишила жизни всех созданий, даже порождений хозяйки этого забытого Богом места — серийного маньяка и художника-психопата — Зоны. И среди упокоенных были люди. Его люди. Его друзья и боевые товарищи. Понуждающее чувство тревоги заставило разлепить веки. Тело все еще дремало и не в силах было совершать какие-либо активные действия, но сознание уже вопило от наступающей, но пока невидимой опасности.

Человек поднялся с земли, зашарил руками по экипировке. Армированный комбинезон потрепало, что впрочем, очевидно. Сталкерство — профессия опасная, не терпящая бережного отношения к собственной жизни. Главное что руки и ноги целы. Ощупав голову, боец посмотрел в окуляры лежащего у рюкзака противогаза. Лицо в отражении молодое, однако, щетина и мешки под глазами старили. Короткая прическа светлых волос, бардовый шрам (видимо, совсем свежий и приобретенный не так давно) рассекавший левый глаз от брови до скулы и полные задумчивости и пугающей уверенности карие глаза. Человек узнал себя в отражении. В помутневшем рассудке всплыло имя — Бродяга. Это крохотное, но столь важное воспоминание кольнуло в памяти. А внутри, где-то глубоко появилось необъяснимое чувство… тепла? Словно это имя, или кличка, было чем-то сакральным, личным, дарующим покой зачерствевшей душе.

Минуты тишины позволили перевести дух и собраться с мыслями. Но долго покой продолжаться не мог. Лес вокруг оживал. Пир, устроенный Выбросом, привлек внимание падальщиков. Бродяга поспешно ретировался. И дело не в том, что его пугала встреча с опасными хищниками — однако рандеву с зубастой фауной сейчас было крайне не желательно — а в том, что помимо мутантов, на пятки наступали карательные отряды Монолита. Эти черти заинтересовались персоной Бродяги с тех самых пор, как он и его группа вышла из-под контроля после другого Выброса. А когда его отряд подобрался к Центру слишком близко, то новоиспеченный лидер Монолита — Аид, приемник Харона, словно с цепи сорвался и устроил охоту на бывших монолитовцев по всей территории северных окраин Зоны, далеких от сталкерских троп.

За пазухой Бродяга имел лишь сохранившийся в кобуре "Стечкин" и парочку обойм. Конечно, с таким оружием много не навоюешь, а на выбор имелись лишь плохенькие автоматы его погибших товарищей. В ходе обыска удалось разжиться более-менее действующим "Абаканом" и тремя магазинами. С оружием Бродяга почувствовал себя намного уверенней.

Бывший монолитовец решился на марш-бросок до Рыжего леса, понадеявшись лишь на удачу, выработанное с годами чутье разведчика и мудреные приборы аномальной активности, включающие в экипировку бойца традиционный счетчик "Гейгера". Конечно, любой сталкер, даже самый сумасшедший, знает, что в Зоне быстрое перемещение без видимых на то причин дело заведомо проигрышное. Зачастую сталкеры, особенно начинающие, погибали как раз-таки из-за собственной невнимательности и поспешных действий, чем вызывали недоверие и презрение у более опытных "отшельников". Но сегодняшние обстоятельства вынуждали Бродягу пренебречь закоренелыми правилами и законами, надеясь, что стервозная дамочка Зона протянет ему руку помощи, а не затащит в логово своего уродливого чада, например кровососа.

Красивая палитра бурого, красного, желтого и оранжевого цветов Рыжего леса притягивала взор, вдохновляла. Но этот пейзаж таил в себе опасность. Убийственная красота, укрытая могуществом аномального "лихолесья". Иного пути нет. Если в обход, то навскидку примерно полдня пути, учитывая аномалии и логова тварей, которые само собой придется огибать по мелким тропам, не знающих сапог брата-сталкера. Решившись, монолитовец погрузился во мрак леса, рассчитывая, что преследователи в здравом уме не полезут за отчаявшимся беглецом в этот рассадник смертоносных ловушек. Но вслед убегающему уже летел горячий свинец.

