Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Олег Шелонин, Виктор Баженов

Паладин. Странствующий рыцарь

1

Кевин сидел за столом, погруженный в свои мрачные мысли. Около него суетился Люка, что-то азартно доказывая, но сознание юноши его слов не воспринимало. Со второго этажа спустился тролль.

– А мы тут неплохо заживем, – радостно прогудел он, топая своими тумбообразными ногами по мраморным плитам пола. – Какая у шефа комната! А я где буду спать? Ой, что это с ним? – Зырг недоуменно уставился на Кевина. Пока он как верный оруженосец развешивал по стенам рыцарскую амуницию хозяина, приезд гонца герцога и привезенные им скверные известия, разумеется, благополучно прозевал.

– Что-что! – сердито откликнулся Люка. – Офелию опять сперли, вот нашего шефа и заклинило. Медом она, что ль, намазана? Одни неприятности от этих баб! А от блондинок неприятности в квадрате! Неужто снова спасать придется? Ну сколько можно?!

– А чё? – пожал могучими плечами тролль. – Герцогинь спасать дело прибыльное. Глянь, какие хоромы нам ейный папаша отгрохал.

– Прибыльное, как же! – возмутился неугомонный бес, волею судьбы надолго, возможно, навсегда застрявший в этом мире в человеческом обличии. – Да если б я по доброте душевной не согласился стать его импресарио, сейчас бы под кустом ночевали!

– А он тебя об этом просил, бесятина? – зарычал тролль. Кочерга в его руке начала угрожающе подрагивать.

Люка прекрасно знал, как управляется наемник с первым, доверенным ему Кевином оружием, и тут же сбавил обороты.

– Насчет прибыльности этого дела я с тобой полностью согласен…

– Украли!!! – Из кухонного блока выскочил маленький человечек в полосатом халате, из-под которого торчали загнутые носки мягких расписных туфель. Сердито поправив поварешкой съехавшую на бок тюбетейку, он гневно уставился на Люка. – Слюшай, Олифем… – гневно затряс он седой козлиной бородкой.

– Люка, – прошипел бес. – Я – Люка! Не смей называть меня настоящим именем!

– Минэ плеват с балшой минарэт, как тэбя называт! Ти сказал: Руфик-джан: приходы, дарагой. Пахлава принасы, рахат-лукум принасы, плов дэлай. Хароший дом, хароший хозаин, вах, какой хароший хозаин! Все в дом несот! Даже пол-оазиса Арзыбибы с собой взал садик украсыт! Я тэбэ паверил. Гдэ пальм? Гдэ оазис? Ладно, нет оазис, достаным, но зачем пахлаву с кухны варават? Зачем мясо из плов варават?

– Зырг, ты же не мог, – простонал Люка.

– Да ты чё, бесятина, – обиделся тролль, – я на кухню даже не заходил.

– Значит, Авоська с Небоськой, – разъярился бес. – Ну, я им сейчас…

Зырга он знал как облупленного – добродушный тролль совсем не умел врать, – а вот горные гномы, подсунутые им в качестве подарка от ночного правителя Оль-Мансора, за ненароком оказанные ему услуги, на это вполне были способны. Братва с гор особо высокими моральными качествами похвастаться не могла.

Кевин поднялся из-за стола и молча двинулся к лестнице.

– Ты куда? – сразу затормозил рвущийся на разборку Люка, краем уха прислушиваясь к топоту маленьких ножек.

Авоська и Небоська, или, как правильнее было бы еще их назвать, Вано и Гиви, честно выполняли полученное ранее указание шефа охранять и сновали дозором около входных ворот.

– Не ходите за мной, – хмуро буркнул юноша.

Друзья посмотрели на его потемневшее лицо и поняли, что шефа лучше оставить в покое.

Кевин поднялся на третий этаж подаренных ему герцогом апартаментов, нашел вторую от лестницы комнату слева и зашел внутрь. Она была обставлена со вкусом. Ковры, гобелены, мягкий диван у стены, письменный стол у окна. На стене висел его меч, в углу стояли рыцарские доспехи. И, как положено, в противоположном от доспехов углу, лик Вездесущего, грустно, с укором смотрящего с иконы на Кевина. Юноша встал перед ним на колени.

