Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

На пути попался валун. Лёк присел на него, отвязал кисет и, прежде чем закурить, полюбовался на красную книжку.

«Гм! Смотри, смотри, как прилепился Лёк к этой бумаге!» — удивленно проговорил он, разглядывая свою фотокарточку.

Он долго смотрел на нее и вспомнил Молодцова, который сделал ее. Этот юноша хотел снять кита. Он не понимает еще, что кита снимать нельзя. Потому что кит все-таки не человек. Кит не может понять того, что понимает человек. И Лось хорошо это знает, он согласился с Лёком, что нельзя снимать кита. Хо! Он понимающий человек, этот Лось.

Лёк вытянул руку с билетом и издали посмотрел еще на свою фотокарточку.

«Правильно сделал, с одним глазом», — оценил он работу радиста.

Глава десятая

Как только закончилась конференция, Ярак спешно выехал в Лорен. Ему нужно было срочно упаковать пушнину, так как пароход находился уже в пути. Эту новость о пароходе сообщил радист Молодцов, который с помощью мотора и натянутых вверху проволочек знал все, что делалось на белом свете. Удивительный это человек — Молодцов! Даже Лось и тот выспрашивал у него новости. Конечно, без новостей человеку жить нельзя.

Снег уже растаял, и нарта скользила по мокрой тундре. Упряжка шла медленно.

Покрикивая на собак, Ярак думал о белых людях. Ярак считал себя знатоком белых людей и, кроме того, многоязычным, так как разговаривал не только по-чукотски, но и по-американски и по-русски. Но и он не мог понять, почему так не похожи друг на друга русские и американцы. Я поступки их и обычаи разные, и к народу русские относятся не так, как американцы. Совсем разные, хотя и белые люди.

Ярак вспомнил всю свою жизнь: как отверженным мальчиком — носителем злого духа — он попал к Чарли Красному Носу; как Чарли отдавал его на все лето капитану американского китобойного парохода за десять ящиков патронов. Тогда не было удивительно, что работал на китобойце Ярак, а патроны забирал Чарли Красный Нос. Только теперь понятно стало, что Чарли был неправильный человек. А капитаны-китобои? Сколько людей с побережья забирали они на китовый промысел! И женщин и девушек! Американские люди хотели не только промышлять, но заодно и веселиться с женщинами. Они просто забирали их, хотя, конечно, не мешало бы спросить об этом мужей и отцов.

О! Никто так не знал жизнь и обычаи белых людей, как знал Ярак. Американцы хорошо наловчились приказывать, махая руками то туда, то сюда, и покрикивали на охотников, как наездник на собак.

Люди с побережья за свою работу по разделке китов получали только корм, который они сами же и добывали. «Вот это жизнь! — думали люди. — На палубе корабля можно было есть китовое мясо сколько хочешь!» Мяса действительно было так много, что все равно его приходилось бросать в море. Американцы не особенно любили запах китового мяса и жира: они предпочитали есть пищу из железных банок. От кита они забирали только ус да копались в его желудке, разыскивая какую-то амбру.[42] И когда ее находили, веселился не только один капитан. Все. Да, Яраку казалось, что он хорошо знает их жизнь. И только теперь Ярак ясно увидел, что он совсем не знал американцев.

Вспомнив, как Чарли Красный Нос тащил его за ногу от Мэри, Ярак улыбнулся. Тогда он покорно ушел из железного дома. Что же! Надо было подчиняться обычаям белого человека. С белым человеком не будешь шутить. Чарли был владельцем товаров, к нему приходили капитаны-друзья. Чарли совсем не ездил по побережью: все ездили к нему. Он говорил только о песцах.

Русские на празднике большого говоренья сказали, что люди все равны: и эскимосы, и чукчи, и русские. Все люди: и белые, и черные, и желтые. Что же? Пожалуй, это правда. Гм… Конечно, нелегко разобраться в новых обычаях. Поди попробуй понять все сразу. Жохов тоже русский. Но он похож на американца: любит разговаривать криком.

И, вспомнив секретное сообщение Лося о том, что на смену Жохову едет другой, правильный человек, Ярак преисполнился гордости оттого, что он один знает этот секрет. Конечно, Жохов сам не хочет уезжать отсюда, но поедет. Так сказал Лось.

Всю дорогу Ярак размышлял о белых людях.

На склоне горы мелькнули яранги стойбища Лорен. Ярак прикрикнул на собак и подъехал к факторийному дому. Его встретил Жохов.

