Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Мы лучше телевизор. — решил Дукалис, которому очень понравился подвешенный под потолок и забранный решеткой черно-белый «Горизонт». Особенно оперативник радовался, когда показывали интервью с госчиновниками, выступавшими словно из обезьянника.

Дукалис подумал, что ему то же самое надо сделать и у себя дома, однако вспомнил, что свой телевизор он пропил три года назад, денег на приобретение нового не было, и «убойщик» несколько погрустнел.

* * *

Сидящий в последнем ряду наркоман, по ошибке привезенный вместе с тремя гегемонами-бухариками из гостиницы «Крестьянин», где те громили ресторан на первом этаже, и втихаря выкуривший жирный косячок из мелко нарубленного сушеного сельдерея, принятого им за разновидность индийской конопли, встал со своего места и поднял руку.

— Да? — обрадовался лектор, ожидая вопроса по существу.

— Я сказку написал. Про зверей. Там про дятла тоже есть.

— Н-ну…, — стушевался лектор. — Давайте послушаем…

ГЛАВА 8

ПЛЕСНИТЕ ПОРТВЕШКА В ГРАНЁНЫЙ МРАК СТАКАНА…

Торчок пробрался к сцене, взобрался на трибуну и, раскачиваясь, словно китайский болванчик, принялся декламировать родившийся под влиянием сельдерея текст:

— "Зверская жизнь", сказка с моралью… Медведь был безобразным, косолапым и грязным животным. Однако добрее его не было никого во всем лесу. Hо звери замечали только его внешность, на что медведь жутко обижался, ловил их и жестоко избивал ногами. Поэтому звери его не любили. Хотя он был очень добрым… И веселым… Он любил задорные шутки. За эти шутки звери его скоро жутко возненавидели и били. Да, трудно быть на свете добрым и веселым… Волк был тоже безобразным и грязным. И еще он был очень злым и жестоким. Hо звери не испытывали к нему ненависти и не били. Потому что волк умер еще в раннем детстве. Потому что медведь родился раньше волка. Да, хорошо, когда добро побеждает зло… Заяц тоже был злым и жестоким. И грязным. И еще он был трусливым. Гадостей заяц никому никогда не делал. Потому, что боялся. Hо его все равно били. Потому, что зло всегда должно быть наказано… И дятел тоже был злым и жестоким…

При слове «дятел» лектор напрягся.

— Он не бил зверей, потому, что у него не было рук. Поэтому он вымещал свою злость на деревьях. Его не били. Потому что не могли дотянуться. Однажды его придавило насмерть упавшее дерево. Поговаривали, что оно отомстило. После этого звери целый месяц боялись мочиться на деревья. Они мочились на зайца. Заяц простудился и умер. Всем было ясно, что во всем был виноват дятел. Hо его не тронули. Поскольку не смогли выковырять из-под упавшего дерева. Да, зло иногда остается безнаказанным… Крот был маленьким и слепым. Он не был злым. Он просто хорошо делал свое дело. Это он подкопал дерево, которое упало на дятла. Об этом никто не узнал, и поэтому его не избили. Его вообще били редко. Чаще пугали. Hо его было очень трудно испугать, потому что он был слепой и не видел, что его пугают. Когда не удавалось испугать крота, звери очень огорчались. И били медведя. Потому, что им было очень обидно. Однажды медведь тоже захотел испугать крота. Hо крот не испугался. Потому что медведь его убил… Hечаянно… Просто медведь был очень неуклюжим. И звери его за это очень сильно избили. Даже несмотря на то, что медведь сказал, что пошутил. Плохо, когда твои шутки никто не понимает… Лиса была очень хитрой. Она могла запросто обхитрить кого угодно. Когда ей это удавалось, то ее не били. Hо иногда ей не везло. И ее били. Били всем лесом. И она уже не могла кого-нибудь обхитрить. Потому что очень трудно кого-нибудь обхитрить, когда тебя бьют… Однажды ее избили до смерти… Кабан был большой, сильный и страшный. Его все очень боялись. И поэтому его били только всем лесом. Или просто кидали в него камнями. Кабан этого очень не любил. И однажды ночью он спрятал все камни в лесу. За это его очень сильно избили. Больше кабан никогда не прятал камни. Воистину говорят — время собирать камни и время их не трогать никогда… Козел не был ни злым, ни добрым. Он был просто козел. Он часто козлил. И его боялись бить. И он своим козловством всех достал. И тогда его избили до смерти. Потому что иначе он бы умер от старости. Когда-нибудь… Когда козел умер, медведь сильно плакал. Потому что он втайне любил козла. Да, любовь зла, полюбишь и козла…

С задних рядов послышался чей-то придушенный вопль «А за козла ответишь!» и звуки нескольких тупых ударов.

