Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Факт, что меры, принятые для обуздания критиков, вызвали недовольство в рядах сотрудников ЦРУ, переживающего новый кризис. В Лэнгли многие упрекали Госса за то, что он не смог более твердо защитить исторические прерогативы ЦРУ.

Определенное равновесие наступит после перестановки фигур в высших эшелонах аппарата национальной безопасности. В мае 2006 года Госс, который так и не смог найти своего места в ЦРУ, как и в правительстве, первым покинет свой пост. На его место будет назначен генерал Хайден. Обогащенный опытом, приобретенным за тринадцать месяцев работы заместителем директора национальной разведки, он вдохнет «дух» новых реформ в Лэнгли и поставит ЦРУ на новые рельсы. «Я снова введу традицию, которой сможет гордиться ЦРУ, — готовности идти на риск и ощущать свое превосходство… И я внушу новую ментальность», — заявил Хайден, выступая перед сенатом.

Несколько месяцев спустя, в декабре 2006 года, после того как американская армия потерпела несколько серьезных неудач в Ираке и Афганистане, Буш решает освободиться от Рамсфельда, человека, символизирующего войну в Ираке: ее проект, ее скандалы и поражения. На его место назначен Роберт Гейтс, бывший директор ЦРУ. Наконец, весной 2007 года слишком дипломатичный Негропонте уступит свой пост профессионалу разведки — вице-адмиралу Джону Макконнеллу, бывшему директору Агентства национальной безопасности.

Назначение этих трех человек, которые поддерживали между собой хорошие отношения, позволит снизить напряжение между ЦРУ и администрацией Буша и заверить, что каждый институт будет концентрироваться на своих прерогативах или занимать свое новое положение.

В этот период, когда Америка вовлечена в несколько конфликтов и может готовиться к участию в других, появление этого трио символизирует, что управление американской разведкой находится в руках военных. Но эти трое должны руководить сражениями не только в Багдаде, Кабуле или с джихадистами. Понадобилось несколько лет прежде, чем травма, нанесенная 11 сентября, несколько смягчилась, но американская демократия снова берет свои права. А пресса — свою роль сторожевого пса по отношению к американской разведке, чьи полномочия были значительно расширены после 2001 года. Шаг за шагом пресса начинает вскрывать многочисленные темные стороны деятельности разведки как в США, так и за границей. Она обсуждает угрозы, которые несут эти новые полномочия свободе личности и правам человека.

Один из болезненных моментов касается того, как ЦРУ обращается с заключенными. В ноябре 2005 года «Вашингтон пост» выявила существование международной сети секретных тюрем, где сотрудники ЦРУ допрашивали заключенных, причастных к террористической деятельности. Минуя судебное разбирательство, эти пленные переводились в центры заключения, расположенные, в частности, в «странах Восточной Европы». Как уточнила «Вашингтон пост» несколько недель спустя, они также передавались в распоряжение других служб разведки, чьи методы позволяли развязать языки самым непокорным.

Существование этих секретных тюрем было подтверждено Бушем в сентябре 2006 года. По этому случаю четырнадцать заключенных были переданы из рук ЦРУ военным. Среди них были Халед Шейх Мохаммед и Абу Зубейда, два наиболее близких помощника бен Ладена. Джордж Тенет, который осуществил эту программу секретных тюрем, объяснял, что после кампании в Афганистане «проблема пленных стала критической. Большинство участников движения Талибан и членов Аль-Каиды, оказавшиеся в плену, содержались в военных тюрьмах. Но количество и качество получаемых разведданных было разочаровывающим… Или пленные мало чего знали, или они были слишком хорошо обучены не выдавать своих важных секретов». Таков был случай с Зубейда, кто после «изоляции» в секретной тюрьме ЦРУ «сообщил, в конце концов, массу информации», позволившей «спасти сотни жизней», заявил Тенет. И в заключение он заверил, что «наиболее агрессивные методы допросов, проводимых сотрудниками ЦРУ, были применены лишь к горстке самых ярых террористов планеты».

