Литмир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Содержание  
A
A

Эта работа велась в тесном контакте с органами военной прокуратуры, следователи которой, как и следователи территориальных органов прокуратуры тоже трудились с большим напряжением. В одном «служебном отзыве» того времени на исполняющего обязанности старшего военного следователя И. С. Шрайбер отмечалось, что «с мая 1943 года по октябрь она закончила 64 дела на 79 человек или в среднем 12,8 дела в месяц…самостоятельно разыскала и задержала в октябре трех дезертиров».

Правда, не все офицеры военных прокуратур дожили до Дня Победы – 278 человек не вернулись домой…

Уже в начале 1943 года аппарат республиканской прокуратуры возвратился в очищенные от фашистских захватчиков районы Ворошиловградской области. По мере продвижения советских войск на запад прокуратура перебазировалась в районы Харьковской области, а в конце августа 1943 года – ив Харьков.

В марте 1943 года Руденко был присвоен классный чин государственного советника юстиции 3-го класса, а 23 июня того же года он становится прокурором Украинской ССР, сменив Л. И. Яченина. Спустя еще четыре дня Руденко становится государственным советником юстиции 2-го класса, что соответствовало тогда воинскому званию генерал-лейтенанта.

Забот у молодого руководителя прокуратуры крупнейшей советской республики, серьезно пострадавшей от фашистского нашествия, было предостаточно. Он лично возглавил работу по расследованию фактов злодеяний, бесчинства и террора, устроенных на украинской земле против ее мирных жителей нацистами.

Собранный по этому вопросу огромный документальный материал немедленно передавался в созданную Правительством СССР Чрезвычайную государственную комиссию.

Незадолго до освобождения Киева, 4 октября 1943 года, Руденко своим приказом создал специальную группу, перед которой поставил предельно четкую задачу.

В его приказе говорилось: «1. Группе войти в Киев в день его освобождения.

2. Под руководством и при содействии партийных и советских органов обеспечить соблюдение в нем социалистической законности и советского правопорядка».

Член особой оперативной группы прокуроров К. Н. Гавинский вспоминал: «Весь месяц группа находилась в первом эшелоне войск фронта, поддерживая связь с командованием воинских частей. Наконец наступило долгожданное 6 ноября 1943 года, когда Красная армия освободила столицу Украины. В тот день, оставив позади пылающую в огне Дарницу, наша группа вышла к Днепру. Нашли лодку без весел и поплыли по течению, подгребая к правому берегу обломком доски. Нас снесло к разрушенному мосту. По его фермам добрались до берега. Среди руин Крещатика шла узкая тропа. По безлюдным улицам, промокшие и озябшие, но бесконечно счастливые, мы вышли на площадь Калинина…

На следующий же день мы приступили к делу. Прежде всего установили связь с прибывающими в город партийными и советскими работниками. Каждый из нас, возглавив одну из прокуратур района, обязан был немедленно организовать ее деятельность».

10 ноября 1943 года Руденко приехал в освобожденный Киев. Перед работниками прокуратуры он поставил предельно конкретные задачи, связанные с обеспечением в городе и области надлежащего правопорядка. С января 1944 года прокуратура вновь начала постоянно работать в столице Украине.

Гавинский рассказывал автору книги, что Роман Андреевич проявил тогда большие организаторские способности и умение работать в экстремальных условиях. Был очень доступным для общения руководителем и исключительно трудоспособным человеком. Все вопросы решал быстро, четко и профессионально.

Но кроме работы, конечно, были и другие тревоги. Как и миллионы советских граждан, Роман Андреевич терзался мыслями о своих близких, которых война разметала по стране, о судьбе которых он ничего не знал. О том, что он тогда пережил, дает представление письмо прокурора города Нежина Коробко, написанное в 1943 году в ответ на просьбу Руденко узнать что-то о судьбе его родителей:

«Уважаемый Роман Андреевич!

