Литмир - Электронная Библиотека

Наталия Борисовна Ипатова

Приключение продолжается

Пролог. О СЕНЕ

Под крылом летящего в сером ноябрьском небе дракона стремительно сменялись пейзажи: окруженные живыми изгородями опустевшие пашни, игрушечные домики деревень с дымками над желтыми соломенными и красными черепичными крышами, городки с чистенькими площадями и шумными ярмарками, простиравшиеся, казалось, до самого горизонта массивы лесов и похожие на торчащие из земли метлы верхушки деревьев в рощах, потерявших листву, быстрые проблески воды в тоненьких ниточках рек и озерца, как осколки разбитого зеркала. По земле неслись тени облаков и, почти неотличимая от них, с ними вместе мчалась причудливая тень дракона.

Время от времени дракон оглядывался, пытаясь бросить взгляд на основание собственной шеи, туда, откуда доносились смех, веселая возня и звуки поцелуев.

В данный момент взрыв смеха прервал обстоятельные рассуждения растрепанного рыжего существа. Изнемогая от хохота, оно продолжило самым серьезным тоном:

— …но, право же, достаточно и самого обычного стога сена. Сверчок, скажи, пожалуйста, там бывают стога сена?

— Леди, — отвечал дракон, носивший столь странное имя, — в Волшебной Стране среди прочей нечисти попадаются иногда и люди. А там, где живут люди, непременно есть сено. И хотя я не вижу причины заготавливать впрок сухую траву там, где стоит вечное лето, стога мне попадались не раз и не два.

— Соломой еще крыши кроют, — вставил спутник девушки, крепко обнимавший ее талию и, судя по всему, предназначенный на заклание в том самом пресловутом стогу.

— Так что, моя прекрасная дама, — с комической серьезностью заявил дракон, — если там есть хотя бы один стог, я вам его предоставлю. Но должен предупредить: вы вряд ли сможете немедленно использовать его так, как вам того хочется сейчас.

— Это еще почему? — подозрительно спросила девушка.

— Вы будете просто не в состоянии, — пояснил дракон, не вдаваясь в подробности.

— Ты смотри у меня, — для порядка в легкой тревоге пригрозила леди, теряя интерес к транспортному средству и вновь возвращаясь к прежнему упоительному занятию.

Дракон ухмыльнулся и заложил крутой вираж. За время длительного полета он успел соскучиться и пытался развлечь себя, как мог. Пара потерявших бдительность седоков разразилась гневными упреками, особенно часто поминая драконий нос и способы обращения с ним.

— Проверка! — защищался устрашенный дракон, чей розовый бархатный нос был, по-видимому, единственным уязвимым местом на покрытом броней теле. — Имейте совесть, это же драконья шея, а не зеленый лужок. Во время перехода болтанка будет куда круче. Вот оно, держитесь! Санди, держись за гребень!

Спутник девушки что было сил вцепился в растопыренный драконий гребень, девушка обвила его шею руками и зажмурилась, полностью доверив свою жизнь крепости его рук и нервов. Но он не закрыл глаз. Напротив, он не мог оторвать их от просвета в облаках, куда устремился дракон.

Они летели сейчас над горной грядой; вершины ее заснеженных пиков, словно зубы, кусали небо за брюхо; утреннее солнце вставало за скалами, окрашивая их, преломляющих его лучи, в самые немыслимые цвета. Та щель в облаках, бывшая целью дракона, светилась радугами, закручивавшимися по спирали, и чем ближе, тем нестерпимей, тем ярче разгоралась эта спираль.

— Держитесь! — еще раз крикнул Сверчок, чье полное имя звучало как Сверкающий Подобно Чаше Из Лунного Серебра. Он поднялся немного выше своей цели, сложил крылья и ринулся вниз, в самый центр спирали, пронзив ее, как тяжелое серебряное веретено, как стрела-"бычий глаз" мишени.

— Домой! — восторженно ревел он. — Домой!

1. О ПРАВАХ ЕДИНОРОГОВ

Солнышко катилось к западу, ну, или в ту сторону, где оно обычно прячется на ночь в Волшебной Стране, а поскольку никто никогда не задавался вопросом, насколько движение светила в сказке соответствует реальной астрономии, то для сохранения аналогий пусть стороны света остаются там, где им по обыкновению и положено быть. К вечеру поднялся легкий приятный ветерок, унесший прочь всех комаров, взвившихся над тихой заводью, в которую разливался ручей, чей серебристый шепоток слышался чуть выше, в отделяющем полянку от рощи кустарнике, вплотную подходившем к воде.

