Литмир - Электронная Библиотека
A
A

— Постой, мы не закончили.

— Да отвали ты.

Я права старался соблюдать этот чертов план, но парень вывел меня. Кулак врезается в его нос, и, мне кажется, я слышал, как что-то хрустнуло.

— Какого хрена?

— Тебя спокойно просили отдать препарат за назначенную сумму, но ты отказался и сам вырыл себе могилу.

Ещё один удар в район носа, и он теряет равновесие. Сплюснув кровь, он принимает положение сидя и смотрит на Джоша.

— Ты нарушил самое главное правило, — ещё раз сплёвывает он, — Никому не говорить о нас, теперь тебе точно не видать товара.

Он пытается полнятся, но я окончательно теряю весь здравый смысл и валю его обратно на землю.

— Джош обыщи его машину, вот ключи, — подымаю я их с земли.

Кивнув, он скрывается за углом заброшенного здания.

— Ну что, теперь мы остались одни, — скалюсь я.

— Какой приятный сюрприз, — язвит он.

— Какого это быть таким ублюдком?

— Это я должен у тебя спросить, — снова пытается подняться он.

Но я снова обрубаю его попытки нанеся удар ногой по его рукам, с помощью которых он вставал. Он кричит и хватается за правую руку.

— Как можно просить такую сумму и семьи, которая никогда не располагала такими деньгами?

Следующий удар приходит в область печени.

— Как можно спокойно жить, когда жизнь человека, жизнь маленькой девочки зависит от тебя?

Он лежит и смотрит прямо на меня, в его взгляде нет ни боли, ни сочувствия, ни чертовой вины. Это бесит меня ещё больше, я оказываюсь над ним и наношу пару ударов кулаками в область головы. Он старается их блокировать, но один все же пропускает.

— Не поверишь, легко, я живу так же, как и ты. Просыпаюсь, ем, занимаюсь своими делами, — он опускает руки вдоль туловища, — Общаюсь со своей семьей и друзьями, хожу в магазины и наслаждаюсь жизнью.

Я слушаю его и мне становится противно. Такие люди не люди совсем, человечности в таких людях нет, да она и не появится никогда. Когда я случайно на машине сбил птицу, пролетавшую мимо, во мне было больше сожаления чем в нем. Я подымаюсь и поворачиваюсь к нему спиной.

— Такие как ты должны гореть в аду.

Надеюсь, Джош нашёл препарат, и я могу закончить с этим уродом.

— Чего притих? — оборачиваюсь я.

— А сейчас без резких движений, — направляет он на меня дуло пистолета.

Я медленно поворачиваюсь к нему лицом.

— Убьешь меня?

— Твой друг нарушил правило, ты не должен был знать о нас.

— Давай, стреляй, тебе все равно совесть не будет мучать. Сделай это как можно быстрее и можешь проваливать.

На моем лице и мускул не дернулся, в таких ситуациях я умею сохранять спокойствие.

— Нет, это будет слишком просто.

Я приподымаю бровь. Он открывает рот чтобы что-то сказать, но на его телефон раздаётся звонок. Он все ещё наплавляет дуло на меня, но в момент, когда он достаёт телефон из кармана, он опускает голову, и я выбираю пистолет из его руки. Я накидываюсь на него и начинаю наносить удар за ударом.

Я не знаю, как и куда я его бил, я потерял над собой контроль. В какой-то момент перед глазами рассеивается тьма, и я и понимаю, что он лежит без сознания.

— Твою мать! — кричит Джош.

Я поднимаю голову и вижу бегущего ко мне друга. Опустив голову и снова взглянув на человека, который сейчас лежит без сознания, я не почувствовал ни жалости, ни сочувствия. И именно это ещё сильнее вывело меня из себя, я ничем не был лучше его.

— О Боже! — прошептал друг.

Нащупав пульс на его шее, он вздохнул.

— Жив.

Я отошёл от его тела и попытался взять себя в руки.

— Я нашёл лекарство, мы можем ехать.

— А как же он? — я снова посмотрел на то, что наделал.

— Он заслужил это.

И я полностью согласен с Джошем. Этот урод заслужил такого обращения с собой, возможно именно поэтому во мне не было ни капли сожаления.

На подъезде к городу мимо нас пронеслись две машины полиции и машина скорой помощи. Кто-то нашёл его. Разъехавшись с Джошем, я свернул в свой район и включил радио.