Согласно Вашей просьбе в отношении выяснения положения ваших родителей сообщаю вам следующее.

Проверкой на месте помощником прокурора города Нежина тов. Кечевой установлено:

Ваш отец и мать в селе не проживают, а ушли в город Киев к своему сыну Николаю, ушли примерно весной в 1943 году.

Ваш отец мадьярами был ранен, но, по рассказам жителей, был излечен, после чего ушел в город Киев.

Сестра Ваша Нина в настоящее время проживает в хуторе Подгойно, до прихода Красной Армии со всей семьей находилась в партизанских отрядах.

Два Ваших брата также были в партизанском отряде, а в настоящее время выехали в город Чернигов.

Все имущество Ваших родителей и надворные постройки сожжены мадьярами.

Это все то, что можно было установить».

Сегодня трудно себе представить, что испытывал Руденко, читая эти не слишком грамотные строки, написанные от руки. Видимо, в Нежинской прокуратуре тогда и пишущих машинок не было…

Но, несмотря ни на что, надо было исполнять свои обязанности.

В начале 1944 года на освобожденной территории Украины уже действовала 321 районная прокуратура. Для оказания помощи в организации и налаживании работы сотрудники аппарата прокуратуры республики сотни раз выезжали в районы. Часто бывал на местах и Роман Андреевич.

В одной из характеристик Руденко этого периода сказано:

«Будучи прокурором УССР, товарищ Руденко в сложных условиях работы в освобожденных от оккупации районах сумел правильно организовать прокурорскую и следственную работу периферии. Органы прокуратуры УССР в специфических условиях прифронтовой обстановки активно способствовали правительственным органам и военному командованию в выполнении сложных и серьезных задач, стоящих перед ними в деле использования сил и средств для разгрома врага, восстановления народного хозяйства, ликвидации последствий оккупации».

И далее отмечается, что Руденко «своевременно и правильно ориентировал периферийные органы прокуратуры на разоблачение изменников Родины, их сообщников и дезертиров, на организацию надзора за соблюдением социалистической законности, охрану соцсобственности».

Заместитель Прокурора СССР Каховский, подписавший характеристику, говорил, что Руденко «принципиален, настойчив, во взаимоотношениях с работниками выдержан, требователен к себе и подчиненным». Подчеркивались также «оперативность Руденко, его постоянное стремление, несмотря на условия военного времени, к повышению своей квалификации».

Следует заметить, что сразу же после окончания высших курсов и юридической школы Роман Андреевич поступил в экстернат Московского юридического института, чтобы самостоятельно подготовиться к государственным экзаменам, однако закончить его и получить высшее образование ему не довелось.

В начале марта 1944 года состоялась первая, после освобождения основной территории республики, сессия Верховного Совета Украины, посвященная задачам восстановления народного хозяйства республики. На этой сессии выступил и Руденко.

Работавший тогда в центральном аппарате Прокуратуры Украины (впоследствии прокурор республики) Ф. К. Глух так описал свои впечатления:

«В тот период времени Руденко все больше и больше внимания уделял улучшению организации работы во всех звеньях органов прокуратуры, усилению контроля за положением дел на местах, что в условиях неукомплектованности штатов имело решающее значение для обеспечения активной и целеустремленной прокурорско-следственной деятельности.

Сошлюсь на такие данные. В течение апреля – декабря 1944 года, например, работниками центрального аппарата по указанию прокурора УССР было проведено 44 проверки состояния работы в областных прокуратурах по наиболее актуальным вопросам. Были проведены республиканские совещания начальников следственных отделов областных прокуратур, отделов по надзору за органами милиции, гражданско-судебных и других отделов. Руководил их работой и выступал на них Р. А. Руденко.

Он использовал буквально все совещания, любые встречи с работниками, чтобы подчеркнуть важность повышения уровня организации и требовательности за выполнение служебных обязанностей, подчеркивая при этом, что „районные прокуратуры должны быть в центре внимания".

15
{"b":"218828","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца