Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Тамара не смогла сдержать смех:

— Если я периодически и подвергаюсь сексуальным домогательствам, то со стороны совсем другого человека!

Намек был более чем прозрачный. Вазген надулся.

— Мы давно знаем друг друга, — обиженно пробубнил он, — и вряд ли я могу равнодушно относиться к тому, что беспокоит тебя вне работы. Я думал, что мы близкие люди…

— Близкие, но не настолько, чтобы лезть мне в душу!

— Ну, хорошо, не хочешь говорить — не надо. Как-нибудь переживу! Прямо-таки тайны мадридского двора. Еще сама прибежишь ко мне. Иди…

Тамаре было прекрасно известно, что последует дальше. После очередной неудачи в неуклюжих ухаживаниях за ней Арутюнян, используя свое начальственное положение, начинал мелко мстить. Весь вопрос заключался лишь в том, как быстро это случится.

Бывало, он затаивался на несколько дней, старательно культивируя, взращивая свою обиду и выбирая момент для наиболее болезненного удара. Но позднее, уже совершив пакость, обязательно давал понять, намекал как-нибудь, откуда растут ноги, что побудило его вредничать. «Чего я должен идти тебе навстречу, отпускать домой раньше, если ты пожалела для меня пять минут!» — например, говорил Вазген.

На сей раз любимый начальник продержался всего полчаса. Ровно через тридцать минут он вызвал Тамару и устроил скандал в связи с тем, что один из банков, которому их риелторская компания помогла подыскать помещение на первом этаже для открытия очередного филиала, задержал часть платежа. Однако этот банк относился к старым и вполне надежным партнерам и выкручивать ему руки не имело никакого смысла. Тем более что оттуда заранее позвонили и, извинившись, попросили отсрочки на пару дней, так как у них произошел сбой в компьютерной системе. Можно было, конечно, пойти на принцип, пригрозить судом, но испорченные отношения с солидным клиентом только гораздо дороже бы обошлись.

Пришлось объяснять это Арутюняну. Впрочем, он и сам все прекрасно понимал, однако продолжал кочевряжиться, задавать дурацкие вопросы, не жалея ни чужих нервов, ни чужого рабочего времени.

Еще через час Вазген заглянул в Тамарин кабинет уже сам и заявил, что он «дико извиняется, но этот бордель, этот сумасшедший дом по соседству надо закрывать! У нас — солидная компания, а не клуб для приятного времяпровождения!»

Дело было в том, что рядом с кабинетом Тамары находилась небольшая комната для переговоров с клиентами. Там же оборудовали крохотную кухню, где для гостей можно было приготовить чай, кофе. Но со временем это пространство освоили сотрудники компании: здесь устраивались перекуры, болтали в перерывах между работой и порой в переговорной становилось тесновато. Заглядывала туда и Тамара.

— Но с сегодняшнего дня, — постановил Арутюнян, — все будут ходить в буфет бизнес-центра, где могут стоять хоть на головах! Даже если хотят всего лишь выпить чашку чаю!

Шеф явно шел вразнос. В подобных ситуациях Тамара, пользуясь давним знакомством с этим человеком, иногда просто посылала его подальше. Но она знала, что тогда скандал затянется на несколько дней, примет более резкие формы, а если немного потерпеть, то вскоре Вазген начнет извиняться, лебезить. В общем, ей не хотелось идти на крайности, тем более сейчас, когда и так хватало проблем.

Однако после обеда Арутюнян устроил небольшое совещание главных специалистов компании и стал разносить уже весь коллектив. Он говорил, что у них «собрались одни бездельники», что «надо разогнать всех и набрать новых, более профессиональных и добросовестных специалистов», что, «по крайней мере до нового года, никто не пойдет в отпуск, так как работы невпроворот». При этом он посматривал в сторону Тамары, словно показывая, кто виновник этой вакханалии.

И теперь она уже очень жалела, что раньше не пресекла выходки начальника, не поставила его на место. Иногда хирургические методы лечения — единственно возможные, в том числе и человеческого занудства.

