Литмир - Электронная Библиотека

Наша бессмысленная болтовня, за время которой мы успели и поссориться, и помириться, и посмеяться и обсудить все на свете, все затягивалась и затягивалась. Время шло, вернее, тянулось, как резина, а наша помощь, похоже, так никому и не понадобилась. На часах восьмой час вечера. Я начинала чувствовать себя, мягко говоря, не очень уютно… Мне еще тащиться на конечную станцию метро, а потом, отстояв в очереди, на маршрутке до дома…

– Девочки, –  услышали властный голос Круэллы сверху, –  ваша работа официально оговорена до семи вечера. Думаю, если не поступило никаких указаний от делегаций, к которым прикреплены, то уже и не поступит. Полчаса назад были закончены все переговоры, последние гости покинули бизнес– зал, разойдясь по номерам. Можете ехать домой. Завтра все без изменений. В семь тридцать утра будьте в лобби отеля, пожалуйста. Опять же, если не поступит других указаний от гостей.

Мы облегченно выдохнули. Слава Богу, и мне можно ехать и не думать, как добираться до дома. Дружно пошли в зону обслуживающего персонажа, к закрытой подсобке, где были наши вещи. Я облегченно скинула с себя туфли, натянула сапоги, шапку и куртку, засунула руку в карман и… ужаснулась… Телефона на месте не было…

Господи, но как так, а? Должно быть, я обронила его, когда на бегу скидывала вещи. Где теперь его искать? Мозгами понимала, что мой старый заморыш с западающими клавишами точно никому не нужен в этом царстве роскоши и гламура. На стойке регистрации на меня смотрят как на умалишенную, когда я, краснея, спрашиваю про свой старенький агрегат. Теперь без связи и что нужно об утере как– то говорить маме. У нас в начале нового года с деньгами всегда бывало туго. В январе не платили премию. И стипендию еще не начисляли. Что делать, понятия не имела… Такие траты сейчас явно совсем лишние, еще и на новые замшевые сапоги разорились–  мама сделала подарок любимой дочери на праздник… Опустила глаза на уродливые разводы на прекратившуюся в корявую серую замшу и чуть не заплакала.

За мыслями о чудовищной ситуации я пропустила уже три троллейбуса, идущих до метро, и теперь, наблюдая за собирающейся с новой силой из– за снегопада пробкой, решила дотяпать до подземки пехом. Ничего не скажешь, классный день, Майя. Сапоги убиты, телефон потерян, практики никакой. Ну, правда, пару раз позабавила арабов своим дебилизмом. Да, еще узнала, как зовут целого настоящего шейха, как в любовных романах для наивных дурочек…

Блин, я в этих своих чертовых думах даже маме не набрала! Мысль начала колоть в висках. Должно быть, она жутко волнуется! Попробую прозвониться хотя бы с того телефона, который мне дал Амр сегодня. Думаю, не убьют же меня за это… Вытащила телефон и… в ужасе уставилась на экран. Сорок минут назад… Сообщение на арабском в тот самый организационный чат…

«Через полчаса собираемся в лобби. Вот локация».

В ужасе понимаю, что это то самое «иное указание делегатов», о котором говорила Круэлла! Это означало, что меня никто не отпускал! Что моя работа не закончена! Что я, идиотка, должна была ждать в отеле, а я… скорее всего, они сейчас так разозлились после всех моих сегодняшних финтов, что точно на завтра попросят нового сопровождающего.

Я резко разворачиваюсь и подрываюсь обратно. Плохо понимаю, как и с какой скоростью бегу, не обращая внимания на переходы и светофоры, задевая людей и встречая грубые упреки в ответ. В отель забегаю вся в мыле, едва не сбивая с ног консьержа. Несусь к внутреннему лобби, где по идее и было обозначено место встречи. Забегаю и… торможу на скользком полу в своих грязных сапогах…

Мое появление здесь сейчас–  в куртке и шапке, взмокшей и запыхавшейся–  настолько нелепо, даже комично, что хочется расплакаться.