Инстинктивно пригибая голову, Бродяга с осторожностью мчался вперед, огибая рухнувшие кроны, черные заросли таивших в себе опасности рощ и поджидающие нерасторопных путников коварные аномалии. В последние методично летели болты, разряжающие сгустки необъяснимой энергии. Это позволяло быть уверенным, что враги не пойдут напрямик, а будут огибать раззадорившиеся аномалии иной дорогой.

Однако, Бродяга ошибался. Карателей было куда больше, чем он себе представлял. Неужели монолитовцам делать больше нечего, чем охотится на их бывшего соратника? Или их цели куда грандиозней и масштабней, чем поимка какого-то там сломавшегося "винтика" единого механизма? На раздумья времени не было. Лес, которому казалось, нет конца и края, вдруг вывел бойца к заброшенной ферме, расположившейся посреди крупной опушки.

Фундаменты некогда больших строений утопали в бурной растительности, кирпичные стены кое-где обвалились: не вооруженным взглядом было видно рваные прорехи в которых пульсировали гравитационные ловушки. Крыши просели под натиском природных стихий, черные балки торчали вверх, устремившись к небу остроконечными кольями, щедро покрытие ржой обломки и остовы брошенной техники покоились неподалеку. Из земли, как будто затонувший корабль, торчал кузов "ЗИЛа". Неведомая аномалия затащила машину под грунт.

Брошенное селение не внушало доверия. Бродяга ускорился. За короткой лесополосой проглядывалась полуразрушенная церковь, а рядом с ней больших размеров воронка, на краю которой стояла притянутая, словно магнитом, сельскохозяйственная техника, разбитые автомобили, гусеничный экскаватор, ковш которого торчал над воронкой, и различный металлолом, стянутый сюда явно не сталкерами, а притаившейся внутри воронки магнитной аномалией.

Монолитовец стянул с плеча автомат и с настороженностью прошагал к церкви. Ее купол возвышался над лесом. Стоило осмотреться. Понять, куда двигаться дальше. Впрочем, план был прост. Выйти с территории контролируемой противником на обжитые и проверенные сталкерами маршруты. Там до охраняемых лагерей рукой подать. О дальнейших странствиях Бродяга не задумывался. Он всецело увлекся изучением раскинувшейся перед его взором местностью. Если смотреть на Зону, стоя спиной к ЧАЭС, то по идее Лиманск должен быть справа. Бродяга не ошибся. А вот на юге (точнее на юго-западе) проглядывались высотки Мертвого города, скрытые в пелене тумана. За городком вроде как озеро Янтарь и ученые, немного восточней — Дикая Территория и небезызвестный Бар. Запомнив расположение нужных объектов, и понадеявшись на свою ни разу не подводившую зрительную память, монолитовец спустился обратно.

Совсем рядом раздавались утробные завывания псевдопсов. Сталкер заглянул за угол обвалившейся стены и увидел лохматых тварей с аппетитом пожирающих исходящую паром тушу внушительных размеров псевдоплоти. Чудовища настолько увлеклись процессом трапезы, что и вовсе не обращали внимания на двуногого попутчика, не спускающего с них ствола "гремящей палки".

Бродяга отступил и прислушался. Один из псов все же поднял окровавленную морду и уставился на человека. Острые уши приподнялись, пасть оскалилась, тягучая слюна покапала на землю. Пес зарычал, но потом, ни с того ни с сего заскулил опустив уши и попятился. Оголодавшие сородичи последовали примеру вожака. Не Бродяга привлек их внимание, а нечто, что скрывалось за его спиной. Сталкерская чуйка просигнализировала об опасности и монолитовец медленно обернулся. Покореженные ставни ворот у входа в церковь разлетелись в щепки, и в сторону человека прыгнул призрачный силуэт невидимой твари. Мощный удар отбросил Бродягу в сторону. Спину пронзила тупая боль, как только сталкер влетел в кирпичную кладку. Тут же невидимая лапища подняла монолитовца над землей и потрясла словно куклу. Монстр проявил себя. Уникальные метаморфозы открыли взору жуткую морду с четырьмя щупальцами и кровавыми бусинками-глазами. Матерый кровосос, метра два ростом, с мускулистыми ручищами и широкой грудью зловеще зарычал на жертву, исторгая из пасти зловонный смрад и вонючую жижу, являющейся парализующим ядом.

1
{"b":"641880","o":1}