Литмир - Электронная Библиотека

Поэтому я пришла в этот университет. Поэтому я захотела стать актрисой.

Но на самом деле вы, разумные существа, отказываетесь смотреть на меня. Отказываетесь понимать что-то отличное от того, к чему вы привыкли.

Вы с детства слышали страшные истории про оборотней, поэтому вместо меня вы видите убийцу.

Вы с детства знаете, что над оборотнями можно издеваться, поэтому вместо меня вы видите жертву.

Вы с детства говорите, что мы – чудовища, поэтому вместо меня вы видите зверя.

Посмотрите на меня!

Забудьте все, что слышали, знали и говорили раньше. Откройте глаза и посмотрите на меня!

Увидьте уже меня! Не убийцу, не жертву, не зверя, а меня. Олю Захарченко! Я тут, перед вами.

Я ем ту же еду, читаю те же книги, хожу на те же лекции, ношу ту же одежду. Я вот здесь, рядом с вами, вместе с вами. Так посмотрите на меня, - прошептала девушка.

После этих слов она сошла со сцены и без сил упала на стул. Студенты и преподаватель молчали.

Через минуту Алабэль подошла к Оле, положила ей руку на плечо и сказала:

- Прости.

Глава 5

- Разрешите? – девушка робко просунула голову в приоткрытую дверь.

- Захарченко? Входите, давно вас жду, - худощавый мужчина средних лет на секунду отвлекся от бумаг, чтобы взглянуть на гостью. – Одну минуту, я закончу.

Девушка оглядела кабинет знаменитого режиссера Аклюдова, того самого, кто поспособствовал ее поступлению в университет. Обивка из полированного дуба, бордовые бархатные занавески, обильные позолоченные аксессуары: ручки шкафов, картинные рамы, статуэтки на полках, - ярко блестели и резали глаз. В кабинете густо пахло сигарами, от чего у гостьи засвербило в носу.

- Ну-с, теперь побеседуем. Ольга, вы, скорее всего, уже догадываетесь, зачем я вас пригласил, верно?

- Да. Вы хотите предложить мне роль.

- Правильно,  - мужчина побарабанил пальцами по столу, помолчал и продолжил. – Только боюсь, это немного не та роль, на которую вы рассчитываете.

- Я согласна сыграть любую роль, - горячо возразила Оля, - даже самую маленькую.

- Это понятно, - отмахнулся режиссер. – Дело не в этом. Примерно год назад ко мне в руки попал интересный сценарий фильма. Это детективная история, где сыщик, скажем так, недалекого ума человек, и раскрывает преступления только благодаря своей собаке. Понимаете?

- То есть вы предлагаете мне… - девушка побледнела, - предлагаете сыграть собаку?

- Оля, не торопитесь с выводами. Да, вы правы. Я предлагаю вам сыграть собаку. Но это центральная роль в фильме. Восемьдесят процентов времени камера будет направлена только на вас. В сценарии описывается очень умная собака, гораздо умнее своего хозяина, и она должна уметь делать необычные вещи. Я разговаривал с цирковыми дрессировщиками, и они сказали, что будет крайне сложно обучить собаку подобным трюкам. Одна лишь подготовка займет несколько лет, и нужно дрессировать одновременно несколько похожих животных. Я почти отказался от мысли снять этот фильм, но тут во время вступительных экзаменов увидел вас и сразу подумал, что это шанс. Собственно, только из-за этого я и уговорил взять вас.

- То есть вы требуете вернуть долг? – Оля все еще не могла поверить своим ушам. Она целый год ежедневно, ежеминутно доказывала, что она не животное, не зверь, и первую роль, которую ей предложили, это роль собаки?

- Зачем же так грубо? Скорее, я взываю к вашему состраданию, - улыбнулся Аклюдов и вытащил сигару. – Учтите, я плачу неплохую зарплату. Не как народному артисту, конечно, но купить комнату сможете. Так что вы думаете?

Оля серьезно начала размышлять. Сниматься в виде животного – это отвратительно, мерзко и обидно. Она уже почти год не оборачивалась, хотела отказаться от своей второй сущности полностью. Но это роль давала ей возможность съехать из гетто, забрать маму из тех ужасных условий. Жить в квартире, где сама по себе течет горячая и холодная вода, где есть теплый туалет, где не отключают газ на несколько месяцев. Пусть даже это будет лишь комната в коммуналке, но это уже шаг вперед. Это не деревянные скрипучие бараки, где удобства в конце улицы. А мама стареет, ей уже почти двадцать. Сколько она еще проживет? В таких условиях – не больше четырех лет.