– Господи, прости! Возможно, я виноват перед тобой, может, делал что не так, но за что караешь деву невинную? Покарай меня! Да, связался с бесом, так не мог же я его бросить! Он бы пропал здесь без меня! Я ж по незнанию вызвал его и договора подписывать не стал! И магии обучаться стал ради благого дела, чтобы Офелию спасти из грязных лап некромантов! Так за что, господи? Хочешь, я выброшу эту поганую книгу Святого Сколиота!!? – Юноша выдернул из кармана микроскопический томик святого, найденный им когда-то в подземельях монастыря ордена Белого Льва. – Из-за нее все беды! Хочешь? Все равно у меня магии уже нет. И как в ней уживаются молитвы об изгнания беса и заклинания вызова демона? Ответь!

Вездесущий с иконы безмолвствовал.

– Так я спалю ее! – закричал Кевин и внезапно почувствовал, как в руке его зажегся огненный шар.

Он возник сам, без всяких усилий с его стороны. Юноше даже не пришлось читать заклинания, которому его учил Люка. То самое заклинание, которое было начертано над молитвой о тушении адского огня Заблудшего именем Вездесущего. Кевин воспринял это как знак свыше, швырнул томик святого Сколиота на пол и метнул в него огненный шар. Но тот не сгорел в магическом огне. Шар, отразившись, расплескался над книгой огненными сполохами, трансформируясь в знакомые строчки: «Лишь истинному паладину Вездесущего дано держать ее в руках».

Надпись погасла. Книжка взмыла вверх и прыгнула в руку юноши, с которой только что сорвался огненный шар. Ошеломленный рыцарь поднял глаза на икону, и на мгновение ему показалось, что укоризна в глазах Вездесущего сменилась ласковой, всепонимающей улыбкой.

– Ты хочешь, чтоб я…

Кевин уставился на писание Святого Сколиота, мирно лежащее на его ладони:

– Магия вернулась…

Совсем недавно они с Офелией, вредной, взбалмошной девчонкой, удравшей из института благородных девиц при монастыре, куда отправил ее отец, и поступившей вместо этого в Магическую Академию Геребада, чтобы изучать магию, здорово перенапряглись, творя сложнейшее заклинание. Они сумели перенести себя и своих друзей из пустыни, куда вышвырнуло их из подземелий некромантов, в Оль-Мансор, поближе к цивилизации. При этом захватили с собой разбойников, Синдбада, спасенного от этих же разбойников, и караван невольниц, предназначенных для гарема владыки Агабии, а заодно, совершенно случайно, пол-оазиса с кучей пальм. Это высосало их магические силы до дна, и юноша в глубине души надеялся, что стал, наконец-то, нормальным человеком. Однако магия вернулась… неужели так угодно Вездесущему?

Цокот копыт с улицы заставил юношу встрепенуться. Герцог со свитой пожаловал, сообразил он, рывком поднялся с колен и бросился к выходу, спеша встретить у порога отца Офелии. Он поспел вовремя, чтобы оттащить за шкирку Авоську с Небоськой от герцога Антуйского.

– Это еще кто? – опешил герцог, с недоумением уставившись на братву с гор, воинственно потрясавшую в его сторону кувалдами.

– Охрана, – пропыхтел юноша, передавая гномов Зыргу с рук на руки. – Привет из Оль-Мансора. В подарок получил. Зырг, запри ты этих карапузов куда-нибудь, чтоб не мешались.

– Зачэм так нэхарашо гаваришь? – заверещали гномики. – Мы нэ карапузы, мы охрана, да?

– Это не значит, что надо кидаться на всех подряд, – строго сказал Кевин. – Герцог мой гость. И вообще, без моего приказа никого не трогать!

– Савсеэм нэ трогат? – расстроился Авоська.

– Совсем, – отрубил Кевин.

– Савсэм-савсэм? – ахнул Небоська.

– Совсем-совсем, – подтвердил юноша. – Зырг, отпусти их, пусть дверь у входа от посторонних охраняют. А если ослушаются, прогоним их взашей обратно в Оль-Мансор.

Тролль выпустил гномиков, они грузно шмякнулись на пол и послушно засеменили к выходу.

– Вах! Сколко пастаронных!

– Гиви, давай!

Что-то ухнуло. Раздался отборный мат. Заржали кони.

– Не сметь! – рявкнул юноша. – Это свита герцога! Они тоже мои гости!

– Они пусть останутся там, – поднял руку герцог, – во дворе. То, о чем пойдет здесь речь, им знать не стоит.

– Вах, савсэм ахранят нэ дают, – возмутился со двора Небоська.

1
{"b":"104085","o":1}