Издали двое, лежавшие на берегу, казались бездыханными. Но если бы любопытный некто подошел поближе, он счел бы их спящими и, обладая тактом, поспешил бы удалиться. На самом же деле это не было и сном. Юноша и девушка, прилетевшие на драконе, Александр и Саския — Санди и Сэсс, — лежали на изумрудной шелковистой траве Волшебной Страны в глубоком обмороке, явившемся последствием Перехода.

Первым пришел в себя юноша. Упираясь руками в землю, он с трудом поднял голову, обвел глазами незнакомую местность, не таившую в себе, как ему показалось, ничего угрожающего, и решительным усилием перевернулся на спину. Постепенно взгляд его прояснился, мысли пришли в порядок, и он приподнялся на локте, ища глазами спутницу.

Она лежала рядом, разметав волосы и юбки, дышала ровно, как спящая, и румянец уже вернулся на ее позолоченные загаром щечки, а губы алели сонной улыбкой. Во время Перехода она потеряла свои деревянные башмаки, босые ножки трогательно выглядывали из-под коричневой юбки, шнурки корсажа были распущены, сорочка соскользнула, открыв хрупкое плечо и тонкую мускулистую руку. В игре вечерних теней она уже казалась не тем, чем была на самом деле когда-то не здесь, не деревенской девчонкой, а заколдованной Спящей Красавицей. Санди захотелось прикоснуться к ней, но ему почему-то боязно было потревожить ее, и его противоречия разрешились тем, что он провел ладонью над ее плечом в полудюйме над кожей, и улыбнулся, вспоминая, когда и как был развязан каждый из этих шнурков.

Не открывая глаз, она потянулась, метко брыкнула ножкой с безукоризненно оттянутым носком, отгоняя муху, отважившуюся потревожить царственную безмятежность ее сна, и промурлыкала что-то невнятное, где он разобрал только свое имя. Ну что ж, видно, пришла пора будить Спящую Красавицу.

— Добрый вечер, Сэсс, — прошептал он, склоняясь к ее румяным губам, смешивая дыхание и волосы.

Легкое покашливание смутило его и заставило отпрянуть. Сэсс, по-видимому, уже несколько минут просто симулировавшая обморок, вскинула голову. Глаза ее испуганно расширились, но она тут же овладела собой, сообразив, насколько смешной и нелепой была бы сейчас возня со шнурками в попытках скрыть то, что и так все видели. Нарочито медленным жестом она натянула сорочку на плечо, позволяя стоявшему рядом на коленях Санди обнимать себя за талию.

Их окружали несколько человек, самый рослый из которых вряд ли превышал четыре фута. За плечами их были короткие луки и кованые колчаны, украшенные чеканкой изумительно тонкой работы, а опирались они на недлинные копья, судя по всему, с серебряными наконечниками. Но, несмотря на все это вооружение, ни у Санди, ни у Сэсс они не вызвали тревоги: отчасти потому, что в позах их не было ничего угрожающего или зловещего, а отчасти и потому, что выражением лиц они походили на серьезных и печальных детей. Все как один, они были одеты в зеленые, неровно окрашенные туники, позволявшие, как догадался Санди, им, застывая в неподвижности, мгновенно сливаться с трепещущей в солнечных лучах листвой.

— Эльфы! — прошептала Сэсс.

— Наконец мы нашли вас, миледи, — почтительно сказал тот, что был повыше прочих и стоял к ней поближе. — Какое счастье вновь видеть вас после стольких лет разлуки!

— Ничего не понимаю, — сказала Сэсс. — Я никогда не видела эльфов и… и вообще… я только что прилетела очень издалека. Вы меня с кем-то перепутали.

Предводитель Зеленой дружины грустно улыбнулся.

— Вас не было шестнадцать лет, миледи. Мы искали вас повсюду, но поиски наши были тщетны. Одно лишь утешало нас в наших страданиях в разлуке с вами — мы знали, что вы живы, и лелеяли надежду на ваше возвращение. Сегодняшний день будет записан в нашу Историю как самый счастливый для эльфов за последние шестнадцать лет. Этот день мы назовем днем Второго Обретения.

1
{"b":"12554","o":1}