Литмир - Электронная Библиотека

Джесс Лури

Похищенные

Jess Lourey

The Taken Ones

© 2023 by Jessica Lourey

© Смирнова А., перевод, 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2024

* * *

Эта книга посвящается милой, забавной и просто потрясающей Джессике Триббл Уэллс, которая как-то спросила меня: «Слушай, а не хочешь написать рассказик?» – и так на свет появились Ван и Гарри.

Пролог

Июль 1980

Лич-Лейк, Миннесота

Солнце сияло над головой так яростно, что земля, чавкавшая под полосатыми «Адидасами» Ру, блестела и плавилась. Смахнув со щеки каплю пота, Ру задалась вопросом, сколько еще мучиться, прежде чем они доберутся до ледяной прохлады ручья.

Эмбер, судя по всему, жара была нипочем. Она принялась подпрыгивать.

– Раз-два, где моя коза? – распевала она, взмахивая золотистыми, как ириски, косичками. На ней был клетчатый летний костюмчик цвета жевательной резинки, и, по мнению Ру, это было самое красивое, что ей в своей жизни доводилось видеть. – Три-четыре, по башке получила!

Все три девочки расхохотались.

Это были не те слова, но похожие. Может быть, они были даже лучше, чем те, под которые мистер Эллингтон, учитель Эмбер и Ру, заставил их танцевать кадриль в последний школьный день. С тех пор они постоянно над этим смеялись, и Лили, хотя не понимала, о чем говорят старшие девочки, смеялась вместе с ними, потому что ей нравилось ощущать себя частью компании.

– Можно мне сэндвич? – спросила она, когда смех перешел в мурлыканье.

Ру взглянула на Эмбер, пытаясь понять, не бесит ли ее Лили. Брать с собой младшую сестренку Ру не хотелось, но мама настояла. Сказала, что ей нужно немного отдохнуть и пусть Ру побудет душкой и пару часов приглядит за Лили. Мама ужасно уставала с тех пор, как папа от них ушел. Она говорила, что теперь у нее есть кое-что получше их папы – чек от него раз в две недели, но фиолетовые круги у нее под глазами говорили совсем о другом.

Так что Ру ответила «окей», стараясь ничем не выдать, насколько ей несимпатична перспектива втягивать пятилетнюю малявку в приключение, ожидавшее их с Эмбер Мари Кайнд, самой красивой и самой популярной девочкой в их третьем – то есть теперь уже четвертом – классе. Она погладила любимый комбинезон Лили сливового цвета и сложила в сумку обед, чтобы маме не приходилось вставать с постели. Два сэндвича с оливками (себе – с горчицей и салатом, Лили – с дешевым майонезом), два пакета чипсов «Фритос», две банки газировки «Фрут Панч» и два красных яблока на случай, если мама захочет заглянуть внутрь бумажного пакета.

Лили принялась клянчить сэндвич сразу, как они вышли из дома, и если затыкалась хоть на минуту, то только затем, чтобы подергать ярко-желтый пластырь на коленке. Под ним притаились два распухших от чесотки комариных укуса. Ру сомневалась, что пластырь удержится в воде, но никогда не угадаешь, как повернется жизнь. Когда-то она и представить не могла, что будет купаться в Призрачном ручье вместе с Эмбер.

Родители Эмбер были самыми богатыми людьми в Лич-Лейке: отец – кардиохирург в Миннеаполисе, мама – местный агент по недвижимости. Но, несмотря на свое богатство, мистер и миссис Кайнд, как сказала мама Ру, были такими простыми.

Совсем как нормальные люди.

Мама сказала это в начале лета, после того, как миссис Кайнд впервые привезла Эмбер к ним. Ру понятия не имела, какое невероятное чудо вызвало у Эмбер, прекрасной Эмбер с молочной кожей и золотистыми кудрями, желание дружить именно с ней, но надеялась, что их удивительная дружба продлится до начала нового учебного года, чтобы все в классе ее оценили. Но даже если она закончится вместе с летом, подумала Ру, у меня ведь все равно останется подарок Эмбер. Она прикоснулась к металлу, который нагрелся от ее тела. На лицевой стороне половинки красного эмалированного сердца блестели, как бриллианты, две стразы. На оборотной стороне были выведены инициалы Ру и слово «Лучшая». Половинка Эмбер была точно такой же, только с гравировками «подруга» и «ЭК».

