Литмир - Электронная Библиотека
A
A

– Я… не могу… пройти!

– Я, Аннабет Чейз, даю тебе разрешение войти в лагерь!

От громового раската склон холма содрогнулся. Вдруг оказалось, что Тайсон на всех парах несется ко мне, выкрикивая:

– Перси нужна помощь!

Не успел я крикнуть, чтобы он не приближался, как Тайсон метнулся между мной и быком. В тот же миг бык дыхнул своим термоядерным огнем.

– Тайсон! – взвыл я.

Огненные языки закрутились вокруг моего приятеля, как огненное торнадо. Я видел только черный силуэт его тела. С ужасающей ясностью я понял, что мой друг только что стал самым большим в мире угольным брикетом.

Но когда пламя погасло, Тайсон все еще стоял на прежнем месте, целый и невредимый. Его замызганная одежда даже не обгорела. Бык, очевидно, удивился не меньше, чем я, потому что, прежде чем он успел снова дохнуть огнем, Тайсон сжал кулаки и обрушил их на чудовище, вопя:

– ПЛОХАЯ КОРОВА!

Его кулаки пробили огромную вмятину в морде бронзового быка. Из ушей чудища вырвались два маленьких язычка пламени. Тайсон ударил снова, бронза сминалась под его руками, как алюминиевая фольга. Теперь физиономия быка напоминала сшитую из носка куклу, которую вывернули наизнанку.

– Сидеть! – заорал Тайсон.

Бык пошатнулся и завалился на бок. Его ноги слабо дергались в воздухе, из раскуроченной головы вырывался пар.

Подбежала Аннабет, чтобы проверить, в каком я состоянии.

Лодыжка горела, как будто ее окунули в кислоту, но приятельница дала мне выпить немного олимпийского нектара из своей фляжки, и мне сразу же стало лучше. Пахло паленым (позже узнал, что запах шел от меня самого). Мои брови и волосы на руках опалило напрочь.

– Что с остальными быками? – спросил я.

Аннабет показала на подножие холма.

Кларисса позаботилась о плохой корове номер два. Она насквозь проткнула заднюю ногу чудовища копьем из небесной бронзы. Теперь, когда у него осталась только половина морды, а в боку зияла огромная дыра, оно медленно бегало по кругу, как здоровая страшенная лошадка на карусели.

Кларисса стянула с головы шлем и строевым шагом подошла к нам. Прядь ее тонких каштановых волос медленно тлела, но, похоже, девчонка этого не замечала.

– Ты. Все. Испортил! – рявкнула она на меня. – Я держала ситуацию под контролем!

У меня пропал дар речи.

Аннабет проворчала:

– Я тоже рада тебя видеть, Кларисса.

– Ррр! Никогда, НИКОГДА не пытайся снова меня спасать! – взвизгнула Кларисса.

– Кларисса, – заметила Аннабет, – твои люди ранены.

Слова подействовали отрезвляюще. Даже Кларисса заботилась о вверенных ей солдатах.

– Я еще вернусь, – проворчала она и устало побрела оценивать ущерб.

Я уставился на Тайсона:

– Ты не умер.

Тайсон потупился, выглядел он смущенным.

– Прости. Пришел на помощь. Ослушался тебя.

– Это я виновата, – вмешалась Аннабет. – Мне пришлось делать выбор. Чтобы спасти тебя, я позволила ему пересечь границу. Иначе тебя бы убили.

– Позволить ему пересечь границу? – переспросил я. – Но…

– Перси, – сказала Аннабет, – ты когда-нибудь внимательно приглядывался к Тайсону? Я хочу сказать… Ты видел его лицо? Преодолей чары тумана и посмотри истинным зрением.

Туман… Он заставляет людей видеть только то, что может принять их мозг. Я знал, что его чары могут одурачить и полубогов, но…

Я посмотрел Тайсону в лицо. Это оказалось непросто. Мне всегда было трудно смотреть прямо на него, хотя я никогда не понимал почему. Раньше я думал, что это из-за его кривых зубов, вечно перепачканных арахисовым маслом.

Я заставил себя сфокусировать взгляд на его большом бугристом носе, затем посмотрел выше, в глаза…

Нет, в глаз.

Один глаз. Один-единственный большущий, окруженный густыми ресницами, карий глаз прямо в центре лба. Из которого по обеим сторонам лица текли огромные слезы.

