Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Пино К

Три желания Длинного Петера

К. Пино

Три желания Длинного Петера

Жил в Арденнском лесу дровосек, по прозванию Длинный Петер, и это имя подходило ему как нельзя больше. Роста он был высокого, руки длинные-предлинные, точно сучья у тех деревьев, которые он рубил. Да и весь он напоминал стройный шестилетний дубок, покрытый густой листвой.

Но Длинный Петер был несчастлив. Нет, он вовсе не завидовал богатым фермерам, которые могли пить молока сколько им вздумается и объедаться утками, гусями и всякой прочей птицей; не завидовал он и городским богачам, разодетым в шелка и тонкое сукно, и все же он считал, что жизнь к нему слишком сурова. Любимая жена его умерла рано, а сына, которого она ему подарила, Петер не уберег. С тех пор его лачуга из нетесаных бревен казалась дровосеку унылой, как пустая бутылка.

Днем, еще куда ни шло, Петер яростно взмахивал топором, и тяжелые удары по дереву отсчитывали его жизнь с равномерностью часового механизма. Но вечера были такие тоскливые, такие длинные-Петер считал и пересчитывал пальцы, складывал пальцы на руках с пальцами на ногах до тех пор, пока не выбивался из сил и у него не получалось 21. Тогда он ложился спать, но сон долго не приходил, его одолевали кошмары, правда, не очень страшные, и грезы, правда, не очень занимательные; наконец он погружался в глубокий сон, где уже не было ни воспоминаний, ни надежд.

Как-то вечером Длинный Петер начал разговаривать вслух. Звук собственного голоса нарушил его одиночество, и он охотно стал бы отвечать сам себе, если бы мог задать какой-нибудь интересный вопрос. Итак, однажды вечером Длинный Петер начал разговаривать сам с собой, и это решило его судьбу.

- Если бы,- сказал он,- сбылись три моих желания, совсем маленькие желания, которые я произнес бы шепотом, чтобы не искушать злой судьбы, жизнь моя совершенно изменилась бы.

Сказал он это без особого убеждения, потому что не верил в чудеса - ведь он хорошо знал, что деревья падают только от молнии или топора и что холодной зимой трава не вырастет. Но в этот вечер случилось чудо. Один из дубов-великанов, что рос около лачуги дровосека, заговорил. Наверно, в нем была заключена душа старого волшебника Арденнского леса или нежная душа какой-нибудь хорошенькой феи, умершей некогда у его подножия, оттого он и заговорил.

- Длинный Петер,- сказал дуб,- назови три своих желания: я тебе обещаю, что они сбудутся, ты получишь даже больше, чем ожидаешь.

- О дуб! - воскликнул Петер.- Не смогли бы вы дать мне совет, ведь три желания - это так мало!

- Ты, Петер, не красавец, но считаешь себя уродом, ты не особенно умен, но считаешь себя глупым, вот поэтому-то ты мне и нравишься больше других людей и я хочу тебе помочь. Но человек всегда должен оставаться хозяином своей судьбы. Выбирай то, что подсказывает тебе совесть.

- Коли так, я хочу, чтобы моя лачуга была полна золотых монет,- сказал Петер.

- Пусть исполнится твое желание,- ответил дуб. В воздухе что-то загрохотало, а потом наступила обычная тишина, какая стоит в лесу в сумерки. Длинный Петер сидел не шевелясь, ему казалось, что он грезит. Он спокойно продолжал курить свою трубку, набитую высушенными на солнце и растертыми между камешками листьями ясеня.

Но вот поднялся ветер, и ночь озарили долгие вспышки молний, которые, точно сверкающий серпантин, падали с неба на деревья. Длинный Петер встал и открыл дверь своей лачуги. К ногам его посыпались золотые монеты - весь дом до самого чердака был забит ими. Куда ни бросишь взгляд - всюду одно только золото. Стол и стулья, кровать, запасы продуктов - все было погребено, под золотыми монетами. Понадобились бы многие часы усердного труда, чтобы перетащить из дома все это богатство. Волей-неволей Длинному Петеру пришлось мириться с тем, что он не может войти в свою лачугу. А дождь лил как из ведра, и самый богатый дровосек на свете вынужден был провести ночь под деревом. Он весь промок и окоченел, но душа его была полна радужных надежд.

На следующее утро Петер принялся размышлять о том, что ему теперь делать. Никогда прежде дровосеку и в голову не приходило, что один человек может владеть таким богатством. Поэтому его воображение не могло подсказать ему никакого способа истратить эти деньги.

