Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Ирина Лунгу

Дочь Тьмы

Пролог

Она — древняя вампирша, воин Тьмы, что испокон веков сражаются против Ванаторов — древнейших, как и сами вампиры, истребителей вурдалаков. Он — командир отряда Ночных охотников — сын клана Станов, древнейшей румынской семьи Истребителей вампиров. Они встретились, чтобы понять, что они не могут оставаться врагами, потому что любовь между двумя Воинами противостоящих кланов вполне реальна. А вот будет ли она иметь право на существование, решат только двое.

…Я Воин Тьмы, клянусь, что мой путь, каким бы трудным он ни был, будет освещён победой, что как яркий луч проходит по всей моей дороге. Вперёд, навстречу свету и вкушению победы…

…Я Ночной охотник, клянусь, что мой путь, каким бы трудным он ни был, будет освещён ненавистью к кровожадным, и ненависть будет согревать меня предвкушением победы…

Глава 1 Охота

Я бежала только вперёд, неслышно касаясь земли ногами, обутыми в высокие сапоги, убегала от преследования Ванаторов, слыша позади себя их хриплое дыхание и приглушённые ругательства. Это вызывало у меня лишь мимолётную усмешку. Я — дочь Стефана Константина, бессмертная, вставшая на путь, на котором нет друзей — только враги. Те, которые так безумны и бесстрашны в своём безумии, что мчатся за мной в ловушку, которая ждёт их через несколько сотен метров.

В воздухе просвистела металлическая звезда, и я бросилась влево, как в замедленной съёмке наблюдая, как сюррикен пролетает в нескольких сантиметрах от меня и в ту же секунду горячая боль обожгла мою левую руку, впиваясь в плоть миллионом беспощадных осколков. Чёртов Даниэль, это может быть только он. Тот Охотник, за которым мой клан гоняется уже несколько лет и которого сегодня решили заманить в ловушку при помощи сильнейшей своей дочери — Александры Константин.

Я чуть пригнулась, не сбавляя скорости, и ещё один сюррикен пролетел прямо надо мной, чудом не зацепив меня в полёте. Ничего, Дэн, совсем скоро я покажу тебе, что значит напасть на вампиршу — голодную до крови и страданий Охотников. Подавив в себе желание развернуться и атаковать группу преследователей, я мчалась вперёд, делая огромные скачки и попутно уворачиваясь от летящего в меня оружия. Не хотелось рисковать победой, хотя так хочется развернуться, помчаться назад, слыша, как сзади трепещется на ветру чёрный кожаный плащ, а из специальных прорезей в рукавах плаща выдвигаются длинные мечи, которые в моих руках станут самым страшным оружием.

Дэн будет сражаться до последнего, я знаю его. Мы встречались пару раз, издалека бросив друг на друга испепеляющие взгляды и разойдясь миром, когда старейшины решали наши судьбы и оба раза отменяли схватки, которые так горячо грели душу ощущением близкого кровопролития. И всё равно, Дэн неизменно выходил на Охоту. Поговаривали, что его целью была я — самый завидный трофей среди Ванаторов. Тот трофей, который им не удалось ни разу заполучить за долгих полторы тысячи лет. Одни охотники сменялись другими, сколько таких Дэнов выходило на выслеживание ночами, знает только вечная спутница ночи — Луна. Но ни один из них с таким упорством не желал получить именно меня. Что же, сегодня пришёл черёд показать ему, что его охоте пришёл конец. А жаль, это было даже забавным.

— Анджеу, Габриэль, Матей, — крикнула я на ходу, взлетая на крыши гаражей, где меня тут же прикрыл Флорин, вставший передо мной и поигрывающий двумя кинжалами в свете луны. И с трёх сторон к моим преследователям метнулись три едва различимые тени. Даниэль ещё продолжал своё движение вперёд и я, наконец, смогла разглядеть его лицо лучше. Тонкая полоска едва заметного шрама на левой щеке, квадратный подбородок и устремлённый вперёд взгляд, в котором читались только ярость и ненависть. Он мчался вперёд, понимая, что я ускользнула, видя, что его Охотникам приходится трудно сражаться с моими Воинами. И почти игнорируя Анджеу, который встал на его пути подобно каменному изваянию. Ему нужна была я, и эта необходимость превышала всё: опасность быть убитым, опасность потерять отряд.

