Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Кругом, народа тьма, в небе самолёты, кругом, вдоль поля тоже самолёты. Вот впереди второй памятный камень — памятка об окончании второго полёта. Здесь мы ещё раз сфотографировались.

Не знаешь, куда смотреть. Всё снимаю на фотоаппарат. Скотт и Вилл рядом, похоже, что они тоже в полнейшем восторге! Вдруг справа, на стоянке стоит Corsair F-4, времён Второй Мировой войны. Пожалуй, один из американских истребителей, где наряду с хорошей аэродинамикой был применён мощный двигатель. Часто, американцы к очень мощному двигателю приделывали крылья. Я, естественно, к нему. Сердце даже замерло. Обошёл в почтении вокруг. В кабине, наверху на стремянке, женщина лет 50, в кожаной лётной куртке закрывает лючки на фюзеляже. Простите, говорю, можно ли в кабину заглянуть. Женщина, подняв на меня взгляд, объясняет, что на этом самолёте летал её отец и я, понимая, что это семейная реликвия, почтительно отхожу.

— Спасибо за понимание, говорит женщина.

Звучит гимн Соединённых Штатов, и всё поле замирает по стойке смирно, положив правую руку на сердце и сняв бейсболки. Тоже делаю и я.

В самом конце поля, за самым известным, и наиболее пёстро раскрашенным Дугласом-3, стоял совершенно новый Боинг VC-22. Этот Боинг выглядел как самолёт, но крылья его, были развёрнуты на 90 градусов, и огромные вертолётные винты смотрели в небо. Через несколько минут винты закрутились, подняв пыль, но пригвоздив всё внимание публики к себе. Этот удивительный летательный аппарат, оторвался вертикально вверх и, развернув крылья, полетел уже по самолётному, и, сделав круг над полем исчез.

Уже начинало смеркаться, и мы пошли в гостиницу, по пути заглянув в бар, и размялись пивом. Вечером я пригласил моих друзей в ресторан. В баре, на одном из этажей гостиницы, было человек 5. Все были летчиками, и все приехали со всех уголков Соединенных Штатов и Канады на праздник. За лёгкой выпивкой время неслось как влетевший метеорит, стремительно и ярко! Уже пора было идти в ресторан, а Вилл ещё не выпил свой Ice-Tea. Вилл, не пил спиртное вообще, но льда с чаем выпил, не меряно! Пока мы со Скоттом переодевались в гостинице, Вилл познакомился с бизнесменом, который заработал себе Русский МиГ-15 и летает на нём всё свободное время! Вообще, в США уважают Русские МиГи и они не одиноки. Я тоже люблю МиГи.

Кстати, наш номер в гостинице имел огромное окно, выходящее на Восток, на Северную Атлантику. Конечно, сезон был далеко не купальный, но я всё же решил искупаться, даже друг Скотт меня решил поддержать, но на следующий день.

И вот мы в ресторане. Сначала была выпивка. Вопрос, что пить, не стоял. Пили “Столичную”, но Вилл продолжал пить лёд с чаем и я начал беспокоиться о его здоровье. Наконец, появились места в ресторане, и мы перешли туда. Заказывал я, но выбирал Скотт. Я помню, что Скотт выбрал мне чью-то ногу. Нога была вкусной, и мяса на ней было много. Скотт с радостью показал мне на девушку, приехавшую из Белоруссии. Я думаю, что она там просто работала, и наше общение с ней было очень не долгим. Кстати, наш ужин получился не очень дорогим, глядя на то, что было съедено и выпито, но меня удивило, то, что в стоимость нашего ужина не входил налог на стоимость самого ужина и чаевые официанту, в общей сложности ещё 19 %. Относительно налога, ни Скотт, ни Вилл этого понять не могли. Остаётся полагать, что двойное налогообложение, это относительно честный способ изъятия денег у народонаселения.

17 декабря 2003 года

Я проснулся около 7 утра. Сквозь незакрытые занавеской части окна, светило солнце, а Океан переливался миллиардами огней, и казалось, что сама природа улыбается предстоящему празднику. Я улыбался тоже и перед праздником, который начинался в 9 часов, мы со Скоттом должны были ещё искупаться. Скотт, очень скоро тоже проснулся, но купаться отказался, так как времени у нас было чуть больше часа, а Вилл, вообще, открыл дверь на Запад, на поле, где и состоялся первый полёт. Всё небо было в свинцовых тучах и кажется, собирался дождь. Мы оделись даже потеплее, и пошли быстрым шагом к монументу, перекусывая на ходу кофейной жидкостью и гамбургерами, которые были куплены нами по пути.

