Литмир - Электронная Библиотека

– Для лечения общества имеется полиция.

– Ой, Софа, и медицина, и полиция сейчас, можно сказать, ни-ка-кие, так что мы вынуждены им помогать. Да и помимо того, даже если ничего не предпринимать в отношении Сапожникова, он и его приятель, купец Потешко, без внимания нас не оставят. И откупиться от них чем-то малым не получится. Эти люди попытаются отобрать у нас всё, в том числе и наши жизни.

Задумалась, а через полминуты, глубоко вздохнув, ответила:

– Опасно брать на себя роль вершителя судеб.

– Да, опасно. Рискуем сами превратиться в «прыщик» на теле общества.

– Во что? – Красавица удивлённо распахнула глаза.

– В маленький такой, красненький прыщ. Ведь дорасти до размеров «опухоли», сравнимой с Сапожниковым, нам совесть вряд ли позволит.

О, слабый намёк на улыбку нарисовался. Мой незамысловатый юмор оценили. Вот и славно, оживает девочка.

– Кстати, а с чего ты решила, что мы выступаем в роли вершителей судеб? Мне кажется, Кузьма Тихий и без нас нашёл бы способ с канским городничим рассчитаться. Да и кто знает, может, таких людей, как Тихий, в Сибири много и каждый из них на Петра Ивановича ножик точит. По сути, мы в его жизни ничего не меняем, а в помощники к Кузьме напросились только для восстановления справедливости в отношении семейства Патрушевых.

Говоря лишь о Патрушевых, я, конечно, чуточку лукавлю – для успокоения совести нашей старшей. Усатый гад наворовал изрядно, поэтому я под лозунгом «Грабь награбленное!» собираюсь распотрошить все его финансовые запасы. Ну… до которых доберусь, естественно.

– Когда-то в детстве мама учила меня: «Саша, зло, привнесённое тобою в жизнь, всегда нужно исправлять добром».

– Это как?

– А очень просто. Сделал плохое и не смог исправить свою ошибку – сразу постарайся сделать доброе. Иногда неважно, как и кому.

Софа улыбнулась:

– Умная у тебя была мама.

– Да уж!

Похоже, красавица оклемалась: глазки уже сверкают, от апатии и следа не осталось. На пару секунд замолчала и сменила тему разговора:

– Знаешь, Александр, после известий о пожаре в Енисейске я постоянно думаю, как много там детей сейчас без крова оказалось.

– Да-а. Зима у них трудная будет.

Она внимательно посмотрела на меня и предложила:

– А давай возьмём сотню к нам в усадьбу, на воспитание.

– СКОЛЬКО?!

Наверно, слишком громко я воскликнул – даже Василий, исполняющий сегодня роль нашего кучера, обернулся. Чёрт! Ошарашен ли я? Не то слово! Вот от таких предложений кондрашка миокарда и случается.

– Ну уж полста-то мы всяко зимой прокормить сможем, – напирала Софа.

Ёхарный бабай, доуспокаивал «мамочку» на свою голову! Я её тут, понимаешь ли, жалею, – бедная девочка! – а она меня раньше времени в могилу загнать решила.

– А жить им где?

– Первые два этажа правого крыла четырёхэтажки пусть и с закрытыми окнами, но под жильё приспособить можно.

– Приспособить? Да там и пол ещё не положен.

– У нас оговорено, что полы к отъезду в Петербург будут готовы на всех четырёх этажах.

– Так то к отъезду. Но стелить-то их начнут лишь через месяц.

– А ранее у нас в Енисейск и не получится съездить.

– Да как дети без отопления-то перезимуют?

– Ты что-нибудь придумаешь, я в тебя верю.

Офигеть! Она в меня верит. Мне прям страшно становится. Такие слова мужчине говорят, когда ожидают от него подвига.

Теперь уже Софа взяла меня за руку, и в глазах её блеснули искры неугасимого пожара, разгорающегося в душе. О-о, Саша, ты, кажется, конкретно попал, сейчас пойдёт охмурение по полной.