— А сейчас срочные новости, в районе Пятого Авеню горит один из частных домов. Информации о пострадавших пока нет, но соседи сообщают, что в нем проходила очередная вечеринка, — раздаётся из динамиков.

Не заострив на этом внимания на набираю номер Анаис, но она не отвечает. Набираю номер повторно и снова слышу гудки. Собираюсь написать сообщение, как на экране отображается имя Клэя.

— Да, что-то срочное?

— Дэвид, они не выбрались из дома, — тараторит друг.

— Кто они? Из какого дома?

— Анаис и Мария. Дом Рика горит, вокруг есть все кроме них. Я не видел, чтобы они выходили.

Услышав это все внутрикостной скручивает в тугой узел. Я сбрасываю вызов, разворачиваюсь на двойной сплошной и несусь к ним. Я не замечаю ничего вокруг себя, в голове крутится одна единственная мысль. Я должен найти их. Не помню за какое время я добрался о дома Рика, но, когда я вышел из машины вокруг было много людей, пожарные и полицейские. Воют сирены, людей отводят подальше от горящего дома. Кто-то кричит, у кого-то истерика, но я никак не могу найти их. Недолго думая, я прорываюсь сквозь толпу и пожарников, слышу крики полицейских с просьбой зайти за ограничительную линию, но я должен найти их.

— Анаис! — кричу я, — Мария!

Но в ответ тишина.

Иду на место, где мы обычно сидим, но там тоже никого. Я снова начинаю звать их, но в ответ снова тишина. Я не знаю куда бежать, но что-то тянет меня на второй этаж и именно туда я следую. Проходя все комнаты мимо, я иду сразу в дальнюю. Открываю дверь и огромный клуб едкого дыма заставляет меня отвернуться. Натянув футболку на середину лица, я вхожу в комнату. И то, что я вижу разрывает мое сердце. Анаис лежит без сознания на полу, а Мария на кровати с разорванной одеждой. К горлу подкатывает тошнота, но я беру себя в руки. Взяв Марию на руки, я стараюсь поднять Анаис и это удаётся мне, но не с первой попытки. Голова начинает кружиться, и тело становится расслабленным, но я выхожу из комнаты с ними на руках, а затем и из дома.

Увидев меня с девушками без сознания на руках, медики скорой помощи, которые только приехали, устремляются ко мне с носилками. На них сразу надевают кислородные маски, загружают в машины и увозят в больницу. Я прошу врачам позвонить их родителям, и взглянув на них в последний раз, сажусь в машину и еду в место, где я могу найти ещё одного урода.

Он оказался там, где я и думал, разговора у нас не получилось, да я и не планировал. Я нанёс ему пару ударов, но обещал вернуться и закончиться ним. Сейчас я должен быть рядом с девочками.

Ворвавшись в поликлинику, я сразу же увидел своих родителей. Мама плакала на взрыв, а отец успокаивал ее, еле сдерживая слезы. Родители Анаис были в таком же состоянии. Врач что-то говорил им и когда он закончил, я решил не расспрашивать родителей, а обратится сразу к доктору.

— Извините…

— Мистер Дженк.

— Мистер Дженк, можете сказать мне о состоянии девушек, которых недавно привезли. Я брат одной из них.

— Да, конечно, — он открывает медицинскую карту, — У обоих девушек отравление угарным газом и переломы рёбер. У мисс Холл сотрясение, а мисс Геррера, — он откашливается, — после первого скорого осмотра мы предполагаем, что ее изнасиловали. Сейчас врачи ещё осматривают их, так что это не конечные диагнозы. А сейчас простите мне нужно идти.

Он посылает мне улыбку, в которой маскирует поддержку, сочувствие и самое главное дарит надежду. Он уходит, а я остаюсь стоять на месте, дыхание перехватывает, а к глазам подкатывают слёзы.

Он заплатит за это.

Глава 38

Возвращаться в прошлое как я и предполагал было ужасно. Напоминать себе и тем более им детали того дня было отвратительно, но другого решения у меня не было. Я обязан был раскрыть им самую главную тайну. В их глазах стояли слезы, и я не знаю по какой причине так как их миллион.

— Я на протяжение трех дней вообще не отходил от вашей палаты. Но видя состояние мамы, я решил хотя бы ночью появляться дома. Я обещал себе, что пока вы не очнетесь, я буду рядом.

86
{"b":"701360","o":1}