Народу собралось несколько тысяч, а может и больше. Все ждали, когда появится вертолёт Президента США Д. Буша. Облачность совсем опустилась к земле, и пошел дождь, а порывистый ветер отбрасывал всякое желание купаться вообще и в частности. Дождь усиливался, кожаная куртка, намокая под потоками дождя, тянула к земле, а вода с кепки, противно капала за шиворот. Часть людей была с зонтиками. Скотт, Вилл и я были без них и всё больше и больше пропитывались дождём. Наконец, около 9 часов появилась пара вертолётов, и, сделав над нами круг, пошли на посадку. Полоса, находилась Западнее нас и шла с Севера на Юг, частично закрытая деревьями. На эту полосу и начали заходить те вертолёты. Доверчивые Американцы начали кричать ”Президент, Президент!!!”, но я то был уверен, что это не Президент, а возможно его сопровождающие. Об этом я сообщил своим друзьям. Через пару минут появился ещё один вертолёт, на этот раз это и был вертолёт Мистера Буша. По всему полю были установлены огромные экраны, на которых можно было видеть выступающего Президента, а сама трибуна, с которой выступал Мистер Буш, находилась примерно в километре от нас на Север.

Мистер Буш начал говорить, и все начали слушать. Суть выступления, которая говорилась на хорошем английском, сводилась к тому, что 100 лет назад был совершён маленький исторический шаг вперёд, открывший целую эпоху в истории человечества, и этот шаг сделали они, Американцы братья Райт.

Потом выступил Губернатор Северной Каролины, тот самый, с которым я имел честь познакомиться во время нашего ленча, потом слово взял Д. Траволта — Великий Американский актёр и пилот. Мне стыдно сказать, что в то время я не мог вспомнить, кто же такой Траволта, чем очень удивил моих друзей Скотта и Вила. Траволта сказал о том, как здорово летать и я не мог не согласиться с ним. Потом, когда мой мозг начал уставать от обилия английского, я уже почти не слушал, а смотрел, фотографировал, и снова смотрел. От дождя отказал фотоаппарат у Скотта, но у нас с Виллом всё было хорошо и конечно, мы поделимся снимками со Скоттом. В тот момент, когда на трибуне был правнук Орвилля, мы отошли к Западной части монумента, и я возложил к памятнику Орвилля, заготовленный заранее Русский Флаг. На белом поле нашего флага я написал по-английски: ”Спасибо от Русского лётчика. 11000 лётных часов. Санкт-Петербург”, а Вилл меня даже сфотографировал. Сильный ветер и дождь то и дело ронял мой флаг, но люди подходили и поправляли его, и это было трогательно!

Сбылась моя мечта, я был ровно через 100 лет, день в день, минута в минуту на том месте, где была открыта новая и прекрасная эра полётов!

Мы промокли до нитки, насквозь. Должна была взлететь реплика, то есть точная копия того самого самолёта. Диктор объявил по радио, что полёт откладывается из-за погоды, и мы пошли в гостиницу.

— Ты знаешь, что в подобных ситуациях следует делать, чтобы не простыть? — спросил я у Скотта, сидя на кровати без мокрых штанов.

— Нам следует выпить немного водки — тут же ответил Скотт. Скотт и Вилл, захватили с собой дополнительный гардероб и были к тому времени уже сухими и чистыми. Они, захватили мою сырую одежду, ушли, оставив меня в номере на несколько минут. Вернувшись с моей сухой одеждой и с двумя стаканчиками водки, Скотт был очень доволен! Мы выпили все вместе за наше пребывание, но Вилл пил снова чай со льдом!

Было уже около 13, дождь почти кончился и мы снова у монумента. Народа не убавилось. Все ждали полёта. В ожидании этого события, мы спустились вниз, где на стоянках стояли разные самолёты. Мы шли от самолёта к самолету, и я радовался. Вдруг, Скотт меня остановил. Прямо на нас шёл правнук Орвиля Райта и Скотт, как будто они были знакомы, представил меня ему и мы сфотографировались с ним на память, и подписал он мне автограф: ”С наилучшими пожеланиями” и расписался.

44
{"b":"238535","o":1}