Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Роль царя как “участника договора” предусматривала его ответственность за процветание народа. Поэтому любая катастрофа государственного масштаба автоматически означала, что правитель либо сам каким-то образом оскорбил Яхве, либо позволил сделать это своим подданным.

Вавилонский плен

Северное царство Израиль воевало с первого до последнего дня и в конце концов пало под натиском ассириян. Это случилось в 721 г. до н.э. Иудея продержалась на полтора века дольше. 15-16 марта 597 г. великий вавилонский царь Навуходоносор взял Иерусалим, захватил в плен царя Иудеи и посадил на трон свою марионетку Седекию. Законный царь Иоаким был увезен вместе со своим двором и всеми образованными людьми. Идея заключалась в том, что у оставшихся не хватит ума поднять восстание против своих новых хозяев.

В Библии приводятся разные цифры, но вероятнее всего, что в Вавилон было угнано более трех тысяч человек; об этом говорят найденные в Вавилоне клинописные таблички с записью расходов на масло и зерно для пленных, в которых получателями числятся царь Иоаким и его пятеро сыновей.

Поскольку Иоаким не был казнен, многие иудеи верили, что ему позволят вернуться и что это характеризует Навуходоносора с хорошей стороны. Впрочем, занявшая его место марионетка тоже оказалась совсем не такой послушной, как представлялось вавилонянам. Сначала Седекия следовал советам своих сторонников и не причинял хозяевам никаких трудностей, но потом вступил в союз с врагом Вавилона Египтом и попытался освободить Иудею. К несчастью, проегипетская политика его двора вызвала восстание 589 г., которое заставило Навуходоносора немедленно напасть на Иудею. В январе следующего года началась осада. Седекия знал, что на этот раз пощады ему не будет, и продержался два с половиной года. Несмотря на попытку египетской армии прогнать вавилонян, в июле 586 г. город пал. Иерусалим и его храм были полностью разрушены.

Седекию привели к Навуходоносору в пограничный город Ривлу, заставили смотреть на казнь сыновей, а потом выкололи глаза, заковали в цепи и отвезли в Вавилон. Согласно книге пророка Иеремии (52:29), из Иерусалима “было выселено восемьсот тридцать две души”.

Пленным иудеям Вавилон должен был показаться чудесным местом. Этот роскошный многонациональный город раскинулся на обоих берегах Евфрата и представлял собой правильный квадрат пятнадцать на пятнадцать миль. Греческий историк Геродот, посетивший Вавилон в пятом веке до н.э., описывал его грандиозные размеры, посыпанные гравием совершенно прямые улицы и дома в три и даже четыре этажа высотой. Сначала мы решили, что грек сильно преувеличил, но вскоре узнали, что недавние раскопки полностью подтвердили правоту его сообщения о неимоверной толщине городских стен, по которым могла проехать колесница, запряженная четверкой лошадей.

Это археологическое подкрепление утверждений Геродота убедило нас в том, что Вавилон действительно представлял собой впечатляющее зрелище. Впоследствии мы прочли, что за гигантскими городскими стенами раскинулись обширные парки и величественный царский дворец со знаменитыми “висячими садами”, которые представляли собой огромные искусственные террасы, усаженные деревьями и цветами, привезенными со всех концов мира. Там был также поражавший своей высотой зиккурат Бела - ступенчатая семиэтажная пирамида, каждый башнеобразный ярус которой был выкрашен в цвета солнца, луны и пяти планет, а на верхушке стоял храм. Несомненно, эта чудесная картина послужила источником для истории о Вавилонской башне, во время строительства которой человечество якобы лишилось возможности разговаривать на одном языке. “Ва-вил” [48] - шумерское слово, означающее “ворота бога”; эта башня позволяла вавилонским жрецам осуществлять связь между богами и Землей. Как ни удивительно, Вавилонская башня все еще существует - правда, в виде бесформенных развалин.

Должно быть, при виде Церемониального пути, который вел к огромным воротам Иштар, у иудейских пленников широко раскрылись глаза. Эта длинная улица была вымощена ярко-голубыми изразцовыми плитками с выпуклыми изображениями львов, быков и драконов. Эти животные были символами городских богов. Первейшим среди них был дракон-Мардук, затем шел бог неба Адад в виде быка, а Иштар, богиню любви и войны, символизировал лев.