Нужно всего лишь поступиться гордостью и принципами. Всего лишь.

- Оля, посмотрите на  мое предложение с другой стороны, - внезапно заговорил Аклюдов. – Знаменитостями становятся не самые талантливые, не самые красивые и не самые умные. Тут важны другие вещи. Первое – это удача. Второе – это какая-то особенность, то, благодаря чему вас запоминают люди, из-за чего приглашают режиссеры. У кого-то это – необычная улыбка, у кого-то – мерзкая внешность, а вот вы – сплошная особенность. Нет, если смотреть на вас, как на человека, то вы вполне стандартны. Милое, но не более, лицо, средняя фигура. Да, вы – лучшая студентка на курсе, но сколько таких отличниц прозябает в провинциальных театрах?

А вот то, что вы – оборотень, это сразу вас делает особенной, необычной, запоминающейся. Да, сначала вас будут приглашать только на подобные роли, люди будут ходить на ваши фильмы только, чтобы увидеть оборотня и потом говорить друзьям, что сразу заметили животный блеск в глазах. Вас будут звать на светские рауты лишь как диковинку, мартышку в балетной пачке.

Но если вы и вправду умны, то сумеете повернуть эту ситуацию в свою пользу. Чего вы хотите? О чем мечтаете? Я не про славу и богатство, вы явно не из таких. Так для чего вы захотели стать актрисой?

Оля подняла голову. В ее глазах стояли слезы, но то были слезы ярости:

- Я хочу, чтобы люди признали нас равными. Не особенными, не необычными, а равными. Чтобы люди могли спокойно здороваться с нами, чтобы наши дети ходили в одни и те же сады, в одни и те же школы. Чтобы мы могли выбирать работу, а начальники при приеме смотрели не на расу, а на способности. Чтобы оборотни смогли жить не в гетто, а в настоящих квартирах.

- Так сделайте первый шаг к своей мечте. Покажите, что оборотни – не опасные дикие звери, а разумные существа вне зависимости от вида. Неважно, как выглядите снаружи: как волк, медведь или как человек, вы разумны. И это главное.

Глава 6

- Оля, как ты могла? Почему ты согласилась на эту роль? Это же мерзко, - кричала мама, еле сдерживаясь от оборота.

- Мама, зато мы купили эту квартиру. Смотри! Тут целых две комнаты: для меня и для тебя. Отдельная ванная. Своя, мам. Не нужно ждать, пока заснут все соседи, и освободится раздолбанный душ. Тут можно стирать в любое время. Тут тепло.

- Да лучше бы мы остались жить в гетто. Среди своих. В коммуналке мы жили, как на войне, но я хотя бы привыкла, а теперь даже не знаю, как воспримут нас новые соседи. Я с трудом стерпела первый фильм, где ты, как какая-то дрессированная болонка, танцевала у ног того болвана. Но этот?! Оля, я такого от тебя не ожидала.

У Оли задергалась нижняя губа, еще немного, и девушка бы разрыдалась.

- Мам, ты сама говорила, что тете Кате стало совсем плохо. Что от холода у нее опухают ноги, и она почти не может ходить. А благодаря этой роли она сможет жить в тепле, в нашей старой комнате. Соседи там уже привыкли к оборотням, а значит, и тете Кате будет полегче. Так что важнее? Лучше сняться в одном паршивом фильме или оставить тетю Катю помирать на голых досках?

Женщина устало опустилась на стул и тихо сказала:

- Дочь, я все понимаю. Ты так стараешься ради нас. Целыми днями учишься, репетируешь, успеваешь сниматься. Ты такая молодец. Я действительно тобой горжусь. Но после этого фильма нас будут бояться еще больше. Ненавидеть еще сильнее. Кому вообще могла прийти в голову подобная идея? Как его пропустила цензура?

Оля скривилась. Ответ был прост: у режиссера был очень могущественный покровитель.

После первого фильма Оля подумала, что все режиссеры такие, как Аклюдов. Деликатные, вежливые, грамотные. Несмотря на отсутствие опыта, боязнь камеры и постоянный стыд из-за съемок в звериной форме, юная актриса смогла постепенно преодолеть свой страх, влилась в коллектив и отлично сыграла роль. Она привнесла нужную комедийную нотку и легкость в сценарий.

3
{"b":"672195","o":1}