– Ты не можешь сейчас съесть сэндвич, – чопорно отказала сестренке Ру, – но можешь съесть яблоко.

Лили протянула руку, и Ру раскрыла бумажный пакет, сморщенный, потемневший от испарины и пахнущий салатом.

«Уверена, что розовый ланч-бокс Эмбер ничем не воняет».

«Уверена, что там лежит даже термос».

Деревянные сандалии Эмбер от «Доктора Шолл», шлепая по липкому тротуару, придавали этим мыслям ритм.

Хлоп-хлоп. Хлоп-хлоп.

Ру нашла яблоко и передала сестре. Лили взяла у нее теплый фрукт, но, прежде чем откусить, сморщила нос и провела тыльной стороной ладони по губам, пока жевала. Ее ярко-красное кольцо с вишневым леденцом вместо камня блеснуло на солнце и зацепило прядь волос, которая уже успела выбиться из косички, хотя Ру сама ее заплетала.

Теперь Ру на ходу распутывала прядь, украдкой поглядывая на Эмбер и надеясь, что она ничего не замечает. Да уж, Лили умела действовать на нервы, хотя, надо признать, для малявки она была вполне себе ничего, и в любом случае, как говорила мама, теперь они втроем были против всего мира.

– Долго еще? – проныла Лили, требуя внимания сестры.

– Мы почти пришли. – Ру отпустила сестру и подтянула сползающие плавки. Вечно они врезались в попу. Лили спросила, сразу их надеть или положить с собой в сумку, и Ру сказала, что лучше надеть сразу. Только бы не оказалось, что наоборот! – Кажется, он за теми деревьями.

– Да! – Эмбер радостно закивала, продолжая подпрыгивать.

Хлоп-хлоп. Хлоп-хлоп.

Ручей, который Эмбер называла речкой, находился на той стороне извилистой улицы Вязов, где она жила. Эта сторона казалась другой: дома огромные и чистые, лужайки аккуратные, как поле для гольфа. Район напротив, где жили Ру, Лили и их мама, тоже казался неплохим, но дома там были старыми, хоть и большими. Дом Ру и Лили построил их дедушка и завещал маме. Денег, чтобы его содержать, было не так уж много, но за ту же цену в городе можно было снять лишь паршивую конуру.

По крайней мере, так сказала мама Ру.

– Место для купания вон там, – Эмбер указала вперед и повела их к канаве, обозначавшей самый конец улицы Вязов. Или начало. Ру предположила, что это зависит от того, где стоять.

Все трое прошли по пыльной траве несколько шагов и, не говоря ни слова, вышли к опушке леса. Темно-зеленые тесно переплетенные листья навеса обещали прохладную тень, и Ру показалось, что она слышит впереди музыку воды.

И все же что-то ее пугало.

Хотя она плавилась от жары, ей не хотелось входить в этот мрачный лес.

Она повернулась. Позади них была сцена настолько совершенная, что казалась вырванной из фильма: огромные роскошные дома, припаркованные на подъездных дорожках блестящие машины без вмятин и следов ржавчины, стройная, как шеренга охранников, линия новых коричневых телефонных столбов, уходившая так далеко, что Ру казалось, будто она может зажать пальцами верхушки самых дальних.

Где-то залаяла собака.

Ру повернулась к голодной пасти леса. Через него, подобно языку, проходила узкая тропа. Девочки словно стояли на острой грани: слишком яркий, слишком знакомый мир остался позади, а впереди начиналась неизвестная сказка. Ру вспомнила историю о человеке-резинке, который бродит в этом лесу, и вздрогнула, несмотря на жару. Мама всегда говорила, что это лишь глупые россказни, но здесь, на опушке леса, подобное казалось очень, очень возможным.

Видимо, это почувствовала и Эмбер. Почувствовала – потому что она тоже застыла на месте, глядя на густой лес. Тропа манила их выйти из-под палящего солнца в прохладу, но девочки не тронулись с места. Наконец Лили привела их в чувство, бросив яблоко и взяв обеих за руки:

– Кто последний, тот тухлое яйцо!

Ее жизнерадостность разрушила темные чары. Эмбер и Ру переглянулись поверх ее головы, улыбнулись и наконец рискнули пересечь границу леса.

1
{"b":"888929","o":1}