Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Я поднимаюсь по ступеням, держа голову Раймера под мышкой, но наверху оборачиваюсь и бросаю последний взгляд на логово притворщика, вообразившего себя королем вампиров перед цыпочками-готами. Ну и бедлам! Хорошо, что убираться здесь придется не мне.

Это не первый фальшивый вампир на моем пути, но, должна признаться, это лучший из всех жуликов. Девчонки-готы хотели первоклассное чудовище, и он дал им то, к чему они стремились, вплоть до подходящей обстановки в заброшенной церкви, люка в полу и театральных трюков. А они купились на его уловки, поскольку ощущали себя особенными и, что более важно, ощущали себя живыми. Бедные глупышки. Они видят только черную кожу, любовные укусы и безвкусные дешевые побрякушки; они стремятся к вечной молодости и красоте и хотят, чтобы никто не смел их обидеть.

Как бы не так.

А что до Раймера, так он хотел этого не меньше, чем готы. Он всю жизнь восхищался чудовищами; он надеялся, что искреннее подражание проклятым существам или волшебным образом превратит его в их подобие, или его действия со временем привлекут внимание порождений ночи, которым он так искренне поклонялся. Так и произошло. Я, принадлежащая к их роду, явилась к нему во всей красе.

Но вряд ли Раймер все эти годы мечтал о такой кровожадной соблазнительнице. Не мог же он знать, что его трюки привлекут внимание не просто вампира, а убийцы вампиров.

Видите ли, мое нежеланное и уникальное превращение оградило меня от многого: от старения, от любви, от сознания жизни. И в отместку за трансформацию, осуществленную против моей воли, я десятки лет отрицала свою чудовищную сущность; я пыталась — хоть и напрасно — не замечать Другого, завладевшего темной половиной моей души. Тем не менее у меня осталась одна радость, в которой я не в силах себе отказать. Убийство вампиров.

И тех, кто может в них превратиться.

К тому времени, когда я поднимаюсь в церковь, утро уже в самом разгаре. На побеленных стенах расцвели красные, зеленые и голубые пятна от разноцветных стекол. Я отхожу на пару шагов и, размахнувшись, швыряю голову Раймера в витраж с Божьим агнцем.

За широкими двойными дверями церкви птицы на деревьях славят утро своими веселыми песнями. Бродячая собака со свалявшейся шерстью и выступающими ребрами уже вынюхивает в высокой траве упавшую голову Раймера. Она ощетинилась и зарычала, завидев меня, но вскоре прижимает уши и прячет хвост между задними лапами, а потом поспешно ретируется. Собаки умные создания. Они знают, что принадлежит этому миру, а что — нет. А люди этого не понимают.

По моему разумению, эта ночь выдалась неудачной. Если уж я выхожу на охоту, я предпочитаю настоящую добычу, а не фальшивых хищников. Все же хотелось бы понаблюдать за лицами поклонников Раймера, когда они увидят, что случилось с их «повелителем». Это было бы забавно.

Никто не может обвинить меня в отсутствии чувства юмора.

СТОРМ КОНСТАНТАЙН

В его вкусе

Сторм Константайн живет в Центральной Англии со своим мужем Джимом и девятью кошками. Она является автором многочисленных рассказов и семнадцати романов, которые сочетают в себе черты жанров научной фантастики, хоррора и фэнтези; она также участвовала в написании популярных книг о египетских богинях-кошках и эзотерической психологии.

Среди ее последних работ — роман «Серебряное сердце» («Silverheart»), написанный совместно с Майклом Муркоком, и трилогия в жанре фэнтези «Хроники Магравандиаса» (Мадгavandias Chronicles), второй том которой. «Корона безмолвия» («The Crown of Silence»), был опубликован в 2000 году.

«Когда я собирала материал для романа „Неуловимая добыча“ („Stalking Tender Prey“), — вспоминает писательница, — сюжет которого основан на легенде о падших ангелах, мне вдруг пришло в голову, что поверья о вампирах могли появиться из того же источника.

