Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Екатерина Вострова

Невольница Альфы

Пролог

– «Мои» девочки. Воспитанные, умные, послушные. С хорошими данными. Ни одной выбраковки.

Директриса особенно выделила это «мои». Она притопнула, как частенько делала на занятиях, и все стоящие рядом девушки, изящно переступили с ноги на ногу, делая синхронный пассаж рукой, вздернули подбородки вставая в красивую позу.

Все, кроме меня.

Директриса уничижительно посмотрела, и этот ее взгляд обещал мне все возможные кары.

«Ну а что она хотела, выставляя к выпускницам недоучку-первокурсницу?» – мысленно съехидничала я.

Впрочем, мужчина, для которого и устраивалось все это представление, совсем не выглядел заинтересованным. Разве что по мне мазнул странным взглядом, но мало ли. Ему моя поза тоже, может, не понравилась.

Перед смотром нам сказали, что он большая шишка, член попечительского совета академии и вообще «завидный жених». Такие носки реже меняют, чем человечек в своей постели.

Удивительно, зачем ему вообще понадобилось кого-то выбирать.

Оборотень выглядел смутно знакомым. Впрочем, у всех них есть что-то общее. Нечто хищное в чертах лица, ярко-желтые глаза, плавная пружинистая походка.

В его кармане зазвенел телефон.

– Слушаю… Да, я немного занят. – Оборотень окинул нас рассеянным взглядом, будто сам не был уверен в том, что он занят. Судя по всему, тема звонка ему была куда интереснее. – Мы должны были забрать помещения в центре! Какой еще затон? Ты вообще видел тот район? Где мы найдем арендаторов, которые туда поедут? В том районе делать нечего, там можно только спиться!

Он отступил на шаг от шеренги с девушками, полностью погружаясь в разговор. Директриса недовольно пожала губы, но сделать замечание оборотню не посмела. Хотя по ее лицу было видно, что ей очень неприятно, что кто-то не обращает внимания и не стремится заполучить «её» девочек.

– Зато будет очень выгодно открыть винный магазин… – скучающе пробормотала я, ковыряя носком туфель паркетный пол.

Скорей бы отправили назад по своим комнатам. Вчера я стащила книгу из библиотеки, если повезет, то будет возможность дочитать ее.

Оборотень удивленно поднял брови и уставился на меня, оценивающе окидывая взглядом.

– Я перезвоню. – Он отключил трубку, а затем кивнул на меня.

В нашей республике издавна отбирают девушек, способных приносить потомство от оборотней. Воспитывают их в специальных Академиях, а затем выгодно «продают» замуж. Республика получает налоги, оборотни – покорных невест, а что хотят при этом сами невесты – никого не волнует.

Три года назад я попала в одну из таких академий и сумела сбежать. Моя жизнь наладилась, я училась, путешествовала, наслаждалась свободой… ровно до тех пор, пока меня не поймали и не вернули обратно.

– А эта почем? – оборотень покачал головой, словно приценивался. – Выглядит старовато.

Я чуть не задохнулась от возмущения. Старовато?! Да мне всего-то двадцать два года! Извращенец какой-то.

– Эта… – Директриса со злобной улыбкой сделала глубокий вдох, явно намереваясь выдать целую тираду. – Девочка попала к нам поздно, залежалый товар так сказать. Если решитесь, то на нее мы сделаем скидочку. Десять процентов.

«Любитель поторговаться, значит»

– А если никого не покупать, то будет еще дешевле, – пробормотала я едва слышно.

Уголок рта оборотня дернулся чуть вверх. Услышал, значит.

– А это про нее говорили в новостях? – оборотень поднял глаза к потолку, словно мысленно что-то высчитывал. – Кажется, на нее уже были претенденты?

– Да, но там обнаружились проблемы с документами, так что сейчас девочка абсолютно свободна.

– Хм… – Мужчина снова принялся проходить меж замерших студенток, заглядывая в лицо каждой. Дойдя до меня, остановился и, внимательно следя за моей реакцией, спросил: – Знаешь кто я такой?

– Нет.

Что же за приставучий тип! Последние три года я провела за границей, почти не интересовалась жизнью на родине.

– Совсем? И что же, даже в газетах никогда не встречала фотографий? – осторожно уточнил он.

– Я вас вижу в первый раз, – искренне ответила. – Но можете поинтересоваться у остальных, уверена, они с удовольствием потешат ваше эго.

