Литмир - Электронная Библиотека

Ты мой! Игры в сторону...

Галина Колоскова

Глава 1

Часы в гостиной пробили двенадцать дня. Мерное гудение кондиционера. Прохлада. Во дворе уже духота и влажность. Надрывный лай собак бьёт по нервам.

– Может, тоже останешься?– Нина с сожалением смотрела в голубые глаза мужа.

– Кис, ты же знаешь, что не могу.– Он крепко обнял её, пробормотав хриплым бархатом на ухо:– Вернусь часов через пять от силы. Не засыпай.

– Уснёшь тут, только сбила температуру.– Короткие шорты, объёмная футболка всегда делали жену похожей на длинноногого подростка.

– Где его так продуло?– Стас смотрел на плотно прикрытую дверь в спальню младшего сына.– Или из-за зубов?

– На яхте, где же ещё. Зубки коренные лезут, но сопли точно не из-за них. Вечно голышом носится.

Стас наморщил лоб.

– Слишком часто он стал болеть. Выздоровеет, пройдём полное обследование. Если всё в порядке, разработаю индивидуальные тренировки для него.

– Как Троше?

– Да. Тому помогло и Клима поправим.

– Скажи кому в Москве, не поверят. Рождённым у океана детям не подходит влажный климат.

– Не начинай…

– Ты о чём?

– Ещё пару лет и вернёмся. Будем прилетать сюда на отдых.– Он сдавил жену, втягивая запах светлых волос.– Вот и конец твоей мечте о жизни у океана. Зато отдохнёшь от вечных болячек детей.

– Вырастут и вернёмся.– Она обвила мощную шею руками.

Долгий поцелуй и что-то ёкнуло в груди, задавив ощущение: «– Как в последний раз…».

– Не засыпай.– Он тяжело вздохнул, освободившись из захвата рук, и отступил на шаг, указав глазами на начинающую оживать плоть:

– Я когда-нибудь смогу реагировать на тебя спокойно?

Вскинутые вверх брови, поволока в серых глазах

– Останься и…

Он отступил ровно настолько, насколько Нина придвинулась, уговаривая скорее себя:

– Киса, некрасиво. Ты остаёшься дома, и я не приду. – Он тащил ноги к широкой лестнице, объясняя мозгу, почему должен уйти.– Обидим потенциальных клиентов, готовых инвестировать в новое предприятие. Вернусь и наверстаем.

– Обещаешь?– Она обвела языком пухлые губы, невинно похлопав ресницами.– Воздух понемногу наполнялся терпким ароматом возбуждения.

Вырвавшийся помимо воли рык и увеличившийся вдвое бугор в штанах мужа. Стас рассмеялся. Каждый раз его ловили на одну и ту же наживку.

– Три оргазма гарантирую.– Пообещал он, чуть ли не бегом рванув по лестнице к выходу из дома.

Нина вернулась в комнату младшего сына. Мальчик спал, как будто и не было нескольких часов высокой температуры и сильного кашля. Её светловолосое голубоглазое чудо полная копия папы. Она осторожно накрыла мальчика лёгким пледом. Главное не разбудить, пусть поспит после бессонной ночи. Несколько шагов к двери и мысль, что никто из троих детей не похож на неё. Может все они будут намного счастливее мамы? Вряд ли это возможно, если взять последние годы.

Её счастье измерялось не деньгами, хотя в них давно не было нужды, а душевным спокойствием. Она спустилась на кухню проверить готов ли обед. Скоро из школы вернутся Алиса и Трофим.

Старший сын пошёл в первый класс, но никак не хотел учиться. При любой возможности старался уйти с уроков под разными предлогами. Свободолюбивую натуру угнетала необходимость сидеть на месте почти целый час.

Пусть внешне он был похож на отца, а вот характером пошёл в неё, и это только добавляло проблем. Тяжело договориться с человеком, который чувствует и читает тебя как открытую книгу.

Сердце ныло, предчувствуя беду. Она не могла найти себе места. На автомате ела вместе с детьми. Слушала сбивчивый рассказ, как прошли уроки Трофима. Фантазии Алисы о будущей поездке с отцом ко второму отцу в Москву. Улыбалась, задавала вопросы, а в голове, словно туман, мешает ясно мыслить. Состояние, когда хочешь куда-то бежать, а зачем, почему объяснить не можешь.

