Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Предисловие

Интересно, а ты, читающий всё это, хорошо знаешь свою историю? Основные вехи событий, повлиявших на развитие цивилизации?

Сколько на твоей планете государств? Сколько в её истории войн? Кто и зачем начал эти войны?

Можешь назвать имена хотя бы двух–трех десятков президентов ведущих держав?

Я когда–то не мог. До войны я историю галактики знал в рамках школьной программы, не более.

Знал, что было две волны заселения космоса с планеты–прародительницы, которая якобы погибла. Экзотианская волна и Имперская. Знал, что наши, «имперские», изначально не везде находили общий язык с экзотианцами. Знал, что экзотианцы — психи и мутанты… Это уже не из учебников, а так, вообще.

Первую волну заселения космоса называют Экзотианской, потому, что планеты пояса Абэсверт, с которых всё тогда и началось, называли экзопланетами. Теперь ледяные миры Абэсверта кажутся нам мало гостеприимными, тогда, похоже, иного варианта не было. Я думаю, мифическая Земля должна находиться где–то рядом с ледяным поясом. Вряд ли первые корабли были в состоянии преодолевать те расстояния, что преодолевают сейчас.

Итак, Земля якобы погибала.

Экзотианцы рискнули первыми и осели на трёх планетах ближайшего скопления звёзд. Средних планетах (по удалённости от своих солнц). Самых пригодных для жизни.

Планеты назывались Тайна, Край и Дом. Это самые старые названия, насколько мне удалось выяснить. Теперь, Край называют Грана, Тайну — Тайа и только Дом сохранил своё исконное имя.

Переселенцы «экзотианской» волны, не ждали, пока учёные проведут необходимые замеры и исследования. И экзотианцы изменились гораздо больше нас, «имперцев». Причины простые — излучение чужих звёзд, разница в силе тяжести и магнитных полях новых планет.

Экзотианцев почти всегда можно узнать «в лицо»: они тонкокостые, фенотипически более разнообразные. Я не видел имперцев с золотистыми глазами или зелёновато–рыжих. Или — с более длинными глазницами, например, до самых висков, какие встретились мне на Мах–ми. У нас любят говорить, что последствия мутаций непредсказуемы, и ещё не известно, что у среднего экзотианца с мозгами. Ученые миров Экзотики, наверное, более подкованы в этом вопросе. Но пообщаться мы не можем — пять лет назад между мирами Экзотики и Империи началась очередная война.

Теперь — о второй волне. Имперской.

Между волнами по учебнику — около 300 лет, но есть факты, позволяющие сомневаться и в этом. Те же фенотипические и языковые различия между нашими народами, например.

Считается, что мы, имперцы, ближе к землянам по внешности и психологии. И, тем не менее — нас тоже выгнали.

Это только в учебниках пишут, что Земля погибала, и люди были вынуждены покинуть её. Негласно существует совсем другое мнение. Говорят, что и первая, и вторая волны переселения в космос вызваны политическими конфликтами. Что на Земле стало мало места. И делить стало тоже нечего — все континенты давно уже находились в чьих–то руках. Видимо, как полагает лорд Джастин, один из моих покровителей, главный военный инспектор Его Императорского величества, земляне когда–то предприняли попытку колонизировать космос. Но, когда колонисты поняли, что жизнь на других планетах возможна и без помощи метрополии, начались конфликты и колонии отделились.

Лорд Джастин полагает также, что в результате этих конфликтов Земля была уничтожена, а имперская волна колонизации — остатки космической армады землян. А Дьюп, мой друг, лендслер, командующий наземными войсками южного сектора Империи, считает, что Земля уцелела, избавившись от самой агрессивной части своего населения. Он сказал как–то, что экзотианцы ушли с Земли сами, а нас, имперцев — вышвырнули.

Я не знаю, кто прав. Возможно, это знают на планетах первого заселения, Гране, Тайэ или Доме. Может быть, там даже сохранились какие–то документы. Экзотианцы легче, чем мы смотрят на нестыковки официальной и неофициальной истории.

А в Империи жизнь была структурирована таким образом, что её граждан аккуратно приучали презирать и опасаться жителей миров Экзотики. Слово «мутант» не произносилось журналистами и политиками, но явно вертелось на языках.