Анджеу сделал совершенно незаметное движение, молниеносно вытаскивая из сапога тонкую и длинную иглу, которая вот-вот должна была пробить грудную клетку Дэна, добираясь до сердца и заканчивая с его смертной жизнью, и шагнул в сторону, совершенно не ожидая, что Дэн незаметно увернётся и встанет перед ним, выхватывая сюррикен и бросая его в Анджеу. Дальнейшее происходило как в кино: три невыносимо красивых схватки, в которых блеск стали едва различим: так быстро одно движение сменяется другим. И всё равно мой взгляд бы прикован к Дэну, против которого встал один из сильнейших моих воинов. Он двигался грациозно и быстро, ловко отбиваясь от атак Анджеу, и успевая нанести ему ранения. Они кружили друг напротив друга, то делая выпад вперёд, то отступая на несколько шагов, и я впервые в жизни поняла, что восхищена Охотником. Тем Охотником, которого ненавидела несколько лет. Когда в замок приносили моих мёртвых братьев и сестёр и слышались голоса предводителей клана: «Их убил отряд Стана».

Он двигался так уверенно, что я невольно залюбовалась им, выглядывая из-за спины Флорина, который отчаянно хотел оказаться внизу, чтобы помочь своим братьям. Я видела это по играющим на его щеках желвакам, и горящим глазам, которые буквально вцепились в Дэна и Анджеу. Охотник, сражающийся с Матеем, негромко вскрикнул и рухнул на землю, и в тот же момент, Матей взмахнул мечом, оканчивая его недолгую земную жизнь. Матей развернулся, неловко шагая в сторону Габриэля — самого младшего моего воина, которому приходилось труднее всех. Он был молод и горяч, но, к сожалению, ещё плохо обучен, и в тот момент, когда Охотник, коротко взмахнув кинжалом, нанёс ему страшную рану, я пожалела о том, что он уговорил меня взять его с собой. Матей, медленно переступая, шагнул к ним, замахиваясь мечом и нанося последнее ранение Охотнику, который погубил Габриэля, и тут же подхватил падающее тело Воина Тьмы, осев на землю под его весом. Им всем пришлось несладко, но они знали, на что шли. Мой взгляд снова метнулся к Дэну и Анджеу, которого Охотник сейчас притеснял, шагая к гаражам и нанося всё новые ранения, абсолютно не следя за теми ранами, которые получал сам.

— Ну, уж нет, — прорычал Флорин и, пренебрегая приказом, спрыгнул вниз, устремляясь в сторону дерущихся.

Я стояла не в силах пошевелиться, наблюдая, как Дэн, развернувшись в сторону нового врага, начинает отбивать его атаки, которые по силе превосходили атаки Анджеу в разы, потому что Флорин был самым сильным Воином-мужчиной в клане. Анджеу, немного передохнув, снова шагнул в сторону Дэна и Флорина и занёс руку для удара. Раздался звук удара, хруст и в воздух взметнулись брызги крови из рассечённой губы Дэна. И всё равно, быстро стерев кровь с лица, он развернулся в сторону Анджеу, нанося ему новый удар и пропуская атаку Флорина. Это было восхитительно — такая грация, сила, умение драться. Внутри меня, застывшей на самом краю крыши, эмоции били через край, и я поймала себя на мысли, что я не хочу смерти этого великолепного Охотника. Краем глаза заметив, как Матей неловко поднимается с земли и шагает в сторону дерущихся, очевидно намереваясь помочь Воинам, я поняла, что не могу больше оставаться в стороне.

Мой крик: «Стойте!» — разорвал тишину, но никто не отреагировал. Анджеу и Флорин продолжали прижимать Дэна к стенам гаража, и Охотник понимал, что это его последний бой. И всё равно, он так яростно отбивался от атак Воинов, как будто решил продать свою жизнь подороже. Я выхватила нож и метнула его в плечо Флорина, который как раз занёс меч для последнего удара, и в то же время молниеносно спрыгнула вниз, устремляясь к Воинам и Охотнику. Дэн бросил на меня пронзительный взгляд ярко-голубых глаз и тут же сжал челюсть, очевидно, решив, что я и прикончу его теперь. Через несколько бесконечно долгих мгновений, Анджеу сделал последний выпад в сторону Дэна, намереваясь проткнуть его сердце стальной иглой, и я, втиснувшись среди дерущихся, широко раскинула руки, вставая перед Дэном, поворачиваясь к своим Воинам лицом и, презрев всякую опасность со стороны стоящего позади Дэна, крикнула:

1
{"b":"151408","o":1}