Литмир - Электронная Библиотека
A
A

И ни капли не соврала!

Первым делом в кабине я сунула папку Марише и скомандовала:

– Приказ о назначении срочно! И обязательно согласуй со Звягинцевым.

С драного крокодила – хоть кожи на ремешок. Во всяком случае, не придется объясняться с Гиеном. Захочет ткнуть меня носом, что долго думала, – так я переживу. Остальное же пережила? Однако в коридор я лишний раз старалась не высовываться.

Вторым пунктом плана шла проверка актуальных документов на компе. Всё ли ценное есть у меня дома или на флешке? Удалила все личные разработки, после чего поплакалась нашему админу Саше на тормозящий комп, а в понедельник он мне будет очень нужен новенький, как огурчик, ибо фронт работ невпроворот. Убедилась, что он запустил переустановку системы с форматированием (конечно, всё сохранила на диске D), и только тогда выдохнула. Отныне если кто-то захочет воспользоваться плодами моих трудов, то только с моего согласия. В идеале смогу выторговать за них рекомендацию от Конева на новое место работы. Понятно, что добровольно мне ее никто не даст. А если даст, то догонит и даст еще раз. Даже боюсь представить, что обо мне поведают будущему работодателю. О, как я гордилась собой за то, что в трудовой фиксировались все серьезные поощрения! В нашем заповеднике всегда нужно быть готовой встать на крыло, чтобы тебя не поставили раком.

Потом от руки написала заявление об увольнении и занесла его в канцелярию за пять минут до завершения рабочего дня. Специально предупредила, что зайду. Они же не знали, зачем. От нас, стервятников, всегда можно ожидать проверки трудовой дисциплины. Зарегистрировав копию у начальника отдела, я с чистой совестью вышла на свободу.

Главное – на две недели больничный получить. Даже если для этого придется в мокрой одежде съесть килограмм мороженого под кондиционером.

На душе было тоскливо.

На свободу как на праздник даже из колонии не идут. Понимают, что по другую сторону решетки тот же ад плюс неопределенность. На фирме я хотя бы представляла от кого чего ожидать. Приспособилась, где бодаться, где лягаться, где траву жевать. И денег худо-бедно на жизнь хватало.

Я чувствовала себя щенком, у которого раньше была будка и миска, а теперь свобода. Мно-ого свободы.

И что с нею делать?

М-да.

Это нужно отметить. И совместить полезное с необходимым: на время вытеснить все проблемы и обеспечить на завтра бледный вид у врача.

Дома я переоделась в маленькое красное платье, которое должно быть в гардеробе любой девушки, посещающей ночные клубы. Моё было до колен, облегающее, с открытыми плечами и коротким клёшем-годе, подчеркивающим изгибы фигуры. Теперь я безработная и могу себе позволить завести реального, а не придуманного мужика.

Хотя бы просто завести. Необязательно заходить дальше. Тоже какое-никакое, а удовлетворение. Если честно, в моральном я сегодня нуждалась даже больше, чем в физическом.

Клуб встретил меня оглушающей музыкой и вспышками мерцающих в темноте огней. Возле бара было малолюдно, я заказала коктейль и погрузилась в телефон. Увы, рекрутинговые сайты меня не порадовали. Где-то нужен был рядовой раб на галеры, чтобы вести личные дела и заполнять статистику за пять деревянных копеек. Какие-то вакансии радовали нулями и функционалом, но болтались на сайте по году, а, значит, висели скорее для вида, чем из потребности. Были и свежие, много-чего-обещающие объявления, но любой город, по сути, большая деревня, где все всё друг про друга знают. И я бы себе туда идти не советовала.

Бокал сменялся бокалом, голову слегка вело, но волшебных пузырьков в крови не появлялось. Напротив, суровая реальность придавливала к земле.

– Привет, красотка! Нас ждешь? – подсел ко мне добрый молодец с недобрыми намерениями.

С другой стороны на барный табурет взобрался его более молчаливый приятель.

Я окинула их медитативным взглядом. Ребята были плюс-минус – мои ровесники, скорее минус, чем плюс. Но хорошо упакованные и неплохо подкачанные. Ничего так парни. Но нигде не ёкнуло.

– Пожалуй, нет, – вежливо ответила я.

– Ты не пожалеешь, – болтливый приподнял бровь, намекая на толстые обстоятельства.