Однако когда я сам столкнулся с экзотианцами на Орисе, Мах–ми и Гране — ничего «нечеловеческого» в них не увидел. Они нисколько не хуже нас, а местами — даже лучше.

Экзотианцы однозначно более утончёны и чувствительны психически. Это — привлекает. С ними легче общаться, они меньше врут — потому что их эмоциональный отклик острее…

Да, я и сейчас многого не знаю об истории обитаемой части галактики. Но раньше — я знал ещё меньше. Мне вполне хватало того пропагандистского мусора, которым забиты дэпы — разновидность сетевых газет. Теперь я достаточно прочитал о себе, чтобы знать им цену.

Я — импл–капитан Гордон Пайел. Но друзья называют меня Агжей. Профессия такова, что имя пришлось сменить.

Мне 27 лет. Это смешной возраст для моего звания.

Импл — экзотианское словечко. Мы его заимствовали, как заимствовали и должность. Импл–капитан — в случае необходимости или гибели старшего по званию принимает временное руководство на себя, до ближайшего перемирия.

До моего появления в южном крыле армады у нас не было такой должности. Генерал Мерис, начав затыкать моей персоной возникающие то и дело дыры, очень удивился, узнав, что в экзотианской армии предусмотрено и такое. И, когда мы добились прекращения военных действий в нашем, южном, секторе галактики, меня или премировали, или наказали. Я — не знаю.

По образованию я пилот–стрелок. Закончил Академию Армады на Дрейфусе. Это — элитная академия пилотов.

Служить меня направили первоначально в северное крыло Армады, по сути — на другой конец галактики. И я вполне мог бы остаться пилотом там на всю мирную, а потом и военную жизнь. Но — судьба распорядилась иначе.

В наше, северное крыло, был сослан легендарный генерал спецона Колин Макловски (про себя я называю его по старой памяти Дьюпом, хотя это не самое лучшее его прозвище). Сослали его по сфабрикованному делу. Экзотианское влияние на пограничных территориях Абэсверта было тогда особенно велико. Назревала война. Правительство миров Экзотики планировало перевести под своё начало все планеты ледяного пояса. Империи принадлежали тогда: Тайэ (одна из трех планет первого заселения), полдюжины мелких планет и рукотворный гигант Аннхелл. Остальные планеты Абэсверта и так экзотианские. И, кроме воли Колина, препятствий к расширению экзотианского влияния никто не видел. Но воля для наших врагов — штука серьезная.

Казнить Колина побоялись. Устраняя из игры крупную фигуру, тем самым вводишь другую, возможно, ещё более опасную и непредсказуемую. Вот так он и попал на тот же корабль, где служил тогда я. Прошло месяцев десять пока, во время первой своей увольнительной, я, наконец, не столкнулся с ним нос к носу.

На боевом корабле класса моего тогдашнего «Аиста» — 12 пар пилотов. Дежурят по шесть пар, в разные смены. Я встречал, конечно, Колина в общем зале, но он был гораздо старше меня, а я общался в основном с первогодками. Тем более, я слышал про его тяжелый характер, а не менее тяжелые кулаки иногда наблюдал и в действии. Война тогда ещё не началась, шуток, приколов и просто драк было несоизмеримо больше, чем сейчас. Сейчас мои ребята так успевают нашутиться за день, что иногда засыпают сидя.

Близко мы сошлись с Дьюпом только на Орисе, красивейшей рукотворной планете миров Экзотики, вращающейся вокруг четырёх искусственных солнц. Система Ориса включает восемнадцать больших планет. Я побывал на главной. Мы встали тогда по соседству на профилактику, и нас стали потихоньку отпускать в увольнительные. Первые увольнительные в моей армейской жизни.

Отпускали на двое–трое суток, чтобы к возвращению бойцы успевали и напиться, и подраться, и проспаться. Но я не успел. А вытащить меня пьяного из какого–то злачного места одногодки просто не смогли. Во мне чистых два метра роста, с физподготовкой всегда было более чем нормально, а местное поило просто напичкано галлюциногенами.

1
{"b":"727550","o":1}