Стас не вернулся не через три часа, не через пять…

Нина очнулась от забытья, в которое провалилась под утро. Не открывая глаз, пошарила рукой, надеясь наткнуться на жёсткое мускулистое тело, но на стороне Стаса – холодная пустота…

Она с усилием разлепила веки. На часах шесть утра. Ещё час и поднимать детей. Она накинула халат на голое тело и выскочила из дома. Большой ухоженный двор проскочила за секунду. Остановилась перед спуском к океану, с тревогой вглядываясь в безбрежные воды, с недовольным ворчанием волн накатывающие на песчаный берег. Чайки с криком парящие над водой в поисках рыбы. Яркое умытое с утра солнце. На лазури неба не облачка. Шторма быть не могло.

Сжатое в тиски сердце и абсолютная уверенность, что Жуков жив, но в беде…

Служба спасения. Береговая охрана. Полиция. Пограничники. Вертолёты. Авиация. Задействовано было всё.

Пятые дни поиска и снова нулевой результат. Никаких следов яхты её мужа. Как будто вышел в море и навсегда исчез. Отключенные сигнальные устройства. Отследить невозможно. Не оставив после себя обломков, если встретился с блуждающими волнами. Ни звонка, если сломался двигатель, и отнесло на какой-нибудь остров, ни просьбы о помощи по рации. Ничего…

Юлька прилетела через неделю.

Голос человека который всегда поддержит и не продаст. Объятия расстроенных детей, им она как родная тётя. Слова поддержки и обещания быть рядом, сколько потребуется. Запах родной, всегда эффектной блондинки.

И тут Нина сломалась. Она не различала времени суток, не ела, почти не спала, потерялась в пространстве. Горе, страх, отчаяние раздавили сильную, слишком любящую мужа женщину. Она ловила взволнованные взгляды няни, прислуги, испуганных детей, но ничего не могла поделать с собой. Нужна была встряска.

– Ещё немного и ты станешь похожа на зомби.

Слова от всегда готовой дать по мозгам блондинки, закрывшей через два дня за спиной дверь в её спальню. Она как ребёнка за руку привела подругу в ванную комнату и засунула под душ. Прохладная вода, залитый в рот почти стакан ненавистного коньяка, который не дают выплюнуть.

– Пей до дна!

– Если бы ты знала, как мне хреново.

Никакой жалости в ответ. Юлька стала слишком похожей на Бероева.

– Знаю, но ты нужна детям.

Слёзы, сопли, возможность выплакаться. Пьяная в хлам шатенка уснула и проспала до утра впервые за много дней.

Утром она была другим человеком. Радостное лицо поварихи, наблюдающей с какой жадностью хозяйка ест киш с курицей. Свежезаваренное ароматное кофе. Плач внезапно проснувшегося Клима, и мозги встали на место.

Трое детей, обожающие отца. Как может она свалить на них свою боль? Им хватает собственного отчаяния. Больше не слезинки! Только не сейчас! Найдётся Жуков и отревёт на его груди за всё время, а пока:

– Мальчик мой, зая, что случилось?– Она подхватила малыша на руки.– Приснился страшный сон?

И в ответ странное требование:

– Пусть она отдаст папу!– голубые глаза излучали гнев.

– Кто?– Нина не могла понять, какой из сказочных героев в мыслях сына, украл их папу.

Мальчик показал пальчиком на большого зайца в углу спальни. Подарок от мексиканки, чьих людей должен был Стас прокатить до ближайшего острова и назад.

– Она плохая!– Клим захныкал, с ненавистью взирая на плюшевого врага.– Папе там плохо.

– Где?– Нина как заворожённая всматривалась в лицо ребёнка, готовая в это время поверить во что угодно.

– В большом доме.– Пухлые губки дрожали от возмущения или страха.

– Как наш?– Нина пыталась понять, это фантазия, пересказ сна или воспоминания того, что наблюдал прежде.

– Там много дяденек и они очень злые…

Сердце ухнуло вниз. Этого Клим точно не мог видеть в их доме. Что тогда?

– Мы спасём его?

Нина обернулась на голос дочери, оборвавший размышления. Лиска в пижаме стояла рядом с кроватью. Рыжие волосы растрёпаны. Глаза воспалённые, наверняка не спала, когда услышала плач брата. Чувство стыда и раскаяния полоснули по сердцу. Как она могла почти на два дня оставить детей без поддержки?

1
{"b":"831657","o":1}