Литмир - Электронная Библиотека

– Да!

Елисей улыбался до ушей. Еще бы! Сегодня вечером он будет выступать перед зрителями!

– Вот и отлично. Значит, с этим вопросом мы все решили.

Борис Леонидович тоже улыбнулся, ему нравилось, как он легко и просто решает любую проблему и гасит любой скандал в самом зародыше.

– А мы с тобой, друг мой Сеня, пойдем сейчас да кофейку выпьем. И пока мальчик своих животных убирает, приятно проведем время. Надеюсь, полчаса хватит, чтобы у твоих верблюдов не было бы стресса от запаха хищников?

– Кофе можно выпить, – согласился дядя Сеня. – С бутербродами?

– Если уговорим Люсю открыть холодильник, то и с бутербродами.

И они ушли. Конфликт был исчерпан. И Сашеньке даже смешно стало, что вчера она всерьез думала, что можно убить из-за такой ерунды. Вот уж правду говорят, что утро вечера мудренее. При свете дня вчерашние страхи казались глупостями.

Елисей принялся выпроваживать диких кошек с манежа. И Сашенька снова обратила внимание на то, как четко у него это получается. Животные слушались его с полуслова. Иногда Елисею не нужно было им даже ничего говорить, они сами все понимали по одному его взгляду.

– Пожалуй, что у Олега так даже и не получалось.

– Пойдем к Елисею, поговорим с ним.

Они нашли Елисея возле клетки с Чингизом. Тот лежал на полу, прикрыв глаза. Рядом с ним стояла миска с кормом, но зверь к нему даже не притронулся.

– Чего это с ним? – удивился Тимошка. – Заболел?

– Переживает. До полуночи метался по клетке, действие препарата сказывалось. Рычал, на прутья кидался, а потом затих и уснул. Сегодня утром проснулся, я всех кошек на репетицию увел, а его оставил. Видели бы вы, что с ним было. Он сначала к решетке подбежал, на меня смотрит, спрашивает, что происходит. А потом вспомнил! И прямо как стукнули его. В угол забился, сидит, трясется, морда виноватая. До сих пор в себя прийти не может. Я уж ему и еды дал, и поговорил с ним, но он все равно в себя еще не пришел.

– Ты так говоришь про животное, словно он все понимает.

– Все верно, – кивнул Елисей. – Так и есть. Они все понимают.

– Домашние, возможно, но дикие – нет.

– Чингиз уж в каком поколении домашний, вернее, цирковой. Никто из его предков никогда в дикой природе не жил. И его родители, и дед с бабкой – все в цирках или зоопарках работали. Да вы сами сейчас все поймете.

И отвернувшись от леопарда, Елисей громким голосом произнес:

– Вот и не знаю, что мне делать с этим Чингизом. Если он сейчас не поест, то и выступать он сегодня вечером точно не будет!

Не прошло и минуты, как из клетки раздались чавкающие звуки. Чингиз утратил свою отрешенность и уничтожал содержимое своей миски.

– Чингиз у нас работяга. Для него главное в жизни – это работа.

– А что же тогда вчера случилось на выступлении?

– Я вам скажу, – кивнул Елисей. – Я знаю, что случилось. Если бы я только раньше все понял! Несчастья можно было бы избежать! Но я же думал, что тот человек и впрямь врач, ну, то есть ветеринар.

– Что ты имеешь в виду?

– Вчера в три часа дня, когда Олега еще не было, он как раз уехал к Светлане, пришел какой-то мужчина. Сказал, что он ветеринар и должен осмотреть животных перед выступлением. Ну, я позвонил Олегу, тот подтвердил, что в курсе и что ветеринар должен был прийти. Я краем глаза наблюдал, что там врач со зверюгами делает. И мне показалось, что он Чингизу что-то вколол. Ну, я пошел спросить, что за прививка или он витамины колет, а врач сказал, что мне показалось, он лишь взял мазок. И сразу после этого он ушел. Чингиз выглядел и вел себя нормально, так что я не волновался.

– И что?

– А то, что, когда с Олегом все это случилось, мы с ребятами стали думать, и они вспомнили, что тот мужик приходил. Я им сказал, что это был ветеринар, а они меня на смех подняли. Оказывается, никакой это был не ветеринар, а совсем посторонний мужик. Но я-то откуда мог знать? Ветеринары приходили, трое их, два мужика и одна тетечка. Они в соседнем здании работают, там ветеринарка, которая наших животных обслуживает. Ну, я и подумал, те трое, а этот четвертый. Мне же Олег сам сказал, что ветеринар должен прийти.