Но самое удивительное заключалось в том, что, при всем своем сексуальном экстремизме, Вазген считал себя хорошим семьянином. Он держал на столе фотографию жены и двух дочек, а заходя к Тамаре полюбезничать, часто с умиленной улыбкой рассказывал о том, что на днях происходило у него дома, какие блюда готовит его супруга, как они проводят праздники, развлекаются на даче и даже какое покрывало купили в свою спальню. Поистине большой, пухленький ребенок, считающий свои прихоти важнее всего остального.

Глава 10

Ровно в шесть Тамара спрятала все финансовые документы в сейф, закрыла кабинет и, не попрощавшись с шефом, дабы не нарваться на очередное брюзжание, направилась к лифту. Это походило на побег, но ей сейчас было не до квалификации своих поступков, не до принципиальных самооценок. Главное — как-то пережить этот дурацкий день.

Свою машину Тамара сегодня из гаража не брала, поэтому уже предвкушала приятную прогулку до метро, а может, и до самого дома, во время которой ее не будут терзать ни фээсбэшники, ни Арутюнян, ни мафия. Но первое, что она увидела выйдя на улицу, — был голубоглазый красавец!

Валерий Марков стоял у края тротуара, небрежно опершись на капот обалденного серебристого спортивного «ягуара». На нем был летний костюм цвета топленого молока, белая рубашка с лазурным однотонным галстуком и светло-коричневые туфли из крокодиловой кожи. Его смоляные, блестящие, слегка вьющиеся волосы были зачесаны назад, кожу покрывал густой загар, а глаза прятались за модными темными очками в золотой оправе. В общем, когда в минуты отчаяния Тамара давала волю своему воображению, представляя мужчину, какого она, безусловно, однажды встретит на своем пути, то даже те мечты были гораздо скромнее. Она во всем старалась знать меру.

Увидев Тамару, Марков встрепенулся и немедленно пошел навстречу. Теперь на его лице, губах уже не было той жесткости, наглой самоуверенности, как тогда, в театре. Скорее наоборот, выглядел он сейчас растерянным, подавленным, а здороваясь, еще издалека закивал головой, нерешительно поднял руку и тут же спрятал ее за спину.

— Что вам надо?! — резко спросила Тамара, не отвечая на его приветствие.

— Поговорить.

— Кажется, мы уже все с вами обсудили.

— Далеко не все, поверьте! — воскликнул он, привлекая внимание прохожих.

— Возможно, однако у меня нет никакого желания еще раз выслушивать ваши угрозы!

Впрочем, Тамара пока не уходила, но стояла к нему как-то боком, словно показывая, что всего лишь задержалась на минутку.

— Никаких угроз не будет, — пообещал он.

— Ах, бросьте! — махнула она рукой.

Марков тяжело вздохнул и снял очки. В его глазах однозначно промелькнула мольба и отчаяние, словно у человека, выслушивающего смертный приговор. Это было так неожиданно, так не вязалось с его благополучным холеным внешним видом, что Тамара почувствовала легкую растерянность.

— Послушайте, — сказал он, — вы, конечно, можете сейчас прогнать меня, но в таком случае не позднее чем через неделю-полторы прочтете в газетах сообщение, что мой распухший, обезображенный труп найден в реке или в лесу.

— Уголовной хроникой я не интересуюсь.

— Да какая разница?! Неужели я доставил вам так много неприятностей, так досадил, чтобы желать мне подобного конца?! Будьте человечны!

— Я не верю ни одному вашему слову!

— Говорю вам правду. И вы это поймете, если дадите мне возможность объясниться.

— Очевидно, вы уверены в своем красноречии! — все еще сопротивлялась она.

— Черт бы вас побрал! — заскрипел зубами Марков. — При чем тут мое красноречие?! Это вы сейчас упражняетесь в остроумии, жонглируете словами. А я всего лишь хочу получить шанс пожить еще немного!

Сердце Тамары дрогнуло. Она, безусловно, не хотела, чтобы из-за нее кто-то пострадал, даже этот злодей. Тем более что вблизи он оказался еще более красив, чем издалека, и было что-то противоестественное в возможности его превращения в обезображенный, разлагающийся труп.

616
{"b":"719000","o":1}