Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Поскольку Ланц оказался невольно втянутым в полемику, то он решил дать ответ через журнал «Бреннер» («Горелка»). Его статья называлась «Краус и расовая проблема». Она начиналась словами: «Тот, кто когда-нибудь видел Карла Крауса, сразу же согласится, что в его облике нельзя обнаружить ни монгольских, ни средиземноморских черт… у него темно-русые волосы, которые в детстве, наверняка, были совершенно светлыми. У него прямоугольный лоб, верхняя часть лица весьма напоминает ариогероическую пластику. Глаза у него серо-голубые. Я никогда не общался лично с Карлом Краусом, а потому не знаю, каков у него объем черепа… При такой внешности Карл Краус существенно отличается от большинства евреев. Он в большей степени напоминает героический расовый тип, нежели какие-то иные. Это станет понятным из процесса становления Крауса. Он с самого начала пребывал не в собственном окружении, но должен был идти как человек героической расы с людьми низших и смешанных пород (чандалы). Ему было безразлично, сталкивался ли он с крещеным или обрезанным. Но поскольку Краус вышел из недр своей расы, он не стал яростным противником чандалов». После этого Ланц-Либенфельс сформулировал весьма интересную мысль: «Героический человек по своей природе является человеком гениальным. Карл Краус — это гений, истинный гений, так как его деятельность носит творческий и новаторский характер. И одно это говорит о его расовой сути». Ланц-Либенфельс применил хитрый прием из арсенала логики: все ариогероики — гении, Краус — гений, значит, он по своей сути является ариогероиком.

Указанный спор однозначно показывает, что еще накануне Первой мировой войны в расовом вопросе не было какой-то определенности. Даже сам Краус демонстрирует в отношении Ланца-Либенфельса некую двойственность. С одной стороны — он иронизирует по его поводу, с другой — воспринимает как серьезного исследователя. Кроме этого он обстоятельно цитирует статью, которая была опубликована в «Остаре».

Этот пример показывает, что Ланц (хотя и очень редко) пытался показать расовое смешение как некую внутреннюю проблему самого человека. Как-то он утверждал, что не имеется ни одного стопроцентного ариогероика, а потому расово-моральная проблема может быть актуальной для каждого человека. Глава «Ордена новых тамплиеров» писал: «Каждый должен найти внутри себя чандала, после чего должен учиться правильно относиться к нему, чтобы в итоге преодолеть». В ситуации с Карлом Краусом Ланц допускал в теории, что каждый еврей мог иметь в себе хотя бы небольшое количество арийской крови, а потому мог подавить в себе чандала. В данном случае он объяснял свой антисемитизм тем, что чандал, живший в еврее, в большинстве случае был сильнее ариогероика. Но это не значило, что Ланц не допускал некоторых исключений: «Евреи единственная историческая раса, которая перемешивалась с отбросами погибших культурных народов. Однако они являются живыми свидетелями страданий Фройя, смерти древних героических народов и древнего человечества».

В узком кругу друзей Ланц-Либенфельс рассказывал о том, что как-то еврейская община Вены просила предоставить в распоряжение замок Верфенштайн, чтобы отпраздновать там Суккот. Кроме того, сохранились документы, которые доказывали, что Ланц был дружен с кандидатом в раввины Морицом Альтшулером. Однако тот так и не стал раввином, поскольку показался еврейской общине слишком сомнительной личностью.

Глава 7

ЖУРНАЛ «ОСТАРА»

Как уже говорилось выше, Ланц-Либенфельс учредил журнал «Остара» в 1905 году. Это был в высшей мере странный журнал хотя бы потому, что некоторые из его номеров перепечатывались на протяжении 1905–1931 годов по нескольку раз. Однако для начала надо задаться вопросом, почему для журнала было выбрано именно такое название? Ланц имел для этого несколько причин. В одной из своих работ он цитировал староанглийского писателя Беду Достопочтенного, который упоминал, что древние английские племена назвали пасхальный месяц Эостра. Ланц-Либенфельс предположил, что так могли звать богиню, которая в иных племенах могла назваться Остарой. Он представлял ее как «божество, связанное с весной и светом». Хотя бы по этой причине Ланц-Либенфельс мог дать своему журналу имя германской богини весны, так как полагал, что именно с его издания в истории человечества начнется новая эра процветания («весна»). Однако подобная версия является отнюдь не единственной. Кроме этого Ланц-Либенфельс как-то высказал мысль о том, что восточные готы, то есть остготы, назвали себя в честь германской богини. Подобная интерпретация с исторической точки зрения выглядит более чем сомнительной, хотя и не исключает возможности, что сам Ланц-Либенфельс мог верить в подобное странное предположение. Далее Либенфельс выводил название Австрии (Остеррайх) от названия пламени остготов, а стало быть, от богини Остара.