— Ну, как дела, делегат? — насмешливо спросил он. — Заходи ко мне, расскажешь.

Они вошли в комнату, и Жохов поставил на стол бутылку водки.

— Придется угостить тебя огненной водой. Ведь мы с тобой торговые товарищи.

Ярак очень удивился доброте Жохова и, как ни трудно было ему отказаться от такого угощения, все же сказал, почесав затылок:

— Не надо… Мэри сердиться будет. Придется и ей рассказывать новости.

— Расскажешь. — И Жохов налил две стопки водки.

Ярак вздохнул, глядя на стопку, вытащил из кармана красную книжечку и сказал:

— В артель коммунистов записался. Вот она.

— В коммунисты? — удивился Жохов. — Ну-ка, дай я посмотрю.

— Нет. Вот так, издали смотри.

— Брось дурака валять! Дай-ка я посмотрю, — протягивая руку, строго сказал Жохов.

— Нет. Тебе не надо смотреть. — И Ярак спрятал свой членский билет.

Жохов выпил стопку водки и, подняв глаза на Ярака, презрительно сказал:

— Какой ты коммунист? Голову только тебе морочат зря. Что ты понимаешь в этом деле?

— Это правда, немножко мало еще я понимаю, но Лось сказал, что я потом все пойму.

Жохов, полез вилкой в банку и. Вытащив пикуль, молча стал грызть его.

— Жохов, — сказал Ярак, — я знаю новость: скоро придет пароход. Надо скорей пушнину заложить в мешки.

— Гм!.. Коммунист?! — покачивая головой, сказал Жохов. — Ну, так о чем же там был разговор?

— Я пойду домой. Надо скорей посмотреть сына да торопиться пушнину упаковать.

Ярак зашел в свою комнату и, склонившись над кроваткой спящего сына, с улыбкой прикоснулся пальцем к щеке Андрея. Ребенок открыл глаза.

— Как Чарли, ты лежишь в кровати. Круглые какие у тебя глаза! Ишь ты! — сказал Ярак.

Ребенок надул щеки и заплакал.

— Плачешь? Зачем ты плачешь? Вот смотри. — И Ярак, вынув партийный билет, замахал красной книжечкой перед самым носом Андрея. — Видишь, какая книжка завелась у нас? Ты знаешь, что это за книжка? О, это такая книжка! С такой книжкой плакать нельзя.

В окно Ярак увидел, как бежала домой Мэри в белом халате и с красным крестом на косынке. Вслед за ней медленно шла Рультына.

Ярак спрятался в гардероб, прикрыв за собой дверку.

Мэри вошла в комнату и бросилась к сыну. Она взяла его на руки и, высоко подняв, спросила:

— А где отец?

Рультына, войдя, удивленно сказала:

— Собаки лежат у дома, а Ярака не видно. Где он?

Открылась дверца гардероба, и Ярак вышел на середину комнаты, широко улыбаясь.

Все засмеялись.

Когда сели за стол, Ярак рассказал новости о празднике большого говоренья.

— Пароход скоро придет. Надо поторопиться уложить пушнину в мешки.

— Какой богатый Лось! Сколько у него пушнины! — сказала Рультына.

— Тут надо разобраться, чья это пушнина, — задумчиво проговорил Ярак. — А разобраться не очень-то легко. На празднике большого говоренья сказали, что это пушнина государства.

— Кто такой Государства? Белый человек? — спросила Рультына.

— Нет. Государство — народ. Ты, я, Мэри, доктор, учитель. Лось — все. Много, много людей! Вот чья пушнина. По правде говоря, это трудно понять. Но только… это не одного Лося пушнина.

Рультына и Мэри удивленно смотрели на Ярака.

Он позвал Рультыну в склад, крикнул еще двух парней и стал укладывать песцовые и лисьи шкурки по пятьдесят хвостов в каждый мешок. Жохов подвешивал на мешки железные пломбы-замки.

Глава одиннадцатая

Стоял яркий, солнечный день. Голубое прозрачное небо отражалось в спокойном море. На горизонте еще не было видно парохода, но все население стойбища Лорен уже находилось в том приятном возбуждении, которое охватывает людей Севера, когда вдали над морем струится дымок. Ребятишки исступленно кричали:

вернуться

42

Смолистое бурое вещество встречается не у каждого кита. Употребляется при изготовлении дорогих духов. Амбра не издает запаха, но обладает способностью сохранять на длительное время другие запахи.

101
{"b":"275014","o":1}