Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

IV авентюра

Как Хагена приняли отец и мать

151 Господ и знатных всадниц увидел юный князь,
К ним броситься навстречу душа его рвалась:
Кто едет, угадать бы! Тут шумною толпою,
Друг друга обгоняя, друзья подскакали к герою.
152 С прибытием поздравил его король-отец.
«О вас ли, добрый воин, нам сказывал гонец?
Ребенком королевы себя вы объявили.
Желал бы я сердечно, чтоб вы и взаправду им были».
153 Жена благопристойно ему сказала туг:
«Пускай сначала люди в сторонку отойдут.
Достоин ли он трона, намерена узнать я».
Заветный крест узрела – и сыну открыла объятья.
154 В уста его целуя, заплакала она:
«Все годы я хворала, теперь исцелена,
Мой сын единородный, желанен твой приход,
Утешится тобою и весь наш ирландский народ).
155 Приблизился к ним Зигебанд, и слезы из очей
На грудь его от счастья катились, как ручей,
Потерянного сына нежданно обретя,
Еще сильней любил он свое дорогое дитя.
156 И спутниц сына Ута приветствовала всех,
Она дала им пестрый и серебристый мех,
И шелковые ткани, что их красе пристали,
Скиталиц обласкала, забыли они о печали.
157 Как это подобало одели знатных дев,
Красавицы сначала стыдились, оробев,
Но после вышли к людям в парчовых новых платьях.
Король со всей дружиной изволил достойно
принять их.
158 Тем временем наследник настойчиво просил,
Чтоб Зигебанд соседям на радостях простил
Все прежние обиды и чтоб не помнил зла.
В честь сына пилигримам дарована милость была.
159 Правитель целованием желанный мир скрепил
И щедро гарадейцам убытки возместил,
Что было им на пользу, а Хагену во славу.
С тех пор связала дружба одну и другую державу.
160 Как водится, заботой гостей не обошли,
Им пищу и одежду на берег принесли,
Хозяин пригласил их к себе на две недели,
И те благодарили за ласку его, как умели.
161 С веселым нетерпеньем все двинулись вперед,
А к замку в Балиане уже спешил народ.
Что жив наследник трона узнали люди сразу,
Хоть мало кто решался чудесному верить рассказу.
162 Промчались две недели, и подошла пора
Скитальцам-мореходам уехать со двора.
Дал золота хозяин в подарок пилигримам,
Желая ради сына, чтоб был их союз нерушимым.
163 Подругами своими герой но пренебрег,
Велел, чтоб к их услугам топилась баня впрок
И было много платьев у них зимой и летом.
Служил он девам скромно и разум имел не по летам.
164 Наследник трона вырос и сильно возмужал,
В воинственных забавах он всех опережал, —
Оружный, безоружный – он бой кончал со славой,
А после так же твердо он правил отцовской державой.
165 Всему, что подобает, был выучен герой,
Ни страха, ни упрека не зная за собой.
За это восхищались им знатные девицы.
Он был настолько щедрым, что все не могли надивиться.
166 И так он был отважен, как нам твердит молва,
Что мстил врагам и близких отстаивал права,
Не выгоды, а чести искал он в каждом деле,
О нем слагали сказки и песни на родине пели.
167Ведь некогда в пустыне рос юный государь
Среди зверей свирепых и мог любую тварь,
Лишь только пожелает, настигнуть быстроного.
Чудес в те дни у моря с подругами видел он много.
168 Хотя он имя Хаген с крещения носил,
«Сам дьявол над князьями» он кличку получил,
Под ней во многих странах стяжал себе признанье
И силой непомерной поддерживал это прозванье.
169 Друзья его твердили, чтоб Хаген взял жену.
Чего искать далеко! Он в доме знал одну
Красавицу, что прочих на свете затмевала
И в годы тяжких бедствий его самого опекала.
170 Звалась девица Хильдой. Из Индии она
На остров дикой птицей была унесена.
Ее он встретил первой – их свел в пещере случай, —
И Хаген в целом мире жены не искал себе лучшей,
171 Решил король, что сына и сто его друзей
Мечом перепоясать им надо поскорей,[28]
И лошадей, и платье он всем им дал в подарок,
На четверых героев истратив по тысяче марок.[29]
172 Наследник не перечил. Он дал вассалам знать,
Что будет день назначен, он известит всю знать
И наградит их щедро. Обычай непреложен.
На год и трое суток был день посвященья отложен.[30]
173 Съезжаться гости стали к Ирландцу на порог.
Щиты из светлой стали им выковали в срок.
На седлах украшенья – все в золотой насечке,
И золотом сверкали поперсья[31] коней и уздечки,
174 Узорными шатрами покрылся чистый дол,
Здесь Хагеновы гости нашли и кров, и стол,
И все, чего желали. Был стан разбит широко.
По всем дорогам люди спешили сюда издалека,
175 Гостей, что дожидались с ним посвященья вместе,[32]
Нарядами украсить велел герой по чести,
И тысяче пришельцам из стран далеких, чуждых
Он дал коней и платье; об их позаботившись нуждах.
176 Друзьям отважный Хаген открылся наконец:
«Советуете все вы, чтоб я надел венец,
Мне заодно с любимой короноваться надо,
Чтоб за ее служенье воздать драгоценной наградой».[33]
177 «Но кто ж она? – спросили вассалы как один, —