– Подумай: нам ведь с каждым месяцем помощников требуется всё больше и больше. Где их брать? На стороне? А через год? А через пять лет? Ты говорил, замыслов много. Кто их исполнять будет? Посмотри, насколько тяжело идёт обучение взрослых работников с завода. Молодёжь обгоняет их во всём. Так не проще ли воспитывать смену с детских лет?

– А для чего я, по-твоему, влез в строительство ремесленного училища? Как раз в его стенах мы с Потапом и намечаем пополнение готовить.

– Училище не твоя вотчина, не станут их там учить так, как ты того хочешь. Взять хотя бы открытую в прошлом году мужскую гимназию: купцы-попечители от дел почти отстранены, с них только деньги тянут, а заправляют всем чиновники. Учителей сами найти не в состоянии, а предложенных назначенным директором упорно отвергают. Да и директора могли бы получше найти.

Я махнул рукой:

– Тут по-другому ничего и не делается. Мы с Потапом Владимировичем это предвидели и заранее настроились «подмазывать» непутёвый административный аппарат.

– Ну почему же не делается? К заводским школам губернское правление касательства не имеет.

– Ха… Ты предлагаешь ещё и на заводе школу построить?! А сколько денег в неё придётся вложить, ты не посчитала?

– Вложимся один раз, а работников учить годами сможем.

– Господи! А их питание? А проживание?

– Всё окупится. У нас уйма лёгких работ, на которые обслугу нанимать смысла нет. Дети прекрасно с ними справятся. Тут и уборка, и поднос дров, и сортировка трав. Да что я тебе объясняю, сам знаешь. Ты вон селекцией пшеницы заняться решил, так молодёжь быстрее взрослых зёрна переберёт.

Высказавшись, Софа гордо на меня посмотрела, будто со всеми проблемами она уже давно разобралась. А я попробовал взглянуть на спор со стороны и задумался.

Саша, а какого, собственно, рожна ты упёрся? Да чем бы «мамуля» ни тешилась, лишь бы не грустила. Хочет свой садик-школу основать – и флаг ей в руки. К тому же мысль о заводской школе сама по себе неплоха, там можно собрать самых умных ребят и систему обучения организовать более гибко, чем в училище. Предметы только нужные нам: математика, физика, химия, тут же усиленная физкультура для пацанов и слесарно-токарные работы. И никакой тебе латыни с древнегреческим, которые в гимназиях втюхивают, и никакого слова божьего. Хм, хотя не, за слово божье мне церковники все мозги высосут.

Не, ну натуральный идиотизм какой-то: огромной стране жутко не хватает инженеров и квалифицированных рабочих, а система образования устроена так, что плодит преимущественно либеральных гуманитариев и православных «менеджеров», то есть тех, кого и так-то гораздо больше, чем надо. Логика, ты где? Ау! Плюс к этому подготовка учителей начальных школ в империи поставлена просто отвратительно. Мало их, и обучены плохо.

Однако вернёмся к нашему детскому садику. Стоп… Нашему? Саша, ты уже согласился на поездку в Енисейск? Ой, да ладно, согласился, согласился, чего уж там. Софа улыбается, довольная – озадачила и рада, а мне расхлёбывать. Да где я тех же преподавателей столько найду? Допустим, читать и писать детей могут научить девчата из косметсалона, с повышением грамотности заводских рабочих они прекрасно справляются. Но! Для изучения химии, физики, математики, как ни крути, требуются более компетентные педагоги, а их-то в ближайшей округе при всём желании днём с огнём не найти.

Вон в мужскую гимназию и недавно открытое женское училище полный штат до сих пор не набран. Добровольно образованные люди в отсталую Сибирь редко едут, да и то в основном чиновники и горные инженеры. А местные, отправляясь учиться в Центральную Россию, назад почти не возвращаются, неинтересно им тут после жизни в крупных городах. Наглядный пример того – сыновья нашего соседа-портного: старший в Санкт- Петербурге своё ателье открыл, младший, закончив недавно институт, в Москве окопался, и к папочке их, по словам самого Валерия Яковлевича, калачом не заманишь.

Ёклмн, хоть из России преподов выписывай, за бешеные деньги. Хотя есть ведь ещё и ссыльнопоселенцы, можно попробовать среди них кого-нибудь подыскать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

23
{"b":"796337","o":1}