Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

24

– Не слишком-то романтично.

– Извини, но ты так прижал меня, что я задыхаюсь.

Ухмылка медленно расползлась по лицу Джонни.

– Начинается проза? – спросил он и поцелуем собственника впился в ее губы. Потом перевалился на бок и присел.

Рейчел взглянула на его мускулистые ягодицы, утопавшие в мягком плюше сиденья, и мысленно отметила, что они не утратили своей сексуальности даже после такого изматывающего сеанса. Впрочем, это открытие ничуть не обрадовало ее.

Он сидел спиной к ней, и она не видела, чем он занят, да, собственно, это уже было не важно. Действительность вступала в свои права, и Рейчел, уже в состоянии осмысливать ситуацию, тоже поднялась и попыталась привести себя в порядок. Она была по пояс голой, юбка, задранная до бедер, безнадежно смялась. В колготках зияла огромная дыра, а порванные трусики беспомощно болтались на резиновом канте. Туфель на ногах не было, и она даже не представляла, где их искать. Губы опухли и горели, а прическа, как она успела заметить, взглянув в зеркальце заднего вида, напоминала птичье гнездо. Самой себе она казалась грязной, потной, вонючей и порочной.

Итак, начиналась проза.

Он подтянул трусы и джинсы, и она расслышала звук застегиваемой молнии. Рейчел, беспомощно оглядываясь по сторонам в поисках лифчика и свитерка, мысленно отметила, что Джонни в отличие от нее выглядит вполне пристойно.

– Пошли искупаемся в чем мать родила?

– Что? – Его предложение, сопровождаемое дьявольской усмешкой, повергло Рейчел в замешательство. Она инстинктивно прикрыла руками груди и сердито посмотрела на него.

– Ты не знаешь? Ну это когда купаются нагишом.

– Ни в коем случае!

Он рассмеялся. Смех его был заразительным, и в глазах плясали чертики.

– Вы всегда так суровы после секса, учитель?

Рейчел еще больше нахмурилась, хотя поймала себя на том, что невольно подпадает под обаяние его лучистого взгляда.

– Не знаю, не проверяла, – сказала она, показав ему язык.

– В самом деле? – ухмыльнулся он.

– Да. А теперь соизволь убраться отсюда, мне нужно привести себя в божеский вид. Пойди… поешь, что ли.

– Пожалуй. – Пошарив на переднем сиденье, он выудил пакет со снедью и вылез из машины. Лукаво улыбнувшись ей, он отправился к берегу озера готовить пикник.

Рейчел с замиранием сердца посмотрела ему вслед, невольно залюбовавшись его длинноногой широкоплечей фигурой, уверенной красивой походкой, потом все-таки вернулась к прерванному занятию. Итак, колготки и трусики пришли в негодность, и она, хотя и не без некоторого сожаления о потере, сняла их. Белье было ее слабостью, и Рейчел всегда подбирала его с особой любовью и тщательностью. Что ж, с этими бледно-голубыми трусиками пришлось распрощаться, а вот кружевной лифчик стоило поискать. Пошарив рукой под передним сиденьем, Рейчел выудила его и водрузила на место. Свитер, тоже порядком смятый, отыскался на полу.

Вытащив из-под сиденья сумочку, она полезла за расческой. Наспех причесавшись, благо стрижка позволяла это сделать, достала пудреницу и губную помаду. Придирчиво оглядев себя в зеркальце, Рейчел отметила, что и без макияжа, и при ярком солнечном свете выглядит на удивление молодо. Блеск в глазах, румяные щеки, яркие чуть припухшие губы – все это были неизменные атрибуты юности. Она припудрила нос и нанесла розовую помаду на губы. Пожалуй, все. И, вновь оглядев себя, осталась довольна: беспечная, слегка небрежная, счастливая.

Захлопнув пудреницу, Рейчел подумала о том, что безумный, страстный роман с Джонни Харрисом был самой лихой авантюрой в ее жизни. Если бы только она могла держать его в узде. Взгляд ее устремился к Джонни, который сидел на берегу, уплетая нехитрую закуску, приготовленную для пикника, и подкармливая крошками пирожного уток. Познала ли она настоящий секс? О да. Разумеется, признаваться ему в этом она не собиралась. У него и так было чересчур большое самомнение.

Одна голубая туфелька валялась на полу, и, если Рейчел не ошибалась, вторая упала на траву. Выбравшись из машины, она поскакала на одной ноге в поисках обуви. Обувшись наконец, Рейчел скомкала порванное белье, подошла к мусорному баку и выбросила его. Без трусов и колготок она чувствовала себя неловко. Поборов смущение, Рейчел направилась к Джонни.

– Кусок хлеба, глоток вина и ты… – Джонни обернулся, жестом приглашая ее к импровизированному застолью.

– Ты имеешь в виду «Твинкис» и кока-колу? – Рейчел присела рядом и приняла из его рук угощение. Джонни ухмыльнулся.

– Перевод не слишком удачный, верно?

– В последний раз я питалась этим в раннем детстве. – Рейчел попыталась надорвать упаковку «Твинкиса», но процесс оказался мучительным.

– Дай-ка сюда. – Джонни взял из ее рук пакетик и без труда раскрыл его. Передав Рейчел одно золотистое пирожное, он взял себе другое и смачно надкусил его.

– Эй, это мое! – разворчалась Рейчел, хотя к своему лишь притронулась.

– Я умираю от голода. А свое почти все скормил уткам. – Жалобные нотки в его голосе заставили ее улыбнуться. Джонни открыл банку кока-колы и передал ее Рейчел.

Она послушно отхлебнула.

– Мне станет плохо, если я съем еще хоть немного этой гадости, – призналась она, откусив от пирожного.

– Жизнь без риска скучна.

– Я думала, что она скучна, когда однообразна.

– И это тоже.

Он опять вгрызся в пирожное, а оставшийся кусочек раскрошил и швырнул уткам, которые уже сгрудились у берега в ожидании корма. Шумно захлопав крыльями, трое самых отважных схватились в битве. Четвертая, оказавшаяся самой хитрой или самой удачливой, подхватила добычу и упорхнула.

Джонни сделал глоток из банки и отставил ее, вытерев рот тыльной стороной ладони.

– Рейчел?

– Да.

– И что теперь?

Рейчел разделалась с пирожным, деликатно смахнула крошки с губ и взглянула на него:

– Что ты имеешь в виду?

– Нас.

– Нас?

– Да. Если, конечно, предположить, что уместно говорить о нас. Мне бы не хотелось, чтобы ты видела во мне лишь очередную жертву своего обаяния.

Легкая улыбка тронула его губы, но Рейчел угадала серьезный смысл в его словах. Она нервно скомкала обертку от пирожного в тугой шарик.

61
{"b":"23260","o":1}