На меня разом удивленными взглядами смотрят все собравшиеся, включая помощника Амра, неизменных телохранителей и… самого Шейха Тамера, который успел поменять свою традиционную кандуру на элегантный и явно очень дорогой черный свитер под горло и темные джинсы. В европейской одежде он кажется еще более высоким и статным. А еще его фигура–  господи, разве можно прятать такую фигуру под широкое полотно ткани? Он в меру накачанный, но в то же время стройный. Мужественный. И… мы снова встречаемся глазами. Если раньше еще и можно было себе «что– то напридумывать», как умозаключила Машка, то теперь его взгляд был красноречивее любых слов–  он в открытую смеялся над моим видком и появлением. Только сейчас я замечаю по правую руку от него шикарную девушку не ниже его ростом в темно– коричневой шубе и сапогах, от которых можно просто ослепнуть–  такие они красивые и дорогие. На ее идеальном лице тоже читается удивление и… насмешка, обращенные в мой адрес.

– Я…–  зачем– то считаю нужным спасти последние крупицы своей адекватности в их глазах, –  уже подходила к метро, когда увидела сообщение в чате. Решила, что моя помощь нужна…

Амр недовольно выдыхает. Все-таки меня не ждали…, наверное, вообще забыли о моем существовании.

– Я же написал на арабском. Это адресовалось не тебе, – с упреком кидает он.

– Но я ведь понимаю арабский. Умею читать и…

– Амр, девушка вернулась сюда из– за твоей ошибки? – строго прервал мою речь Тамер, но явно адресовал свой гнев не мне, –  она должна была давно быть дома….

– Самахату шейх, иза самахт (араб. –  Ваше превосходительство, если позволите) …

– Ускут (араб. –  замолчи), –  отрезал он. Снова посмотрел на меня. Я не стала отворачиваться или отводить глаза. Потому… Потому что во– первых, я правда устала и была расстроена. А во– вторых… Во– вторых, стало так обидно…

– Извини, пожалуйста, –  обратился ко мне на русском, возможно, чтобы поняли не все его люди, –  это моя ошибка. Я не отдал внятные указания по поводу твоего графика. Если это может искупить мою вину, хочу пригласить тебя на ужин.

В моем мозгу еще не успевает осесть то, что он сказал, как он переводит взгляд на недоумевающую девушку.

– Алина, не в этот раз, –  с ней его тон более жесткий. Властный. Он с ней другой. Чем со мной. Я- скорее забава, за которой хочется наблюдать. А она? Не могу понять, каким шейх завораживает меня больше. Чисто как наблюдателя, конечно, только со стороны.

Он вытаскивает из кармана настоящую пачку денег. И это явно валюта. Кладет в холеную руку девице. Я нервно сглатываю, отводя глаза. Мне сейчас как-то очень стыдно за нее. Испанский стыд- так это вроде называется. Вот только когда задумываюсь, сколько там денег…

На ее лице явственно написано раздражение и досада, но она ровно через пару мгновений умело ее сглатывает и улыбается в ответ.

– Я всегда рада тебе, Тамер. Ты знаешь.

Ее взгляд, обращенный в сторону меня, когда она гордо и величественно дефилирует мимо, наполнен таким презрением и уничижением, что хочется провалиться под землю.

Грязные испорченные реагентом сапоги в буквальном смысле горят на ногах. Я даже пальцы внутри поджимаю в тщетной автоматической попытке спрятать это убожество от окружающих.

К моему ужасу, несовершенство моего внешнего вида не остается незамеченным и шейхом.

– Амр, в фойе я видел бутик с одеждой. Отведи туда Майю. Пусть она выберет себе любое понравившееся платье и верхнюю одежду. Мне кажется, эта куртка больше уместна для других мероприятий. Одна просьба, Майя, те туфли, которые сегодня были на тебе, с тобой?

Я в ужасе и неверии поднимаю глаза на шейха. Он запомнил и заметил мои туфли? Как такое возможно?

– Да…–  мой голос звучит совершенно потерянно и робко. Каким– то чудом я, вся в расстройстве из– за пропажи телефона, не нашла Катьку, чтобы вернуть ее вещь… И теперь пакет со сменкой гордо телепается у меня в руках, ритмично ударяя по коленке.

– Их оставь на себе…

– Нус Саа (араб. –  полчаса), –  говорит бегло и повелительно помощнику, больше не смотря на нас, и тут же проходит на выход.

Глава 6

– Господин дал нам очень мало времени, так что поторапливайся с выбором. Полчаса с учетом дороги до ресторана–  это значит, минут десять на покупки…

6
{"b":"886682","o":1}