Депортированным иерусалимским вельможам и священникам их новое существование должно было казаться очень странным. Очевидно, эти люди испытывали благодарность за то, что их не предали мечу, и в то же время скорбели о потере своего города и храма. Однако их город и храм не выдерживали никакого сравнения с тем, что они видели и слышали в величайшем мегаполисе Месопотамии. Это был тот же культурный шок, который испытывали евреи из маленьких европейских городков, приплывавшие в Нью-Йорк в начале двадцатого века.

Образ жизни вавилонян должен был казаться иудеям совершенно чуждым, но религиозные культы - удивительно знакомыми. Их собственные легенды египетско-ханаанского происхождения и мифы вавилонян происходили от одного древнего корня - теологии шумеров. Поэтому вскоре иудеи сумели заделать бреши в их сказаниях о сотворении мира и всемирном потопе.

Бывшие аристократы, очутившиеся на чужбине, выполняли там не слишком квалифицированную работу. Людям, привыкшим править страной, не оставалось ничего другого как раздумывать над несправедливостью судьбы. Подавляющее большинство приходило к мысли, что жизнь жестока и что нужно как-то приспосабливаться к ситуации. Значительное число иудейских семей (если не большинство) адаптировалось к жизни большого города и осталось в Вавилоне после того, как срок плена закончился.

В отличие от широко распространенного мнения, тогдашние евреи не были монотеистами. Но даже если бы они считали Яхве своим национальным богом, во время отнюдь не добровольного пребывания в Вавилоне они были бы вынуждены чтить местных богов. Выказывать уважение к богу или богам местности, в которой находишься, было благоразумно, поскольку власть божеств распространялась на определенную территорию. Зоной влияния Яхве был оставленный Иерусалим; судя по многочисленным свидетельствам, даже самые преданные почитатели за все время пребывания в плену не воздвигли ему ни одного алтаря.

В то время как одни иудеи пытались приспособиться к жизни, другие продолжали размышлять над ней. То была небольшая группа философов и священников храма Соломона, которых кто-то удачно назвал “вдохновенными людьми, привыкшими спорить с судьбой”. Общепринята точка зрения, согласно которой бОльшая часть пяти первых книг Библии была написана именно здесь, в вавилонском плену, во время страстного поиска цели существования и наследия еврейского народа. Используя сведения о начале времен, полученные от тех, кто держал их в плену, иудеи узнали, каким способом Бог создал мир и человечество, а также по частям восстановили картину дальнейших событий вроде всемирного потопа.

Писания этих иудеев были смесью обрывков точных исторических сведений, кусков недостоверных воспоминаний и племенных мифов, сплавленных воедино стремлением авторов заполнить зияющие бреши в собственной истории. Конечно, очень трудно определить, что есть что, но современные ученые научились отделять правду от вымысла с помощью анализа авторского стиля и определения степени близости стилей разных авторов. Бригады экспертов тщательно изучили эти древние тексты, но, по нашему мнению, особую ценность представляют те фрагменты, которые на первый взгляд кажутся странными. Часто именно в них кроется ключ, позволяющий установить происхождение того или иного текста.

Мы находили следы шумерского и египетского влияния в самых неожиданных местах. Например, в личности Иакова, отца Иосифа, явно ощущаются египетские черты, хотя те, кто писал о нем, родились на свет спустя много веков после исхода евреев из Египта. В книге Бытие (28:18) говорится, что Иаков воздвиг колонну, чтобы связать Небо и Землю, в Вефиле, расположенном примерно в десяти милях к северу от Иерусалима; далее (31:45) указывается, что он создал вторую колонну в Мицпе, в Галаадских горах на восточном берегу Иордана. Это расположение двух колонн сильно напоминает культ единства двух царств, который Моисей гораздо позже вынес из Египта. Однако не похоже, что хотя бы один из городов, названных в Библии, существовал во времена Иакова. Судя по буквальному значению названий этих городов, они были придуманы из чисто конъюнктурных соображений. Так, Вефиль значит “дом Божий”, что указывает на точку соприкосновения Небес и Земли, а Мицпа означает “сторожевая башня”, с которой следят за угрозой вторжения.

вернуться

48

точнее “Ба-бел” - Е.К.

50
{"b":"122651","o":1}