– Тайсон, – запинаясь, выговорил я. – Ты…

– Циклоп, – подсказала Аннабет. – Детеныш, судя по его виду. Вероятно, поэтому он и не мог пересечь границу так же легко, как быки. Тайсон – один из бездомных сирот.

– Один из кого?

– Они есть почти во всех крупных городах, – брезгливо сказала Аннабет. – Они… плоды ошибок, Перси. Дети духов природы и богов… ну, главным образом одного бога, как правило… И они часто рождаются уродами. Они никому не нужны. Их игнорируют. Они растут сами по себе на улице. Не знаю, как этот тебя нашел, но он явно питает к тебе симпатию. Нужно отвести его к Хирону, пусть он решает, что с ним делать.

– Но как же… огонь…

– Он циклоп. – Аннабет сделала паузу, будто что-то припоминая. – Они работают в кузницах богов. Неудивительно, что огонь не может причинить им вреда. Вот это я и пыталась тебе сказать.

Я был шокирован. Как же вышло, что я так и не понял, кто такой Тайсон на самом деле?

Но сейчас у меня не оставалось времени на подобные раздумья. Весь склон холма полыхал. Раненые герои нуждались в помощи. Еще имелись два побитых бронзовых быка, которых предстояло утилизировать, и что-то мне подсказывало, что в обычный мусорный бак они не влезут.

Вернулась Кларисса, она стерла сажу со лба.

– Джексон, если можешь стоять, вставай. Нужно перенести раненых обратно в Большой дом. Сообщи Танталу о случившемся.

– Танталу? – переспросил я.

– Исполнительному директору, – нетерпеливо пояснила Кларисса.

– Но ведь исполнительный директор Хирон. А где Аргус? Он же начальник службы безопасности. Почему его здесь нет?

Кларисса скорчила кислую мину:

– Аргуса уволили. Вы отсутствовали слишком долго. Все изменилось…

– Но Хирон… Он учил ребят сражаться с чудовищами больше трех тысяч лет. Он не мог просто взять и уйти. Что случилось?

Вот что случилось, – рявкнула Кларисса и показала на древо Талии.

Историю этого дерева знал каждый обитатель лагеря. Шесть лет назад Гроувер, Аннабет и еще двое полубогов по имени Талия и Лука прибыли в Лагерь полукровок, а за ними по пятам гналась орда чудовищ. На вершине холма их почти настигли, и тогда Талия, дочь Зевса, попыталась ценой своей жизни задержать преследователей, чтобы дать время друзьям спастись. Когда она умирала, Зевс сжалился над ней и превратил ее в сосну. Ее дух укреплял волшебные границы лагеря, защищая его от монстров.

Но сейчас хвоя дерева пожелтела. У подножия дерева лежала огромная куча осыпавшихся иголок. В центре ствола, на высоте трех футов над землей я увидел след укола размером с пулевое отверстие. Из дырочки вытекал зеленый сок.

Сердце мое сдавила ледяная рука. Теперь я понял, почему лагерю угрожала опасность. Волшебные границы теряли силу, потому что древо Талии умирало.

Кто-то его отравил.

Глава пятая

У меня появляется новый сосед по комнате

С вами когда-нибудь бывало такое: вы приходите домой, а в вашей комнате полный бардак? Как будто кто-то очень хотел помочь (привет, мама) и попытался «прибраться», так что теперь вы не можете ничего найти? И даже если ничего не пропало, вас бросает в дрожь от мысли, что кто-то копался в ваших личных вещах и вытирал пыль с мебели, используя полироль с ароматом лимона?

Вот что я почувствовал, когда снова увидел Лагерь полукровок.

На первый взгляд вроде бы ничего особо не изменилось. Большой дом с опоясывающим его портиком и остроконечной крышей стоял на прежнем месте. Клубничные поля все так же румянились на солнышке. Знакомые здания с белыми колоннами в древнегреческом стиле, разбросанные по долине: амфитеатр, арена для боев, обеденный павильон, выходящий на пролив Лонг-Айленд. И знакомые домики, зажатые между лесом и бухтой, остались все теми же – двенадцать строений странного вида, по числу олимпийских богов.

Но теперь в воздухе витало ощущение опасности. Что-то явно изменилось, причем к худшему. Вместо того чтобы играть в волейбол на песчаной площадке, вожатые и сатиры складывали оружие в сараи для инструментов. На краю леса нервно переговаривались дриады, вооруженные луками и стрелами. Лес выглядел больным, трава на лугу пожелтела, а выгоревшие проплешины на холме полукровок казались уродливыми шрамами.

9
{"b":"118695","o":1}