Литмир - Электронная Библиотека

Джеймс Сваллоу

Deus Ex: Жёсткая линия

Перевод: Адэр Токунов, 2018

Она бежала по улице.

Прохожие, спешащие на ланч, или по другим каким-то своим делам, чуть разглядев её, молча расступались.

Мендоза взял на себя четверых, чтобы позволить ей сбежать.

Но полицейские всё-таки её настигали. С шоковыми дубинками в бронированных рукавицах. Они окружали её, как стая воронья, летящая на падаль.

Она отчаянно закричала, призывая на помощь, но никто из прохожих не сделал даже слабой попытки вмешаться. Линия импланта, пролёгшая шрамом на лбу, была её приговором. Все отводили взгляд и молча сторонились.

Для прохожих Алекс Вега была «аугом», «дополненным».

Все знали, что такие люди опасны. Они — бомба замедленного действия с неисправным часовым механизмом: никогда не знаешь, когда она рванёт.

Щелчок.

Тупой удар.

Судорога сводит тело.

В глазах потемнело.

Когда туман рассеялся — Вега внутри фургона и голова звенит как колокол. Её мотает из стороны в сторону, когда фургон петляет по узким проулкам Праги.

Угрожающая фигура, практически ничем не отличающаяся от трёх остальных, нависла над ней. Всётело скрыто за резкими очертаниями патрульных экзо-костюмов «Монолит». Безликие шлемы, напоминающие тупой конец гигантского зубила. Все копы — словно машины. Она знала, что никто не заметил бы разницы, если живых людей вдруг заменили бы их механические аналоги.

Что что-то не так Вега поняла, когда её GPS имплантат сообщил о том, что они проехали мимо ближайшего полицейского участка и продолжают двигаться в сторону того района города, где производится реконструкция.

Сквозь щели бойниц фургона она увидела неоконченные строительные конструкции, над которыми работники «Santeau Group» трудились день и ночь, чтобы придать городу новый облик.

Когда они миновали стройку и очутились в секторе, предназначающийся под снос и полный заброшенных зданий, Вега решила, что копы, собираются её убить.

Она не могла сопротивляться, поскольку у них были те невероятные «прерыватели», благодаря которым они вырубили её на улице. Вега активировала свой «Инфолинк» и попыталась увеличить интенсивность сигнала, но ничего не получалось — сигнал был слабый и прерывистый. Удары электрошоковых пистолетов должно быть повредили его. Но Вега не была уверена.

В глазах снова потемнело.

Очнулась она в тёмной тюремной камере, насквозь пропахшей горелой древесиной. Сконцентрировалась.

Проверять всё своё тело на предмет повреждений её приучили на уровне инстинкта во время базовой подготовки в «Бэллтауэр». Она поморщилась: многочисленные контузии и свежие цветения синяков, которые заставят её оливкового оттенка кожу наливаться уродливой желтизной. Её аугментации вывели сообщения об ошибках на глазном дисплее. GPS и «Инфолинк» не давали ей ничего, кроме мельтешащих строк искажённого текста.

Вега почувствовала, что что-то стискивает её запястье и посмотрела вниз. Она увидела стальную манжету вокруг запястья, светящиеся синие индикаторы мягко моргали на устройстве.

У неё не было шансов!

Устройство на запястье называлось блоком ингибитора. Блок использовал низкоуровневые электромагнитные поля, чтобы блокировать использование каких-либо наступательных или защитных аугментаций.

Алекс выругалась. Большинство её имплантатов были малогабаритными и пассивными — в основном это были нейральные порты для прямого подключения к компьютерным терминалам, а также аппаратные средства связи. Но одна аугментация, которой она владела, сейчас бы могла оказаться крайне полезной. Она называлась: «Плащ силуэтов», или иначе «Стеклянный щит». Он был способен к кратковременному термооптическому камуфлированию своего владельца. Если бы не блок ингибитора, то она могла просто растаять в воздухе словно призрак, невидимо и неслышно выбраться из камеры, проскользнуть мимо охраны. Но теперь он был бесполезен — блок ингибитора блокировал его. Сейчас она была вынуждена полагаться только на свои естественные навыки.