Библейское сказание о падших ангелах произошло от более ранних шумерских мифов, которые, в свою очередь, уходят корнями в далекое прошлое. Возникает соблазн предположить, что эти крылатые существа имеют прототип — реально существовавший народ из плоти и крови, шаманов-стервятников. Во время ритуалов они привязывали к спине крылья грифов — отсюда ангельские крылья. Остатки птичьих крыльев были найдены в пещерах на Ближнем Востоке вместе с костями и ритуальными предметами. Падшим ангелам приписывали привычку пить кровь людей и животных, что также могло быть частью шаманского обряда. Этот аспект мифа оказался некстати в „Неуловимой добыче“, и я с радостью воспользовалась возможностью написать на его основе рассказ для этой антологии».

Все произошло потому, что она была как раз в его вкусе. Она сидела в конце душного общего зала в пабе, не отрывая от него взгляда, и приковывала к себе его внимание — без всяких видимых усилий. Очевидно, она была высокого роста — голова ее поднималась над головами соседей. Одета она была в черное; руки сложены на коленях.

Она пришла послушать знаменитого историка и писателя Ноя Джонсона. И он обнаружил, что читает лекцию только для нее. Он знал текст «Вампиров в легендах и истории» наизусть, он рассказывал этот материал бесчисленное множество раз. Ной постоянно совершенствовал содержание, но оно, в сущности, оставалось прежним: цветистым, но не слишком смелым. Он рассказывал посетителям не все. Он знал, как угодить смешанной аудитории.

Регулярные собрания «Загадок истории» проходили успешно. Он устраивал их раз в две недели в верхней комнате местного паба «Утка и ружье», и сейчас их постоянно посещали около пятидесяти человек. Иногда некоторым приходилось отказывать. Несколько лишних людей — и атмосфера в помещении становилась удушающей. Ной затеял эти лекции ради денег в то время, когда доходы оскудевали; непостоянство денежных поступлений — оборотная сторона жизни любого писателя. Но начинание пользовалось таким успехом, что он запланировал еще несколько собраний, на этот раз на свежем воздухе, поскольку близилось лето. Саре это понравилось бы. Но нельзя о ней сейчас думать. Она больше не является частью его жизни.

Друг и помощник Ноя, Гэри, погасил свет, готовясь к презентации. Кое-кто из слушателей обмахивался листами с тезисами, которые Эбби, подружка Гэри, перед началом лекции разложила на стульях. Окна были открыты, но в зале все равно не хватало воздуха.

Одна за другой на экране мелькали иллюстрации: картинки из древних текстов, фотографии, сделанные самим Ноем в отдаленных уголках Восточной Европы. Некоторые из них были включены в его бестселлер «Поиски носферату».[23] Этот предмет больше не интересовал его: он свое дело сделал, с этим было покончено, но публика по-прежнему была жадна до подобных вещей. Ной обратился к новой теме и сейчас проводил исследования для очередной книги о легендарных обитателях далеких островов у берегов Шотландии и их загадочных древних постройках.

Когда снова зажегся свет, взгляд Ноя немедленно обратился к девушке в заднем ряду. Он почти ожидал увидеть, что она ушла. Но нет, судьба не пожелала быть к нему благосклонной — девушка сидела на месте, прямо, безмятежно, глядя на Ноя из-под полуопущенных век; на губах ее играла легкая улыбка.

Он начал отвечать на вопросы, но сегодня ему хотелось побыстрее покончить со всем этим. Если кто-то жаждет поделиться своим мнением — а обычно они делились, особенно старожилы, — можно продолжить внизу, в баре. Он перебил какую-то женщину:

— Послушайте, здесь стало слишком жарко. Перейдем вниз?

Большинство слушателей собирались домой, но те, кто считал себя ядром его группы, обычно оставались в баре до закрытия. Было всего девять вечера.

Люди начали подниматься, явно не меньше оратора желая выбраться из душного помещения. Женщина, которую Ной перебил, выглядела уныло и почему-то смущенно.

Гэри и Эбби начали наводить порядок, собирать упавшие бумажки, упаковывать проектор.

— Хороший сбор сегодня, — заметил Гэри.

вернуться

23

Носферату (nosferatu) — в литературе о вампирах якобы румынское слово, означающее «вампир»; впервые появилось в произведениях шотландской писательницы Эмили Джерард (Emily Gerard, 1849–1905). В действительности в румынском языке такого слова не существует, и происхождение его неясно.

36
{"b":"188726","o":1}