– Иванна! – одернула меня директриса, страшно вытаращив глаза.

Впрочем, оборотень после моей фразы неожиданно повеселел.

– Отлично! – он расплылся в ослепительной улыбке, показывая чуть удлинённые верхние клыки.

Мужчина развернулся и пошел к двери.

– Георг, вы куда? – кинулась догонять его наша надсмотрщица.

– Я передумал. Обзаведусь невестой в другой раз.

– Но как же… – директриса принялась уговаривать его, пугать тем, что не вернет залог. Но, кажется, деньги «любителя скидок» совсем не волновали.

Студентки удивленно переглядывались. Это был первый раз, когда потенциальный жених ушел ни с чем.

Я же облегченно выдохнула. Сейчас я не теряла надежды снова найти способ сбежать. Если меня продадут, это будет сделать куда сложнее.

Вот только едва оборотень дошел до двери, как ему снова позвонили:

– Что? Как? Ты уверен? Вот же гадёныш… – с его уст слетело несколько бранных слов, после чего он повесил трубку. Резко повернулся. – Так, я передумал. Мне все еще нужна невеста.

Он поймал мой взгляд и неожиданно расплылся в недоброй улыбке:

– У меня еще диплома нет! – Если сама за себя не вступишься, то не вступится никто. – Согласно статье пятой пункту третьему Хозяйственного кодекса республики, до выпуска из Академии передача в семью без специального судебного постановления, выдаваемого в связи с особыми обстоятельствами…

Девушки рядом отшатнулись, опасаясь, что им тоже достанется за мою дерзость.

– У нее справка об экстернате, – поспешно вставила директриса, – и я удвою скидку.

Я умоляюще покачала головой и пятилась.

– Скидка, справка, еще и хозяйственный кодекс знает… – потянул мужчина с ухмылкой. – Отлично. Я ее беру.

Глава 1

«Я ее беру», – как приговор. Как еще одна точка невозврата, отрезающая от меня прошлое.

Как я знала, по правилам, оборотень имел право провести несколько часов с выбранной невестой наедине, перед тем как подписать документы. Мало ли, может, при общении тет-а-тет будущему жениху что-то не понравится, и он передумает.

Но купивший меня оборотень даже словом со мной не перекинулся. Поставил размашистую подпись в бумагах, которые ему протянула директриса, и прежде чем удалиться, бросил коротко:

– Как ее соберете – сопроводите к выходу, буду ждать в машине.

Собираться долго не пришлось. У девушек в академии ничего своего нет, разве что выданные в личное пользование предметы гигиены. Но я незаметно запихнула в сумку книгу, которую утащила из библиотеки.

Перед тем как отпустить, в медицинском кабинете с моей руки сняли браслет с круглой эмблемой: женский силуэт на фоне луны.

После моего побега на всех девушек в академии повесили следящие устройства. И, несмотря на то, что дискомфорта они не причиняли, избавление от «украшения» все равно было облегчением.

– Скажи спасибо, что тебе ошейник, как собаке, не надели, – прошипела медсестра, видя, как я морщусь.

– Да что вы говорите, – процедила я сквозь зубы. – Моя поимка наделала много шума. Даже у родителей интервью брали. Отец так теперь вообще любимец всевозможных ток-шоу. Интересно, что будет, если я расскажу ему, что медсестра в академии грозилась надеть мне ошейник «как собаке»?

Женщина побледнела и до тех пор, пока не выпроводила меня из кабинета, не произнесла больше ни слова.

Под конвоем меня провели по лестнице к выходу, а оттуда – по парковой дорожке к огромным воротам в высоченной каменной стене. Говорят, если попытаться залезть на нее, камни нагреются, а охранная система моментально выпустит собак.

Ворота противно лязгнули, и меня накрыло острое ощущение, что я уже переживала подобное. В прошлый раз сбежать помог случай. В академию пригласили бывшую воспитанницу – ее «жених» скончался, едва заделав ей ребенка. По закону, человечка, беременная волчонком, приравнивается к оборотнице, так что та сумела унаследовать все состояние и стала богатой вдовой. Мы с толкнулись с ней в туалете Академии, и она согласилась поменяться со мной одеждой. От пережитого страха и стресса сейчас я уже плохо помнила события того дня. Но тогда, в пышном черном платье и траурной фате, мешавшей обзору, я чувствовала себя более живой, чем сейчас.

1
{"b":"848244","o":1}