Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Воронов Владимир

Отродье. Охота на Смерть

Любовь — это, когда вдвоём занимаешься магией!

(с) Жвачка "Love is…", 95 г.

Пролог

Наталье Фёдоровне снился кошмар.

Муж, дочь и внук Серёжа развешивали в саду у дачного домика выстиранное бельё. Они весело перекидывались шутками, смеялись, а она стояла в стороне и сколько не пыталась с ними заговорить — ничего из этого не получалось. Отчаявшись из-за того, что самые любимые люди смотрят сквозь неё, проходят мимо, не обращая никакого внимания, Наталья Фёдоровна закричала: "Я здесь! Посмотрите на меня! Я не виновата, что осталась жива!!!". Муж и дочь замерли, грустно обернувшись в её сторону, а пятилетний Серёжа испуганно спрятался за материнскую юбку. Муж и дочь синхронно сказали: "Иди к нам, мы ждём тебя…". Она проснулась, бешено хватая ртом воздух. Но, как ни странно, пробуждение не принесло облегчения. Лёгким не хватало воздуха. Она снова испугалась, почувствовав, будто кто-то сидит на её груди. Не осознавая, что делает, начала махать руками, которые встречали лишь пустоту. Прохрипела: "Помогите!" — но кто поздней ночью услышит одинокую старую женщину? Тьма ещё сильнее сдавила грудь. Неожиданно она разглядела над собой два красных глаза. Иногда ей и раньше мерещилось спросонья, но почему-то теперь отчётливо стало ясно — не мерещится. Воздуха абсолютно не осталось, чтобы высказать единственный крутящийся в голове вопрос: "Кто ты?". Но красным глазам не нужны были слова, чтобы её понять. "Я — Смерть!" — раздался еле уловимый шёпот.

Наталья Фёдоровна давно хотела умереть. Постоянно говорила об этом и многочисленным восьмидесятилетним подружкам, и случайным знакомым в приёмной поликлиники, и работникам ЖЭУ, и самой себе, когда тащила в хранилище неподъёмную телегу с овощами с дачи. Она часто задавала себе вопрос: "А зачем я живу?" — и никак не могла найти ответ. Год назад даже поучаствовала в съёмках программы "Малахов +": пыталась узнать у экспертов ответ на свой вопрос, но никому до проблем пожилой женщины, как всегда, не было дела, так что на телевидение она больше не ходила. Со временем решила, что если уж живёт, то должна приносить пользу, поэтому начала прикармливать голубей, бездомных собак и брошенного в подъезде котёнка. Разбила цветник у дома. Вместе с другими старушками начала агитационную борьбу с бычками, которые тоннами выкидывали во двор нерадивые соседи. Собирала вещи для детского дома.

Иногда вечером, после любимого сериала, она задумывалась: действительно ли делает всё это бескорыстно, или просто очень боится однажды незаметно умереть так, что никто не хватится, а соседи вспомнят только дней через пять, да и то — из-за запаха.

Снова вспомнилось лицо мужа, почему-то на фотографии с надгробия. Зачем она вышла за него замуж? Наверное, потому что он был первоклассным завхозом на их комбинате. Все девчонки из бухгалтерии замирали, когда в коридоре раздавались его громкие шаги, и хихикали над его раскатистыми ругательствами на ленивых жестянщиков. Все девчонки из бухгалтерии мечтали сходить с ним на свидание. Она не мечтала, но он почему-то позвал именно её. Вот так и вышла. Любила ли она мужа? Наверное. Ведь если бы не он, не родилась бы Светка, а потом и внук Серёженька. Все трое погибли в аварии семь лет назад. Она тогда осталась дома — в холодильнике залежались огурцы, которые, чтобы не пропали, нужно было срочно замариновать, а они поехали на дачу и не доехали…

Смерть немного ослабила хватку. Красные глаза под потолком посмотрели вопросительно. Наталья Фёдоровна немного отдышалась:

— Смерть, давай завтра?

— Но мы же договорились на сегодня?

— Я понимаю, ты уж прости, но завтра у меня городской конкурс на звание образцово-показательного двора, я и Андреевне обещала…

— Ну ладно… — Смерть грустно потупилась, — а не обманешь? А то уже третий раз прихожу!