Персонал вытрезвителя быстро пресекал потасовки между собравшимися.

Наркоман осекся, но тут же взял себя в руки:

— Ежик был маленький и колючий. Он кололся. Он не был злым, он кололся по своей природе. Из-за этого его били только в живот. Ежик этого не любил и стал бриться наголо. И тогда его стали бить как всех. Да, очень трудно быть не таким как все… Скунс был почти таким, как заяц. Hо только очень вонючим. Он плохо пах. Его били только в полиэтиленовом пакете. Тогда запах был не такой сильный. Однажды у скунса был день рождения. Он пригласил всех зверей, потому что был жадным и любил подарки. И звери подарили ему новый полиэтиленовый пакет. И сильно избили. До потери сознания. И скунс задохнулся в пакете. Так его и похоронили. В пакете. В очень дальнем лесу. Потому что мертвый скунс вонял еще сильнее… Потом пришли жители очень дальнего леса и всех сильно избили. Им не понравился запах мертвого скунса. Да, с соседями надо жить в мире… Хомяк был тоже очень жадным. И богатым. Если бы он делился своим богатством, его бы били не так сильно. Hо он был очень жадным. За это его били сильно. И ему все равно приходилось делиться. И он горько плакал. Да, богатые тоже плачут… Лев был царь зверей. Он правил лесом. Царей бить не положено. Это закон. Hо звери давно забили на закон… Звери били и льва. Hи за что. Потому, что так уж здесь повелось. Вот…

Мартышкин, уснувший под заунывный голос наркомана, с присвистом захрапел.

* * *

После того как водка была выпита, в бутылку залита вода в точном соответствии с объемом исчезнувшей жидкости и опера вывалились в коридор, приободрившемуся Плахову на ум пришла гениальная идея переодеться в яркую куртку капитана Ларина, сиротливо поджидающую своего хозяина на вешалке в углу, и побродить в таком виде по двору под окнами кабинета Петренко.

А Казанова должен был заглянуть типа «по делу» к подполковнику, «невзначай» выглянуть во двор и «увидеть» спешащего куда-то Ларина, о чем незамедлительно сообщить Мухомору, продемонстрировав тому живое «вещественное доказательство» путем совместного наблюдения из окна.

Благо Плахов был одного роста с пропавшим капитаном, рожа такая же испитая, и издалека их вполне можно было перепутать.

Сказано — сделано.

Наряженный в желто-синюю куртку старлей отправился во двор, а Казанова, пожевав кофейное зерно, лавровый лист и табак из «беломорины», дабы хоть как-то отбить запах «огненной воды», зашел к подполковнику.

Спектакль прошел на «ура».

Мухомор едва не выбил стекло, узрев наглого «Ларина», деловито пробежавшего из одного конца двора в другой, затем обратно, и так три раза.

— Вот, видите, товарищ подполковник? — Казанова приплясывал рядом с Петренко и старался дышать в сторону. — Никуда Андрюха не исчезал… Видать, с «глухарьком» возится. Ну, вы помните, месяц назад, когда бизнесмена замочили… И Васю дежурные видели, он утром забегал, — По пути в кабинет начальника РУВД капитан договорился за бутылку пива с дружбаном-сержантом, что тот подтвердит присутствие Рогова в восемь тридцать утра, за четверть часа до прихода Мухомора. — Так что всё путем.

— А что он туда-сюда мечется? — От беготни «Ларина» у подполковника зарябило в глазах.

— Греется, — нашелся Казанцев. — На улице такой дубак!

— Почему в отдел не заходит? — В голосе Петренко возникло подозрение.

— Видать, ждет кого-то. Он говорил, что у него тут поблизости «барабан» живет…

— А-а, работа с агентурой. — Мухомор успокоился. — Это правильно. В свое время у каждого сотрудника был целый штат агентов. Вот, например, у меня…— Подполковник осекся и закашлялся. — Всё, иди, работай…

17
{"b":"6075","o":1}