Литмир - Электронная Библиотека

Александр Александрович Тамоников

Волевой порог

© Тамоников А.А., 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Глава 1

Михаил закрывал глаза, погружаясь в полусон, и сразу же мысленно переносился в предгорья Эльбруса: на перевалы и в горные долины Кабардино-Балкарии. Сейчас, спустя два года, лежа в госпитале Пятигорска, он, засыпая, снова мысленно оказывался в том горячем и в то же время холодном времени, когда фашисты рвались через Кавказ к Каспию, к бакинской нефти, к богатым месторождениям.

Тогда группа Шелестова была направлена в Баксанскую долину. Разведка получила сведения, что гитлеровцы намерены помешать взрыву Тырныаузского обогатительного вольфрамо-молибденового комбината в поселке Нижний Баксан. Залежи вольфрама и молибдена были обнаружены в этих горах незадолго до войны. Началась разработка высокогорного подземного рудника «Молибден», был построен комбинат, который имел стратегическое значение. Сплавы использовались и в военной промышленности, и в металлообработке. Это прочные и долговечные резцы, это тугоплавкие соединения для электротехники. Оставлять действующий комбинат врагу было нельзя, потому что его мощности тут же будут использованы и направлены против Советского Союза.

Оперативники группы Шелестова, прибыв на место, быстро поняли, какое это было сложное решение для местного руководства, для всей республики. Надо было понять этих людей, не грести всех «под одну гребенку». Нельзя всех, кто был против взрыва комбината, относить к лагерю врага.

В предвоенные годы было открыто множество месторождений по всей стране, в том числе на Урале, в Сибири, на Дальнем Востоке, на Кавказе. Одно из них было в Кабардино-Балкарии в долине реки Баксан. В 1934 году геологи обнаружили молибденсодержащие породы, а в 1936 году там же в горах на высоте более трех тысяч метров обнаружена вольфрамовая руда. Быстрыми темпами, учитывая сложное международное положение, в 1937 году возле этих новых месторождений в Кабардино-Балкарии началось строительство комбината по добыче и переработке вольфрамо-молибденовых руд, который был запущен 1 сентября 1940 года. На этом месте возник рабочий поселок, получивший название Нижний Баксан. Численность населения быстро росла.

Но грянула война, второй тяжелейший год страна билась с врагом, фашисты рвались к Сталинграду и на Кавказ. И уже 15 августа 1942 года подразделения фашистов из дивизии «Эдельвейс» вышли на перевалы Чипер-Азау, Хотю-Тау. Наступление врага было настолько стремительным, что советские войска не успели занять эти перевалы. А ведь отсюда фашистам был открыт путь в Баксанскую долину и на Эльбрус. 17 августа горно-стрелковые части гитлеровцев захватили высокогорные обустроенные альпинистские базы на Эльбрусе: «Новый кругозор», «Старый кругозор» и «Приют Одиннадцати». Возникала реальная угроза выхода в тыл нашим войскам через Баксанскую долину.

Нужно было спешить, срочно готовить взрыв комбината. Оставлять действующее предприятие врагу нельзя. Ведь уже 18 августа группа егерей спустилась в ущелье и атаковала Терскол. Противостояли врагу курсанты из Бакинского пехотного училища, успешно отбившие атаку. Понеся значительные потери, егеря откатились на склоны Эльбруса. К тому времени советское командование учло особенности войны в горах, и в Терскол был направлен специальный отряд под руководством опытного альпиниста Леонида Кельса.

Тактика действий отряда сразу принесла результат. Правда, для экипировки отряда альпинистским снаряжением его пришлось собирать со всего Приэльбрусья. Выйдя на Главный Кавказский хребет от перевала Донгуз-Орун, группа Кельса оказалась выше егерей и внезапной атакой выбила их с перевала Басса. Кельс повел бойцов прямо от селения Терскол на гребень, который господствует над «Новым кругозором». Альпинисты поднялись не замеченными противником на гребень. Утром снизу один из эскадронов 214-го кавалерийского полка имитировал атаку на «Новый кругозор». Воспользовавшись этим, отряд Кельса напал на позиции егерей сверху и уничтожил фашистов.