Кому корону прочит их юный господин?»
«Дочь Индии, – сказал он, – звать Хильдой эту деву.
Нам с вами не придется краснеть за свою королеву».
178 Возрадовались сердцем тут мать его с отцом,
И любо было Хильде украситься венцом.
Она потом примером была для приближенных.
Мечом почтен был Хаген, а с ним и шестьсот посвященных.
179 Как учит христианский обычай и закон,
Чету короновали и возвели на трон.
Оттуда молодые отправились в чертоги.
Потешное сраженье вели их друзья по дороге.
180 Сам Зигебанд в доспехах явился горд и смел,
Он деньги щедро тратил, сокровищ не жалел.
За ним скакали следом его родня и други,
А при дворе усердно готовили пиршество слуги.
181 Они столы и кресла несли в обширный зал.
Уже умолк в соборе торжественный хорал,
Пришла с обедни Ута, вернулись ее девы.
Герои любовались на свиту своей королевы.
182 Когда же вместе с Утой сел Зигебанд к столу,
А Хаген рядом с Хильдой, все люди в похвалу
Сказали: «Что за счастье иметь такого сына!»
Переломила копья в их честь удалая дружина.
183 Двенадцать на двенадцать мужей открыли бой,
Они единоборство вели между собой.
На них смотрели дамы и знатные девицы, —
Ведь пропустить ристанье в торжественный день не годится.
184 Когда, напировавшпсь, король с сиденья встал,
Окрестный дол от кликов и скачки задрожал,
С самой землею вровень легли цветы и травы,
Все, кто здоровы были, сраженье вели для забавы.
185 Сын Зигебанда мчался с оружьем на коне,
На радость и утеху разумнице жене.
Она ему служила когда-то на чужбине,
За это он платил ей отвагой и доблестью ныне.
186 А рядом с ним скакали в клубящейся пыли
Двенадцать их вассалов, все тоже короли.
Язычники здесь были и были христиане,
Все Зигебанду с сыном служить поклялись в Балиане.
187 Так продолжался праздник, весельем напоен,
Под гиканье и клики, и оружейный звон,
Но положил хозяин конец забаве ратной.
В кругу прекрасных женщин ждал рыцарей
отдых приятный
18 s Сказал король бывалых соратникам в бою:
«Отныне королевство я сыну отдаю,
Всех подданных и земли вручаю заедино,
И пусть мои герои в нем чтут своего господина».
189 Он о своем решенье оповестил всю знать,
И в ленное владенье стал Хаген раздавать
Наследственные земли[34] с такою добротою,
Что все князья охотно служить обязались герою.
190 И, как уставом ленным предписывалось встарь,
В свои ладони принял их руки государь.[35]
Он дал чужим и близким сокровища и платья,
Всех бедных осчастливил на свадьбе своей без изъятья.
191 Одну из дев, нашедших в Ирландии приют,
Король и королева позвать велели тут.
Собой на загляденье, пригожа и мила.
Из Изерланда родом красавица эта была.
192 Какой-то князь увидел ее у королевы,
И стал просить у Хильды руки прекрасной девы,
Сулил венцом украсить супругу по закону.
Она за дружбу с Хильдой, за верность стяжала корону.
193 С хозяевами гости простились. Праздник стих.
Достойную девицу князь увозил от них
В далекие владенья, на родину в Норвегу.
Ей небо после бедствий послало довольство и негу.
194 И начал править Хаген в Ирландии своей.
Случалось, что встречал он неправедных людей,
Карать таких сурово он в долг себе поставил,
Их восемьдесят с лишним он только за год обезглавил.
195 Ходил король в походы, врагам давал урок,
Но, бедным сострадая, од города не жег.
Когда сосед спесивый кого-нибудь тиранил,
Он рушил его замки и насмерть обидчика ранил.
196 В бою – отважный рыцарь, он свой прославил меч,
Сильнейшие герои с ним опасались встреч,
На суше и на море гремело его имя.
«Сам дьявол над князьями» брал верх над врагами своими.
197 Так жил король «на славу и счастлив был сполна.
Родила ему дочку любимая жена.
Ее в купели Хильдой в честь матери назвали,
Старинные преданья нам много о ней рассказали.
198 Ревниво дикий Хаген дитя свое берег,
Чтоб солнце не палило, чтоб даже ветерок
Наследницы не тронул. Уход за ней он вверил
Друзьям и знатным дамам, в чью верность и преданность верил.
199 Когда же ей сравнялось двенадцать полных лет,
О красоте девицы прослышал белый свет,
Князья о ней мечтали и думали вседневно
О том, как им добиться любви молодой королевны.
200 Один из них датчанин, – он в Валейсе сидел,
Узнав о чарах Хильды, искать ее посмел,
Он был весьма настойчив и к ней послов отправил,
По Хаген, разъярившись, убил его и обесславил.
201 Сколь пи являлось сватов челом Ирландцу бить,
Их всех надменный Хаген приказывал убить.
Хотел он выбрать зятя, чтоб был не ниже тестя,
И люди разносили об этом тревожные вести.
202 Послов велел повесить он больше двадцати,
Смертельную обиду князьям пришлось снести,
И многие, кто прежде невесты домогались,
От помыслов о Хильде теперь навсегда отказались.
203 Но истинно влюбленных угрозы не страшат.
Их тоже было много. Недаром говорят:
На каждого спесивца гордец найдется равный.[36]
Надзор за милой Хильдой удвоил отец своенравный.
вернуться