Но, как говорится, попытка не пытка. Взял он одну золотую монету и отправился в город, впервые за всю свою жизнь плотно прикрыв дверь и привалив к ней бревно.

По лесу Петер шел быстро, но, войдя в город, замедлил шаг, потом начал останавливаться то там, то здесь - его поражало великолепие сверкающих витрин, смущали снисходительно-насмешливые взгляды, которые прекрасные дамы бросали на статного дровосека с таким грубым, простым лицом. Он задержался у витрины кондитера, где были выставлены тарталетки, куличи, ромовые бабы, торты, слоеные пирожные, пирожные с кремом и прочие вкусные вещи. Маленькие кремовые озера вытекали одно из другого, лились каскады сиропа, возвышались целые горы хрустящего, хорошо поднявшегося на сильном огне теста.

Петер вошел в кондитерскую. Утолив голод и выпачкав пальцы, шею и даже грудь кремом и сиропом, он получил в обмен на золотой груду серебряных монет и почувствовал, как обременительно быть богатым. Он решил попросить у кого-нибудь совета и обратился к важному толстопузому горожанину.

- Мессир,- вежливо спросил он,- не могли бы вы указать мне какое-нибудь удобное и простое средство истратить деньги?

Ошеломленный горожанин испуганно посмотрел на рослого, сильного парня, сунул ему в руку серебряную монету и поспешил уйти.

Длинный Петер обратился еще к одному прохожему и получил еще одну серебряную монету. "Да так, пожалуй, можно составить себе целое состояние",решил он и почти пожалел, что богаче всех этих трусов, вместе взятых.

Вдруг он увидел здоровенного детину, вроде него самого, который занимал на улице столько места, что, казалось, шагал сразу по обоим тротуарам. Петер подошел к нему и повторил свой вопрос. Тот громко рассмеялся.

- Э, приятель! Нет ничего проще! Пойдем со мной, я научу тебя, как тратить деньги.

Длинный Петер отправился со своим новым другом путешествовать по неведомому для него миру. Низкие прокуренные шумные залы, рюмки всех размеров, наполненные белыми и желтыми, прозрачными и переливающимися, как опал, напитками, и смех, и песни, и легкая качка, и качка более чувствительная по всем направлениям. И вскоре Петер стал занимать на улице столько же места, сколько и его приятель. Он уже плохо соображал, что делает, но ему было очень приятно смотреть, как тают серебряные монетки.

Когда у него ничего больше не осталось, новый приятель исчез, и Длинный Петер отправился домой, в свою лачугу. Выходя из города, он увидел на карнизе окна одного из домов толстого черного кота. Петер хотел погладить его, но провел рукой против шерсти, и кот, разозлившись, выпустил когти. Тогда Петер схватил его за хвост, повертел немного в своей длинной ручище и ударил о стенку дома, стоявшего на другой стороне улицы. Кот отчаянно замяукал, дверь распахнулась, и на пороге появилось тощее длинное создание с всклокоченной головой, в которой торчали бигуди, в домашних туфлях и с метлой в руках - ни дать ни взять старая дева.

- Мерзавец! - завопила она.- О мой котик! Мерзавец! Мой котик!

От возмущения она не могла ничего больше вымолвить, но ее метла была красноречивее всяких слов, и Длинный Петер, сразу отрезвев, поспешил отступить и укрыться в лесу.

Как он добрался до своей лачуги, он не мог бы объяснить, и нам это тоже неизвестно.

Горло у него пересохло, в висках стучало, ноги подкашивались. Петер хотел было улечься на свое ложе из соломы и мягких листьев, но золото преграждало вход в лачугу. У дровосека не было сил разгрести его, и он улегся спать прямо на земле около дома и проспал до утра.

На следующий день Петер взял две золотые монеты и, полный самых благих намерений, снова отправился в город. Он начал с того, что купил себе башмаки на резиновой подошве, но как только вышел из лавки, сразу повстречался со своим вчерашним приятелем. Беседовали они недолго, и Петер согласился получить еще один урок. На этот раз улицы оказались недостаточно широкими, чтобы вместить Длинного Петера. На каждом шагу он натыкался то на четные, то на нечетные номера домов. Он прошел мимо жилища старой девы, но не заметил там кота, и это было к лучшему - Петер был настолько пьян, что, конечно, увидел бы сразу четырех котов.

1
{"b":"68417","o":1}