Возможно. Как бы то ни было, агрессивные методы допросов — это «эвфемизм для пыток, проводимых во имя получения информации», заключила комиссия по расследованию Совета Европы в июне 2007 года. Докладчик комиссии, швейцарец Дик Марти, объясняет, что люди, переведенные в эти тюрьмы, часто содержались обнаженными в камерах одиночного заключения в тяжелейших условиях, где температуру доводили до экстремальных уровней: «…то было настолько жарко, что невозможно дышать, то температуру снижали до нуля». Марти добавил, что Зубейда содержался в тюрьме ЦРУ на территории Польши. Он осудил некоторые европейские правительства за то, что они поддержали, в более или менее явной форме, подобные методы: «Мы должны навсегда покончить с настроением администрации Буша, по существу, заявившего, что если для нас незаконно использовать подобные методы на нашей территории, переведем их за пределы, чтобы не быть ответственными».

Статья в «Вашингтон пост» и расследования Дика Марти подняли волну возмущения в Европе: в Германии, Испании, Италии, Португалии и частично во Франции. Некоторые европейские судьи даже потребовали заслушать десятки офицеров ЦРУ.

В рамках борьбы с терроризмом после 11 сентября значительно расширилось сотрудничество между службами разведки. Но постепенно начала проявляться и обратная сторона этого сотрудничества. Это затрагивало взаимоотношения разведок и руководителей государств, а также общественное мнение, особенно в Европе. Хайден справедливо заметил, что «взаимоотношения с иностранными разведслужбами — очень деликатная проблема, которую надо решать с большой осторожностью и вниманием, даже если это является для меня приоритетом… Так как международный терроризм не может быть побежден без интернационального сотрудничества».

В Соединенных Штатах развернулись ожесточенные дебаты по этому поводу. Американцы законно требовали защиты от терроризма. Но какой ценой? «Бесполезно мне напоминать о необходимости вербовать людей, владеющих арабским языком, — вежливо объяснял директор ЦРУ, обращаясь к конгрессу. — То, в чем я действительно нуждаюсь и чего жду от вас, — это чтобы вы обсудили с другими конгрессменами и определили, где находится грань между свободой и безопасностью».

Проблема ставится в новых терминах, но вопрос старый. От ответа на него зависит частично имидж ЦРУ в будущем.

Заключение

Что такое ЦРУ?

Определения не затрагивают сущности служб разведки. Считается, что они информируют тех, кто принимает решения, помогая им в этом. Печать секретности скрывает их действия, которые тем не менее очень разнообразны: всё то, что правительства предпочитают осуществлять в тени, а не на виду у общества. Их действия варьируются в зависимости от ситуации, угроз, государств, а также доверия к своим спецслужбам. В действительности спецслужбы представляют простор для секретных маневров, на который государства любят рассчитывать.

Хотя разведслужбы имеют много общего, каждая из них носит свои характерные черты, такие как определенный стиль в работе, в мышлении и способах реагирования, которые отражают историю и культуру их стран. В Соединенных Штатах придают большое значение службам разведки и возлагают на них большие надежды. По историческим причинам особая роль отводится ЦРУ. Это гордость, но в то же время и бремя, одновременно источник власти и многочисленных проблем.

Американцы создали ЦРУ на свой вкус, но эта организация, в свою очередь, оказала на них сильное влияние. Она оставляет неизгладимый след в политической и культурной истории Соединенных Штатов. Конгресс был очень озабочен тем, чтобы создать учреждение «вне политики», каким, возможно, оно никогда не смогло бы стать. И если президенты хотели с его помощью изменить мир, то ЦРУ, в свою очередь, трансформировало Белый дом. Он никогда не будет больше таким, как прежде, после создания Центрального разведывательного управления.

Спусковым механизмом послужила атака на Пёрл-Харбор. Удивление, шок положили конец твердому убеждению, согласно которому американцы должны и могли бы оставаться в стороне от «европейских войн», короче говоря, от всех конфликтов за пределами их страны. Внутри страны неограниченные ресурсы. Ощущение самодостаточности носило лишь материальный характер, так как Соединенные Штаты были созданы эмигрантами, за которыми последовали эмигрантские волны из многих стран. Эта генеалогия привела к тому, что американцы стали носителями культуры мышления, которую они считали «универсальной», что приняло для них неблагоприятный оборот, когда нужно было понять других. На востоке и на западе два океана. Нет конкурентов ни на севере, ни на юге континента. У Соединенных Штатов никогда не было необходимости заботиться о национальной безопасности, поэтому их армия была «экспедиционной» по своей природе.

81
{"b":"145555","o":1}