Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

XXXI авентюра

Как в стране у Хильды четыре короля праздновали коронацию

1667 В тот день короновались с почетом короли,
В сан рыцарский пять сотен героев возвели.
Шел праздник небывалый у замка на просторе.
То было в Мателане, у берега синего моря.
1668 Дала одежду Хильда гостям и всей родне.
Ах, как хорош был Вате на скачущем коне!
Как бились Ирольт, Фруте, отважные герои,
Как, копья наклоняя, в куски их ломали все трое!
1669 Не веял ветер в поле, но пыль застлала свет,
Как будто мглой ночною. А смелым дела нет,
Что платья дам прекрасных от пыли станут черны,
Они без передышки на бугурте бились упорно.
1670 Мужи не захотели здесь женщин оставлять.
Всех четырех избранниц и королеву мать
К окошкам усадили дивиться на сраженье.
Сто девушек прекрасных составили их окруженье.
1671 Певцы и скоморохи – бродячий пестрый люд —
Гостям свое искусство показывали тут.
А на другое утро в собор пошли всем миром,
Обедню отстояли и вновь развлекались турниром.
1672 Веселый шум и песни от полноты сердец
Немолчно наполняли чертог и весь дворец.
Все это продолжалось три долгих дня подряд,
А слуги хлопотали и ждали богатых наград.
1673 Певцы и все, кто были в их странствующем братстве,
Мечтали о внезапно полученном богатстве.
Один воитель знатный услышал их желанье
И милостью своею поддерживал их упованья.
1674 То был король зеландский. Он щедрою рукой
Им жаловал подарки с готовностью такой,
Что все благодарили его с восторгом истым.
Певцов и скоморохов осыпал он золотом чистым.
1675 Его родня и слуги от щедрости своей
Певцам дарили платья, оседланных коней.
Когда же юный Ортвин увидел их даянья,
Он с доблестным зеландцем немедля вступил в состязанье.
1676 Богатые одежды стал Ортвин раздавать.
Носил ли кто дороже, не смею утверждать.
Король с его дружиной, верша дела благие,
Свои наряды сняли, остались почти что нагие.
1677 А сколько пышных платьев – их всех не сосчитать —
Певцам и скоморохам изволил Зигфрид дать,
Коней арабских резвых им мавры тоже дали,
Те, кто их получили, о лучших дарах не мечтали.
1678 Все стали богачами в ту пору – стар и млад.
Почтить гостей дарами был Хартмут тоже рад,
Как будто его замки враги не разорили,
И все его подарки здесь самыми лучшими были.
1679 хоть пленниками звались он и его друзья,
Но щедрыми остались, как истые князья,
Все, что они имели, норманны не хранили,
А людям отдавали, когда их об этом просили.
1680 Кудруна Хильдебургу, подругу юных дней,
Всегда дарила ласкай и милостью своей,
И Хартмуту старалась оказывать услуги,
Чтоб был он благосклонней к ее неразлучной подруге.
1681 Норманну от Кудруны подарки приносили,
Чтоб люди, это зная, с почтеньем говорили:
«Кого хозяйка наша так жалует богато,
Тот сам, кому захочет, подарит одежду и злато».
1682 Герои марки Штурмен на празднество пришли,
Одеты как вельможи иль даже короли,
И те, кто насладиться их щедростью желали,
Не долго подношений от доблестных рыцарей ждали.
1683 Богаче той одежды, что Вате подарил,
Доселе ни единый властитель не носил,
Сияющая сетка одежду покрывала,
Каменьем драгоценным и золотом чистым сверкала.
1684 Затем, что в каждой петле держался самоцвет,
Их чуждое названье само бросало свет
На то, что в Абалии гранили те каменья.
Подаркам щедрым Вате все отдали дань восхищенья.
1687 Ведь все, кто их увидел, должны были признаться,
Что знатным государям за Вате не угнаться,
Что их дары померкли перед его дарами,
А те, кто получил их, считались потом богачами.
1686 Большую щедрость Ирольт выказывать умел,
Он нажитых сокровищ нисколько не жалел.
Следил как стольник Фруте за всем порядком зорко,[159]
А верность его Хильде и щедрость вошли в поговорку.
1687 Пришла пора прощаться, окончился их пир.
Был с Хартмутом подписан теперь почетный мир
По манию Кудруны. И Хартмут с храбрецами
Потом домой вернулось, счастливей, чем чаяли сами.
1688 На росстанях Кудруна и Хильда, ее мать,
Отправились из замка любезно провожать
В дорогу Хильдебургу и Хартмута со свитой.
Тут с ними распрощался их пленник и гость именитый.
1689 Властительная Хильда назначила охрану
На суше и на море сопутствовать Норманну,
И десять сотен пленных прислали Ортвин с зятем
К услугам новобрачных, чтоб войско в Нормандию взять им.
1690 Вот уже все дамы, целуясь, обнялись.
Из глаз красавиц слезы недаром полились:
Вновь свидеться отныне им судьбы не сулили.
Герои Ортвин, Хервиг чету на корабль проводили.
1691 К норманнским землям Ирольт их провожатым был,
Король просил, чтоб Ирольт сам Хоранту открыл,
Как мирно хегелинги с норманнами простились.
(А скоро все датчане в отчизну свою возвратились.)
1692 Не знаю, сколько плыли и поздно или рано
Норманнские герои достигли Кассианы.
И тут воспряли духом бойцы на корабле;
Их бог вернул из плена и вывел к родимой земле.
1693 Когда могучий Хорант ту новость услыхал,
«Нам правильнее будет, – он Ирольту сказал, —
Из вотчины норманнской на родину убраться.
Хватило бы терпенья мне этого часа дождаться».
1694 Лишь Хартмут прибыл, стали датчане уезжать,
А как он дальше правил, не знаю, что сказать.
Домой отважный Хорант так сильно торопился,
Что в малый срок с друзьями в отчизну свою воротился.
1695 Нa этом их покинем. Останется сказать.
Что в жизни не случалось героям завершать
Большой придворный праздник пышней и веселее,
Там гордо красовались еще храбрецы Карадеи.
вернуться

159

Фруте здесь назван стольником (kameraere), что противоречит тексту строфы 1612, где он назван чашником (schenke).

31
{"b":"109083","o":1}