Вега пересекла камеру и по привычке проверила решётки, ни на что особо не надеясь. Замки были сделаны ещё по старой технологии — из тяжёлого промышленного металла, с дистанционными засовами, которые управлялись с пульта. Этот пульт обычно располагался вдали от камер, в другой части здания.

Под потолком сочился тусклый свет химических ламп. Алекс поняла, что она здесь не одна — где-то чуть слышно бормотал и плакал человек. Когда её глаза приспособились к мраку, Вега попыталась окинуть взглядом другие камеры в коридоре.

Ноги оскальзывались на бетоне. Стало понятно, что в камере прямо напротив неё двигался человек, она смутно различила две стальные руки, сжимающие решётку, желтоватое лицо парня лет двадцати пяти и темные волосы под поднятым капюшоном.

— Где мы, черт возьми? — Спросила Алекс.

Главная дверь в блок зашипела, открываясь на поршне, и парень в капюшоне отпрянул в темноту, не отвечая.

Вошли двое копов, они были всё ещё экзо-костюмах. Вега заметила, что они отключили свои идентификационные ярлыки. Не было ничего, что могло бы указать на то, на каком участке, или в каком отделе Пражской полиции они работали. В новую цифровую эпоху, такие вещи должны быть надёжно защищены от несанкционированного доступа. Но Вега прекрасно понимала, что всё цифровое может быть искажено, если у тебя есть соответствующие навыки.

Один из них ударил по стойкам и что-то злобно прошипел на чешском.

— Позвольте догадаться, — ухмыльнулась Алекс, — я уверена, ты тот, кому я по яйцам засветила?

— Не умничай, отойди! — Заговорил второй коп, это была женщина. — Вы, мерзкие «ауги», сопротивлялись аресту. Тебе повезло, что мы не грохнули тебя прямо на улице, как ты того заслуживаешь.

Сырой яд, которым сочились слова женщины, был чем-то глубоко личным, и это заставило Вегу остановиться. Женщина-коп смотрела на неё и не видела в ней человека. Скорее всего, она проецировала лицо Алекс Веги поверх того ужаса, который она испытала во время «Панхейского инцидента» — для неё все аугментированные были на одно лицо и одновременно лица не имели. Они для неё были только ненавистными механическими куклами в руках Рока.

Коп передавала эту ненависть горе-незнакомцу только потому, что у него были кибернетические улучшения. Не в первый раз Вега оказалась жертвой этой пост-травматической реакции.

— Вы не дали мне выбора, — нейтрально возразила Алекс, пытаясь обрисовать ситуацию.

С тех пор, как она оказалась в Праге, она столкнулась с ненавистью полицейских. Город сильно пострадал во время Инцидента, и такой шок не мог пройти быстро. Но ситуации, в которых оказывалась Алекс, никогда не были столь безнадёжными как эта.

— Я под арестом, — спросила Алекс, — ты зачитаешь мне права?

— У железяк прав нет! — Отрезала коп. — Ты похожа на члена КПА.

— Я не из Коалиции за права аугментированных. Я не активист, или что-то в этом роде…

— Ты хотела сказать «террорист», — огрызнулась женщина-коп. — На кого ты работаешь?

Коп посмотрела на панель данных, расположенную на перчатке:

— Александра Вега, американка. Так что ты делаешь в городе?

Судя по всему, в распоряжении копов были все документы Веги, но они хотели сыграть в странную игру.

— Я грузовой пилот, — объяснила Вега, опираясь на свою легенду. — Я работаю в аэропорту «Лебедев Глобал».

Это была правда — отчасти.

— И они доверяют самолёты железякам? — Мужчина-коп насмешливо фыркнул. — Что, если ты… — Он изобразил рукой падающий самолёт, — разобьёшь его?!

— Этого не случится, — сказала Вега и поджала губы. Она решила остановиться и попробовать другой подход. — Слушай, я сожалею о том, что делала раньше, я слишком остро реагировала. Позвони моему боссу, я уверена, что мы сможем это исправить... — Она замолчала. — Может быть, решим всё на месте, где я могу заплатить?

1
{"b":"830032","o":1}