– То есть этот ветеринар, который приходил, был совсем не ветеринар?

– В том-то и дело! Чужой человек! Мы Кузьме Ивановичу – нашему ветеринару – позвонили, и он сказал, что Олег вызов делал, но в тот же день сам же этот вызов и отменил.

– Довольно странно. И почему отменил?

– Что-то насчет того, что сейчас он в другом месте и не успевает по времени вернуться в цирк. Да разве же это повод? Я и сам мог бы ветеринара принять. Олегу и не обязательно было присутствовать, мог бы дальше отдыхать, где ему там отдыхается. И он это прекрасно знал.

– Кстати, а что это за Светлана, к которой ездил Олег?

– Жена это его.

– Какая еще жена? – встрепенулся Тимошка. – Откуда взялась?

– Откуда-то взялась. Откуда у других жены берутся? Оттуда и у него.

– Врешь! Все знают, что Олег на Ленке женат.

– Ленка – это так, ассистентка в номере. Может, Олег бы и не против на Лене жениться, только другая жена у него есть – Светлана. Он сам мне это сказал.

Вот это был номер! Никто не ожидал подобного поворота событий. И хуже всего было то, что этот поворот вновь подводил подозрения к семье канатоходцев и эквилибристов Озеровых. Ведь если дрессировщик диких кошек сманил их Леночку из семейного номера, обещая ей золотые горы и честную свадьбу, а предоставил ей лишь унизительную роль простой ассистентки, то получалось, что фактически Олег обманул девушку. Воспользовался ее доверчивостью в своих гнусных целях.

И если про этот обман стало известно кому-нибудь из братьев девушки или даже ее отцу, то это автоматически ставило всю семью Тимошки на почетное первое место в числе подозреваемых в покушении на жизнь Олега.

Глава 4

Разбирательство сыщики-любители решили продолжить у ветеринаров. Благо что идти до них было всего ничего. Клиника находилась в соседнем здании и занималась обслуживанием четвероногих цирковых артистов. Как раз сейчас в приемной сидел длиннохвостый попугай ара, который при виде них взмахнул своими шикарными крыльями и сделал кувырок на обруче. Сашенька завистливо посмотрела на него, вот бы Яго тоже научить такому трюку. Можно было бы развлекать гостей, да и самим иной раз позабавиться не помешает.

– А в каком возрасте был твой попугай, когда научился так ловко кувыркаться? – спросила она у девушки, которую приняла за свою ровесницу.

Та повернула к ней лицо, и Сашенька от изумления ахнула. Если со спины женщину можно было принять за девочку, то сейчас сразу же стало понятно, что она уже весьма и весьма в возрасте. Худенькое личико было испещрено глубокими морщинами. Но яркие и выразительные глаза смотрели молодо.

– Детка, этот попугай со мной уже почти двадцать лет. И он всегда, как только оказался в моих руках, уже умел выделывать нечто эдакое. Он прирожденный артист, поэтому мне его и отдали. Бывшие хозяева сказали, что просто не могут держать его у себя. Такой талант должны видеть миллионы. Когда мы с ним выходим на арену, я даже никогда до конца не знаю, что именно он сегодня отмочит из своих трюков. Зрители думают, что это я его всему научила, но на деле он вытворяет то, что захочет только он сам.

– Надо же! – восхитилась Сашенька. – Какой молодец!

Попугай сообразил, что речь идет о нем и что его хвалят. Он тут же поднял когтистую лапку и протянул ее Сашеньке, словно ожидая угощения.

– Ой, а у меня ничего нет. Разве что шоколадка.

Дрессировщица сказала, что шоколад попугаю нельзя, потому что он вообще чувствует себя последнее время неважно.

– Не знаю, что с ним такое, с ума он сошел, наверное, на старости лет. Вчера мы даже не смогли с ним выступить. Перед выступлением он неожиданно накинулся на меня, клевал, бил крыльями и рассадил мне в итоге большой палец почти до кости.

Палец у нее и впрямь был забинтован. И вся рука оказалась расцарапана.

8
{"b":"875158","o":1}