Поскольку в рамках данной книги нас нисколько не должно интересовать сугубо научное происхождение название страны Австрия, то имеет смысл обратить внимание на некоторые моменты в построениях Ланца-Либенфельса. Он после предпринятых изысканий пришел к выводу, что изначально германская богиня Остара была превращена в Марию, то есть мадонну. Он полагал, что культ Остары был всего лишь трансформирован в культ Богоматери — католическая церковь только поменяла имена. В подтверждение этого он приводил следующую конструкцию: 25 марта католическая церковь праздновала Благовещение, то есть праздник, когда Дева Мария узнала, что должна родить Богочеловека. Ланц-Либенфельс утверждал, что «в это же самое время в северных божественных рощах и храмах производился отбор ариогероической молодежи, которая должна была соединиться для чистой (расовой) и благородной любви». То есть на свет должны были появиться благородные ариогероиче-ские дети (богочеловеки). Далее Ланц-Либенфельс утверждал, что «Остара является матерью племен благородной, белокурой, ариогероической расы». Наконец, Ланц-Либенфельс цитировал Якоба Гримма, которой обозначал Остару как «божество сияющего утра и восходящего света», что позволяло ее ассоциировать с немецким названием Пасхи — Остерн.

Ланц-Либенфельс писал: «Только теперь мы понимаем, что означают карнавальные праздники, когда обряженные в звериные шкуры куклы либо прогоняются, либо сжигаются, либо бросаются в воду. Это означает не только торжество светлой богини Остары, которая прогоняет темную зиму, но также героическую борьбу ее светлокожих, белокурых сыновей, которая заканчивается победой над темными демонами, то есть зверочеловеками, обезьяноподобными существами, чья кровь до сих пор продолжает течь в темнокожих расах, которые живут и руководствуются судьбой своих нечеловеческих предков».

Сам же Ланц-Либенфельс со временем предпочел давать следующее объяснение, почему он назвал свой журнал именно «Остара»: «Вышеуказанные открытия побудили меня дать этому изданию имя матери племен этой расы. Самое священное и самое почтенное имя — Остара. Эго издание будет способствовать пробуждению и сохранению белокурой ариогероической расы во всех государствах и во всех народах! С этим священным именем и священным знаком мы хотим победить подобно тому, как побеждали наши предки. Мы должны либо победить, либо умереть в борьбе!»

Когда в 1905 году вышел первый выпуск журнала «Остара», то имел подзаголовок: «Австрийский журнал-листовка, ответственный редактор Й. Ланц-Либенфельс. Австрийские немцы за выборную реформу. Издательство «Остара», Родаун близ Вены». Несмотря на то что Ланц-Либенфельс являлся ответственным редактором «Остары», он не был автором, который написал материал для первого номера. До сих пор первый номер «Остары» остается «анонимным». Забегая вперед, надо сказать, что очень многие выпуски журнала выходили отнюдь не из-под пера Ланца-Либенфельса. Номера 1,2,5,6, 7, 8,9,11, 12, 13,14, 15, 16, 24, 25 были созданы несколькими авторами, но не самим предводителем «Ордена новых тамплиеров». Впрочем, все остальные номера по сотый включительно были и отредактированы, и написаны Ланцем-Либенфельсом. Когда в конце 20-х годов началось повторное издание «Остары» (точнее говоря, новой «Остары»), в ней размещались материалы преимущественно Ланца-Либенфельса. Исключение делалось только лишь для Иоганна Вальтари Вёльфля, которому было «дозволено» написать материалы для 101-го выпуска журнала. Когда для «Остары» не хватало материала, в ней просто-напросто перепечатывались книги Ланца-Либенфельса. Это, например, относилась к семи номерам конца 20-х годов, когда в них была воспроизведена «Теозоология». Поскольку Ланц-Либенфельс начал новое издание, то необходимо иметь в виду, что «Остара» № 1, выпущенная в 1930 году, принципиально отличалась от первого выпуска журнала, который увидел свет в 1905 году. Впрочем, это правило относится только к первым четырнадцати номерам, которые были написаны не самим Ланцем-Либенфельсом.

28
{"b":"218014","o":1}