28

Мечом перепоясать им надо поскорей… – т. е. посвятить их в рыцари. Перепоясание мечом – ранняя немецкая форма этого обряда, которая позднее была заменена другой, заимствованной из Франции: посвящаемого ударяли плашмя мечом по плечу. Весь ритуал церемонии со временем значительно усложнился.

вернуться

29

Марка – денежная единица и монетный вес, примерно равный половине фунта золота или серебра. В это время почти каждый немецкий город имел свой фунт, отличающийся по весу (в переводе на нашу систему от 400 до 500 г.). 250 марок на человека составило бы 50–60 кг, что является гиперболой, присущей эпическому стилю.

вернуться

30

Согласно старому германскому обычаю, к установленному сроку давалось дополнительное время: год и день, год и три дня (ср. также строфу 350).

вернуться

31

Поперсъе – конский нагрудник.

вернуться

32

Одновременно с Хагеном посвящались в рыцари сто его друзей и тысяча приезжих.

вернуться

33

В средневековом обществе отношения феодальной зависимости накладывали отпечаток на частную жизнь господствующего сословия. Понятия «служения» и «награды» проникают в сферу любви и дружбы. Рыцарь питает к даме «высокую любовь» (höhe mînne) и служит ей как своей госпоже. Непривычная трактовка куртуазных отношений в «Кудруне» заключается в том, что здесь дама служит рыцарю, а он награждает и платит служением за служение (ср. строфу 185: «Она ему служила когда-то на чужбине, // За это он платил ей отвагой и доблестью ныне»).

вернуться

34

Первым действием вошедшего на престол монарха являлась раздача ленов, связанная с вассальной зависимостью.

вернуться

35

Принятие в вассалы скреплялось ритуалом: вассал клал свои сложенные руки в открытые руки сеньора.

вернуться

36

…На каждого спесивца гордец найдется равный. – Пословица.

4
{"b":"109083","o":1}