— Хм… — Наталья Фёдоровна задумалась, — видимо обману, поэтому давай, чтобы наверняка, договоримся на пятницу на той неделе?

— Хорошо…

Да, она давно хотела умереть, но почему-то в самый последний миг всегда передумывала.

Часть первая. Правила Жизни

Глава N1. Вадим

1

Вадиму мерещилось с двенадцати лет. Впервые он увидел нечто в пионерском лагере. Вместе с друзьями поздней ночью они выбрались из корпуса через окно, чтобы вдоволь накупаться в ближайшей речке. Путь к реке лежал через негустой лес, но они не искали "лёгких путей", да и попасться на глаза вожатым, которые, как и они, не спешили в постель после отбоя, не хотелось, поэтому ребята пошли не по протоптанной тропинке, а напрямик через буерак с очагами непроходимого валежника. Стояла ночь накануне дня Ивана Купалы, поэтому поджилки у пацанов мелко дрожали. Наслушавшись страшных историй от старших, они были ужасно напуганы, но храбрились друг перед другом.

— Поца, а если в натуре найдём клад? Во классно будет! Я бы себе сразу купил Сегу и картриджей штук десять! — шёпотом сказал Мишка.

— Ты дурак! В Сегу давно никто не режется, вот Нинтендо — вещь! — как всегда громче, чем следовало, отозвался Вовка-Могила, шедший первым.

Вадим в очередной раз пожалел, что они не взяли фонарик, когда налетел на его спину:

— Могила, шевелись, чё встал?

— Иду, иду…

— Космонавт, а ты бы что хапнул, если бы мы реально клад нашли?

Как-то само собой получилось, что с первых дней их третьей смены сверстники признали лидерство Вадима, стали относиться к нему уважительно, даже слушались. Ему это нравилось, потому что, положа руку на сердце, он всегда чувствовал, что умнее, расчетливее, опытнее одногодок. А прозвище Космонавт, которым он тайно гордился, прицепилось после падения с крыши девчачьего корпуса, где он разлил несколько флаконов валерьянки. Пацаны тогда хором ахнули, когда он навернулся, но Вадим (хоть и было жутко больно) не подавая вида, встал, отряхнулся и под одобрительные похлопывания по плечу, побежал прочь с места преступления. Что и говорить, этот инцидент лишь добавил его фигуре авторитета.

— Я бы взял комп — он нужнее глупых приставок… Да и игры там интереснее, — поспешно добавил Вадим, почувствовав холодок со стороны друзей.

Несколько минут ребята продвигались в полной тишине, если не считать постоянного хруста гнилых веток, ломающихся под ногами, и приглушённых ругательств, когда кто-нибудь из них обжигался невидимой крапивой. Впереди выросла очередная преграда из упавшего, почерневшего от времени дерева. Лес у лагеря рос смешанный, так что ночное небо с яркой луной кое-где проглядывало сквозь жиденькие кроны елей. Было относительно светло, но не настолько, чтобы тьма на каждом шагу не принимала жутковатых форм.

— И куда теперь? Слева овраг… Может это… завтра сходим на речку? — ещё более тихим шёпотом спросил Мишка.

— Ха, Космонавт, а Миха-то зассал! Зассал! — громкий раньше времени начавший ломаться голос Вовки чуть ли не оглушил всех троих.

— Там, кажется, кто-то есть… — серьёзно сказал Вадим, показывая в ту сторону, куда им нужно было идти.

— Гонишь! — хором отозвались пацаны.

Вряд ли они могли рассмотреть его лицо, поэтому Вадим, не скрывая, улыбнулся. Ему нравилось пугать друзей по отряду.

— Да, наверное, гоню — показалось… Пошлите, уже недалеко.

Вадим понял, что почва подготовлена. Теперь дело техники: покрасивее преподнести заранее заготовленную историю.

— Просто мне три дня назад Костян рассказал, что здесь живёт призрак безногой девочки… Вот и не по себе… — Костян был их вожатым — самым молодым из вожатых, поэтому проще всех контактировал с ребятнёй, которая любила его как старшего брата.

1
{"b":"285879","o":1}