– А вот не доказано, – пробило меня на поболтать, я же весь вечер молчала. – Вот ты говоришь: «Не пожалею». А на самом деле у тебя там, может, мальчик-с-пальчик, и тот через раз подпрыгивает. И что? Кому писать апелляции? Все вы, мужики, горазды обещать, – горестно вздохнула я.

Тот, который сидел от меня слева, встрепенулся, но болтливый дал ему знак молчать.

– Так ты по женщинам? – ощерился он. Возможно ожидая, что я брошусь доказывать обратное.

– Я люблю мужчин, – возразила я. – Но других. Королей, – осознала я с нетрезвой ясностью.

– Бери выше. Я – туз! – заявил он.

– А это твоя верная десятка? – я показала рукой за спину, в сторону второго. – Спасибо, но у меня уже было одно очко сегодня. До сих пор не могу из него выбраться. Так что – в другой раз. Очень приятно было с вами познакомиться, – я расплылась в улыбке.

– Так мы же не познакомились, – высказал сомнения молчаливый.

– Очень приятно было не познакомиться, – согласилась я.

– А чего ты тогда приперлась? – возмутился он.

– Дура, – призналась я. – Сама не знаю, чего хочу.

– Так может пойдем пофлексим?.. – болтливый снова завел свою песню, кивая в сторону танцпола. – Полный краш! Мы даже готовы предъявить свои… гарантии, – сказал он мне почти в ухо, тычась «гарантией» в мою коленку.

Меня передернуло.

– Не, – твердо помотала я головой. – Вы – парни сасные, но я – пас. Меня дома ждут.

Я столько просто не выпью.

– Жаль! – согласился и вправду добрый молодец. – Если передумаешь…

Я приложила к уху большой палец, а ко рту – мизинец. Типа: «Позвоню». Искатели приключений пошли их искать дальше. А я неожиданно осознала, что никаких приключений мне не надо. Я хочу в свою постельку. А время уже – час ночи.

Домой я добралась в два.

Всё бездумно выпитое наконец нашло свои рецепторы, и в квартиру я добралась по стеночке. В голове шумело. Мир шатался под моими ногами, словно я уже сплю. Я доковыляла до дивана и рухнула, как была, не в состоянии раздеться. И, как булыжник на дно озера, погрузилась в сон.

Сон № 4

– Где ты была?!

Ихнее величество было не в духе.

Еще оне были не в рубашке и не в штанах. Зато в постели и в простыне.

– А что, я куда-то опоздала? Судя по готовности блюда, я вовремя, – я рухнула на постель, потому что мир по-прежнему немного шатался. А голова была одновременно и тяжелая, и пустая.

– Где ты шлялась?!

– Я п-праздновала День освобождения.

– «Освобождения» кого и от чего?

– Меня от работы, – уведомила я. – Или работы от меня. Я пока не знаю, кому повезло больше. Представляешь, твое величество, я теперь без-работ-ная.

– Это хорошо? – удивился Эльиньо.

– Это вообще копец какая ужасная жуть, – призналась я, пытаясь закинуть стопу на коленку и обнаруживая, что я на шпильках.

Ну я и свинья! Упала спать и даже не разулась. Сбросила туфли на пол.

– А почему ты тогда такая счастливая? – снова не понял красавчик.

– Потому что я сегодня чудом избежала трех ловушек. Можно сказать, заслуженный колобок нашего заповедника. В отставке.

– «Колобок» – это кто?

– Ай-ай-ай, Ваше Величество, детских сказок не знаете! Колобок – это такой круглый хлебушек.

– От слова «кол» или от слова «кал»? – растерялся собеседник.

– Пишется через «о». И вообще, это – детская сказка, не нужно в ней искать глубокий смысл, – махнула я рукой. – Испекла бабка колобок, хотела съесть, а он – прыг! – и укатился. И так всю сказку – все его хотят, а он никому не дается. А потом он встретил лису… – погрустнела я. – Но я уволилась раньше!

– А кем ты работаешь?

– Я – специалист по управлению человеческими ресурсами.

– В смысле, маг влияния? – их величество повернулся набок и подставил кулачок под голову. Простыня на его бедрах умоляла, чтобы я ее стянула, но Эльиньо Третий звонко хлопнул меня по кисти.

7
{"b":"799114","o":1}