Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Куря по-дружески обнял Илдея, пригласил его к очагу, налил гостю кумыса.

Не снимая дорожного плаща, Илдей сел на кошму возле очага, но от кумыса отказался.

– Сначала нужно выяснить, истинный ли ты мне друг? – таинственно промолвил Илдей.

– Неужели у тебя появились сомнения в этом, брат? – удивился Куря, усаживаясь напротив гостя.

– Появились, – коротко ответил Илдей, пристально глядя в глаза Куре.

– Брат, если ты хочешь меня в чем-то обвинить или упрекнуть, молви! – Куря сделал радушный жест. – Я слушаю тебя.

– Помнится, брат, ты собирался выдать свою старшую дочь за моего племянника Аблу, – чеканя слова, заговорил Илдей. – Аблу погиб в плену у русов. И вот мне становится известно, что мой брат Куря подыскал для своей дочери другого жениха. И не кого-нибудь, а Владислава – убийцу Аблу!

Илдей гневно хлопнул себя ладонью по колену.

– Э-э, брат! Зачем рубить сплеча? – Куря широко улыбнулся, показав темную щербину на месте двух передних выбитых зубов. – Ты поклялся отомстить Святославу, но ведь и я тоже собираюсь ему мстить. Для этого мне и нужен Владислав. С помощью Владислава я смогу взять Киев!

– Я должен убить Владислава! – упрямо проговорил Илдей. – На нем кровь моего сына и двух племянников! Владислав сейчас пребывает у тебя в стане, отдай его мне.

– Клянусь небом, брат, ты не видишь дальше собственного носа! – раздраженно воскликнул Куря и залпом осушил чашу с кумысом. – Кто такой этот Владислав? Болван! Ничтожество! Не за Владиславом надо охотиться, а за Святославом!

– Однако ты готов сочетать браком свою дочь с этим ничтожеством, – ввернул Илдей и тоже потянулся к чаше с кумысом.

– Глупая башка! – усмехнулся Куря. – Женские чары – самые надежные сети! Через свою дочь я смогу влиять на Владислава, заставлю его плясать под свою дуду.

– Ты, я вижу, совсем не дорожишь своей дочерью, брат, – укоризненно промолвил Илдей. – Я бы не стал толкать свою дочь в постель своего врага даже ради самых больших выгод!

– Я должен спалить Киев дотла! – резко вымолвил Куря. – Владислав – это ключ к воротам Киева! Печенежские ханы не хотят идти на Киев, страшась Святослава. – Куря сузил свои рысьи глаза и чуть понизил голос: – Скоро Святослав уйдет с войском на Дунай, а может, и дальше. Вот тогда-то я и нагряну в Киев!

– Откуда знаешь, что Святослав собирается на Дунай? – встрепенулся Илдей.

– Владислав поведал, – ответил Куря. – Этот глупец надеется с моей помощью вокняжиться в Киеве, покуда Святослав будет воевать на Дунае. Пойдешь ли ты со мной на Киев, брат? Как только наши орды захватят Киев, я отдам тебе Владислава, делай с ним, что захочешь!

Илдей пригубил из чаши и обронил задумчиво:

– Твой замысел мне по душе, брат. Но твою дочь мне все-таки жаль!

– Что делать? – пожал плечами Куря. – Всегда приходится чем-то жертвовать, дабы месть была слаще, а жизнь длиннее.

* * *

Из трех дочерей хана Кури старшая Тангэ была самая красивая. На нее-то Владислав и положил глаз, еще первый раз побывав в кочевье Кури, двигаясь с вьючным караваном из Серира на Русь. За два года, прошедших с той поры, Тангэ подросла и еще больше похорошела.

Став тмутараканским князем, Владислав не расстался с мыслью занять киевский стол. Для осуществления этого замысла Владиславу были нужны печенеги, готовые за золото сражаться с кем угодно. Владислав при всей своей легкомысленности все же относился к Куре с опаской, поэтому он и посватался к хану, дабы ханская дочь стала для него неким залогом безопасности. Согласие Кури выдать за него Тангэ уверило Владислава в том, что теперь-то Куря не станет строить козни у него за спиной. Плохо разбираясь в людях и не имея достаточного жизненного опыта, своенравный сын Гробоя не мог постичь всей глубины коварства, на какое был способен хан Куря ради достижения своей цели.