Какое-то время командованию удавалось наращивать группировку советских войск в Приэльбрусье и даже провести несколько удачных операций против горных егерей, с использованием минометов и легкой артиллерии, которые поднимали в горы на ишаках. Уничтожались позиции гитлеровцев на базе «Старый кругозор» на высоте 3200 метров. Благодаря хорошей альпинистской подготовке бойцов группы Кельса им удалось пробраться по морене ледника Терскол в скалы над «Ледовой базой», отрезая егерям путь наверх к «Приюту Одиннадцати». В первые минуты удалось уничтожить немецких пулеметчиков, и, заняв немецкие позиции, группа открыла огонь с тыла. Но увы, задача выбить немцев с «Приюта Одиннадцати» решена не была. Ухудшилась погода, и группа, отправленная во фланг, попала в буран, наткнулась на трещину и вынуждена была вернуться назад.

Было выиграно время, но позиционно ситуация в Приэльбрусье оставалась угрожающей. К концу сентября фашисты вышли к Баксанской долине со стороны Эльбруса. Перевалы Чипер, Чипер-Азау, Хотю-Тау и «Приют Одиннадцати» так и остались занятыми егерями. Сосновский хорошо помнил эти месяцы. Хотя комбинат и был благополучно взорван, группа Шелестова осталась блокированной в долине вместе с частями Красной Армии и местными жителями. Тем более что 392-я стрелковая дивизия Красной Армии с боями отступала вверх по Баксанской долине. Было принято решение оставить Баксан.

Ноябрь в горах – это уже зима. Лютая, ветреная! Группа Шелестова включилась в работу, помогая организовать отправку через перевал Донгуз-Орун восемнадцати тонн молибдена с Тырныаузского комбината. Такие запасы никак нельзя было оставлять врагу. И каждому солдату, уходившему через перевал, выдавали по несколько килограммов руды. Приняли такой же груз на свои плечи и оперативники, уходившие из Баксана с частями Красной Армии. Иного пути в то время просто не было.

Так получилось, что Сосновский в то время оказался в районе перевала Бечо на высоте 3375 метров. Через этот перевал уходило местное население, перегоняли скот. Это был более сложный перевал, чем Донгуз-Орун, но это был и самый короткий путь до жилья. Нужно было просто перевалить на другую сторону хребта. И Сосновский вместе с альпинистами заранее готовил маршрут: они рубили во льду ступени, навешивали веревочные перила. Десять суток Сосновский шел с людьми через перевал Бечо. Он поддерживал стариков, помогал женщинам, брал на руки детей. Вместе с красноармейцами они поднимали упавших, согревали их как могли и снова вели дальше. Провести через перевал удалось более полутора тысяч местных жителей, среди которых было много женщин, стариков и детей. И перегнать около 28 тысяч голов рогатого скота.

Михаил, закутав лицо шерстяным башлыком, который ему дал один из стариков, нагнулся над упавшей молодой женщиной. Ветер гнал поземку, ледяные скалы нависали вокруг, а он смотрел в эти глаза, в которых было отчаяние и мольба. И бесконечная усталость.

– Надо идти, надо идти, – поднимая женщину на ноги, хрипло кричал Сосновский, пытаясь перекричать ветер.

– Не могу больше, – шептала женщина и снова падала на снег.

Михаил взял ее на руки. Увидев, что в расщелине скал, там, где не было ветра, кто-то развел большой огонь, он сам, едва не падая от усталости, понес женщину к огню. Когда женщина спустила с головы платок, Сосновский увидел, что это действительно молодая красивая женщина. Он растер ей щеки снегом, отогрел дыханием руки и заставил подсесть ближе к огню. Он отдал ей все свои остатки НЗ – несколько сухарей и шоколадку. Местные с улыбкой смотрели, как он ухаживает за женщиной, как уговаривает ее поесть. Она согласилась лишь при условии, что Михаил тоже съест половину.

– Как тебя зовут? – спросил он, когда они согрелись и губы стали наконец шевелиться.

– Аминат, – ответила женщина. – Вы забыли меня. Я медсестра с комбината. А вас зовут Михаил?

1
{"b":"886053","o":1}