Свершив свадебный обряд по обычаю печенегов, Владислав повез юную печенежскую хатунь в Тмутаракань. Многие дружинники, пришедшие в Тмутаракань из Киева, недоумевали, зачем Владиславу понадобилась печенежская жена. Но были среди гридней Владислава и такие, кто взирал на прихоти своего князя с известной долей безразличия. Эти люди примкнули к Владиславу ради его богатой казны, за щедрую плату они были готовы следовать за Владиславом в огонь и воду.

Глава 3

Георгий Сурсовул

В смятении и тревоге собрались на заседание шесть великих болядов, составлявших постоянный высший совет при болгарском царе. Давно нет порядка и спокойствия в Болгарском царстве. Вот уже который год на западе страны мутит народ священник Богомил, изгнанный из Вадопедского монастыря за дерзкие богохульные речи. Богомил призывает священников и мирян отказаться от роскоши, вернуться к равенству и братству древних христианских общин. Люди тысячами стекаются на проповеди Богомила, который ругает царскую власть и высших иерархов Церкви, обвиняя их в пособничестве Сатане. После проповедей Богомила жители деревень отказываются платить налоги, уходят в горы и даже нападают на усадьбы знати.

На юго-западе Болгарии в долинах за Доспатскими горами непомерно возвысился комит Шишман, выходец из местного княжеского рода. Шишман поссорился с болгарским царем Петром и отказывается признавать его своим государем. Налоги Шишман не платит, воинов в царское войско не поставляет. Царские советники-боляды, опасаясь, что Шишман выкроит себе отдельное княжество в Родопских горах, решили начать с ним войну.

Но внезапно на Болгарию надвинулась новая беда. Прибыл гонец от киевского князя Святослава с объявлением войны.

Боляды, выслушав гонца русов, послали за царем Петром.

Война с Русью – нешуточное дело! Тут надо все как следует обдумать!

Любимая супруга царя Петра лежала при смерти, поэтому государь не пришел на заседание болядов. Царь Петр поступал так и раньше, полностью переложив все заботы о государстве на плечи своих советников. Воевать царь Петр не любил, сидение в совете его утомляло. Властелин Болгарии имел слабое здоровье, рядом с ним постоянно находились лекари с различными снадобьями. Окруженный угодливой заботой слуг и приближенных, царь Петр был слабоволен и капризен, всякое несчастье он воспринимал как Божье наказание. Божьего гнева царь Петр страшился сильнее всего на свете.

Вместо царя в совете болядов зачастую заседал Георгий Сурсовул, дядя Петра.

Георгий Сурсовул был великим жупаном, то есть ему подчинялись все царские войска и гарнизоны крепостей. Могущественнее Георгия Сурсовула не было человека в Болгарии.

Боляды недолюбливали дядю царя, который не очень-то считался с ними и любил запускать руку в царскую казну. Между болядами и дядей царя частенько случались размолвки. И на этот раз боляды встретили Георгия Сурсовула неприветливо.

– Мы ожидали царя, а не тебя, почтенный, – сказал Сурсовулу вельможа Борил. – Опасность пострашней Шишмана ныне грозит нашему царю. Неужели Петр совсем не дорожит своим троном?

Великий жупан уселся на царское место, всем своим видом показывая, что с ним лучше разговаривать повежливее. На нем был длинный шелковый дивитисий, узкая туника с широкими рукавами, на плечи был наброшен плащ-цицакий хазарского покроя. На голове была тафья, небольшая круглая шапочка, расшитая узорами и украшенная жемчугом.

В свои семьдесят лет Георгий Сурсовул имел прямую надменную осанку, все его движения были пронизаны уверенностью и силой. В темных волосах и бороде Сурсовула было немало седины. Его холодные серые глаза и тонкие нервные губы приводили в трепет многих. Сурсовул мало улыбался и был скор на расправу.

– Почему царь не пожаловал сюда? – хмуро обратился к великому жупану вельможа Вневит. – Не ради пустых разговоров мы собрались здесь!

– Вам ведомо, уважаемые, что у царя горе, – заговорил Сурсовул, нервно барабаня пальцами по подлокотнику кресла. – Умирает царица, а вы беспокоите моего племянника всякими ненужными заботами. Говорите мне, что стряслось? Кто нам грозит?

43
{"b":"542177","o":1}